Смерть невинного ребенка отец забыть не в силах, но я опасаюсь за безопасность своего мужа, если он попытается отомстить батлерианцам.

– Последствия таких суровых действий против «Венхолдз» могут оказаться подобны лавине, Сальвадор, – сказал принц Родерик. – Мы можем с ними не справиться. Мысль плохая, тебе небезопасно лететь на Арракис, пока ситуация такая неустойчивая.

Они шли втроем: он, император и Преподобная Мать Эстер-Кано, которая на время отсутствия Доротеи взяла на себя обязанности узнающей правду.

Сальвадор ответил, словно обороняясь:

– Я возьму с собой побольше солдат. Если честно, ты должен полететь со мной, и мы все сделаем вместе. Мы не станем пользоваться транспортом «Венхолдз», сверхсветовые двигатели на императорском баркасе в полном порядке.

Обычно император со свитой путешествовал на совершенно безопасных свертывающих пространство кораблях «Венхолдз», но с тех пор как указ Сальвадора столь решительно сократил деловые операции этой компании, Сальвадор чувствовал бы неловкость на корабле директора Венпорта; однако он не хотел пользоваться услугами других транспортных компаний с их устрашающей статистикой по безопасности полетов.

– Да, нехольцмановские двигатели вполне безопасны, – согласился Родерик, – но полет на Арракис займет три недели, а это значит, что я должен оставаться на Салусе. Ты будешь отсутствовать по меньшей мере два месяца, и империей до твоего возвращения должен управлять надежный человек.

Они вошли в ангар, где готовили к предстоящему полету императорский баркас – большой старый корабль со старомодными двигателями, – до изобретения Тио Хольцманом двигателей, свертывающих пространство, на них летали все другие корабли. Родерик соглашался, что полет на таком корабле безопаснее, чем на свертывающем пространство без навигатора, но тревожило его не это. Он думал о том, что план брата по перехвату операций с пряностью может спровоцировать одного из самых влиятельных людей империи.

Но переубедить Сальвадора было невозможно.

Просторный ангар заполняли звуки использования инструментов и голоса. В баркасе было более чем достаточно места для охраны императора, его свиты и слуг. Все предвкушали великолепное путешествие, полное роскоши и удовольствий.

Сальвадор посмотрел на позолоченный корпус.

– Все будет в порядке, брат. Директор Венпорт известил меня, что признает и принимает указ. Конечно, ему он не нравится, но он согласился лично показать мне все операции с пряностью.

Родерик понизил голос.

– Мне это не кажется правильным. Ты предлагаешь ему отдать все прибыли и всю его власть? Он не из тех, кто подчинится такому указу без борьбы.

– Напротив! Прекрасно, когда подданный действительно исполняет указы императора. Не сомневайся, мы услышим множество жалоб; целая армия юристов «Венхолдз» явится в Зимию, чтобы оспорить подробности передачи, и я ни минуты не сомневаюсь, что он каким-то образом извлечет из нее прибыль.

Родерик издал нечленораздельный звук, не в силах выбросить из головы убийство на Арракисе двойника Манфорда Торондо. Он еще понизил голос.

– Прекрасная возможность опробовать твоего двойника. Он так похож на тебя, что чуть не обманул меня.

– Но все-таки не обманул, брат, и вряд ли обманет директора Венпорта. Моему двойнику не заменить меня на несколько недель тесных контактов. Нет, я должен лететь сам. Я император, и никто не посмеет причинить мне вред.

Эстер-Кано слушала их разговор. Эта чистокровная колдунья, обучавшаяся в Ордене сестер, тем не менее, к удовлетворению Родерика, доказала свою надежность. У нее были коротко остриженные черные волосы, маленькие умные глаза и властная манера держаться, словно она располагала не по годам большим опытом и мудростью. Сестра вмешалась:

– Сир, принц Родерик прав, советуя быть осторожней.

Император покачал головой.

– Я уже решил. Мы вылетим, как только баркас будет готов и моя свита соберется. – Он повернулся и приказал, полагая, что его слышит кто-нибудь из начальства. – Убедитесь, что корабль снабжен всем необходимым. Да, и увеличьте число войск, чтобы мой брат успокоился.

Родерик медленно вздохнул и не стал больше спорить.

Рабочие суетились на лесах вокруг корабля, осматривая корпус, делая измерения вручную и не используя автоматические сканеры, которые Комиссия праведности запретила.

Преподобная Мать Эстер-Кано подняла голову.

– Подальше от лесов – немедленно!

Она торопливо отвела их за мгновение до того, как о землю в том месте, где только что стоял Сальвадор, ударился тяжелый сварочный аппарат. Наверху послышались крики отчаяния; в ангар вбежали стражники, приказывая прекратить все работы.

Императора этот случай не рассердил, а вот Преподобная Мать очаровала его.

– Откуда вы знали? Вы умеете предсказывать будущее?

– Нет, я просто наблюдательна, сир.

Он по-отечески похлопал ее по спине.

– Что ж, я рад. – Он крикнул экипажу: – Допросите неуклюжего рабочего, но никаких задержек с подготовкой. Нас ждет долгое путешествие.

Теперь более осторожные, они продолжили осмотр, держась подальше от рабочего пространства.

Баркас был сложной старинной конструкции, в форме слезы. И хотя ему предстояло передвигаться с помощью сверхсветовых двигателей, на корме были установлены и двигатели Хольцмана, чтобы, если понадобится, можно было свернуть пространство. Корпус сверкал сплавами редких и драгоценных металлов; таких роскошных кораблей никто не видел с начала джихада. Императору особенно понравилась роскошь внутренних помещений, украшенных драгоценными камнями со всех планет империи.

Этот корабль конфисковали у дома Пеле, и императору не терпелось его испытать. Нескольких пилотов специально подготовили, чтобы им управлять. Когда наладка и подготовка закончатся, баркас будет готов и его системы тщательно проверят перед полетом на Арракис.

Сальвадор с улыбкой посмотрел на баркас.

– Я торжественно прибуду и положу конец всему этому. Подчинив себе все операции с пряностью, я смогу утвердить свою власть и укрепить положение как император… и мне больше не нужно будет беспокоиться о запасах меланжа. Я подниму в пустынях Арракиса флаг Коррино и построю там дворец. – Он рассмеялся. – У меня будет… оазис, даже если придется туда ввозить воду. Так будет – я велю.

Исполненный гордости Сальвадор воображал полет на Арракис сказочным романтическим приключением. Но Родерик сомневался в том, что брат, вкусив прелестей пустынной планеты, захочет туда вернуться. Не будет ни дворца, ни царского оазиса.

Лысеющий император остановился под выпуклым дном корабля и стал с восторгом разглядывать золотого льва с герба Коррино, который совсем недавно заменил здесь факел – символ дома Пеле.

Несмотря на все оговорки, Родерик не опровергал опасения, высказанные Манфордом Торондо и Доротеей из-за всесилия «Венпорт холдингз»; но его куда больше тревожило непостоянство батлерианцев. Манфорд, бандит и абсолютно неуправляемый человек, не боялся пугать их своими последователями. И хотя Родерик хотел бы подрезать сухожилия безрассудным толпам, он понимал, что дом Коррино недостаточно силен, чтобы справиться с охватившим всю империю движением батлерианцев.

Сила и влияние директора Венпорта не уступали силе и влиянию Манфорда Торондо, но Венпорт не проявлял открыто враждебности трону. Передвижения императорской армии почти целиком зависели от кораблей «Венхолдз». Этот человек создал собственную коммерческую империю, он диктовал свои правила и лишь на словах подчинялся императору. Но он по крайней мере разумен, думал Родерик. Он меньшее из двух зол… если, конечно, не слишком сильно спровоцирован.

Сальвадор сказал:

– Я буду рад покончить с этим. Мне ужасно надоела мелочная борьба Венпорта с батлерианцами. Я император и, забрав Арракис, намерен показать обоим, кто правит империей.

– Директор Венпорт увидит это в другом свете – он знает, что ты по-прежнему выполняешь требования Манфорда, – сказал Родерик. – Уступив требованиям батлерианцев и отобрав у Венпорта пряность, ты мог нажить гораздо более опасного врага.

– Вздор! Что бы ни предлагал Манфорд, Арракис с самого начала – моя планета. Мы лишь формализуем то, что уже существует. – Он напряженно улыбнулся. – Это будет такой же наш триумф, как на Россаке. Мы разбили Орден сестер, уничтожили его разложившуюся часть и сохранили лучших здесь, у трона. То же самое сделаем с «Венхолдз».

Эстер-Кано молча стояла рядом.

– Сир, наши верные сестры будут бдительны и предупредят о любых попытках директора Венпорта отомстить. Вождь Торондо прав: Джозеф Венпорт опасен, и ради спасения наших душ вы должны позаботиться о том, чтобы победить его или по крайней мере держать под контролем.

Родерик не сказал, что контролировать следует и батлерианцев. Оглядываясь назад, окидывая мысленным взором события с дней Файкана Коррино до императора Жюля, а теперь и Сальвадора, он видел, что трон Коррино все больше шатается. Если у Сальвадора не появится собственный наследник (с каждым днем это казалось все менее вероятным), следующим императором станет сын Родерика Джавикко. Будет ли Джавикко только номинальным главой империи со слабыми вооруженными силами, подчиняясь группе фанатичных противников технического прогресса или могущественному бизнес-магнату?

Родерик понимал, что и батлерианское движение, и «Венпорт холдингз» необходимо решительно ослабить, прежде чем род Коррино обретет подлинную власть. И, если иметь это в виду, возможно, Сальвадор, подрывая власть директора Венпорта, сделал шаг в верном направлении. А после можно будет обезвредить батлерианцев.

Еще лучше, думал Родерик, если эти две сильные группы обескровят друг друга…