***

О Николае Ивановиче Дементьеве мы уже вскользь упоминали, когда рассказывали о его жене Надежде Августиновне Надеждиной (когда он на ней женился, её фамилия была Адольф).

Николай Иванович покончил жизнь самоубийством 28 октября 1935 года. Это притом, что родился он в 1907 (увы, я не нашёл дня и месяца его рождения) и, стало быть, прожил всего 28 лет. На эту смерть откликнулся хорошо знавший поэта Пастернак стихотворением «Безвременно умершему»:

Немые индивиды

И небо как в степи

Не кайся, не завидуй,

Покойся с миром, спи.

Как прусской пушке Берте

Не по зубам Париж,

Так ты избегнешь смерти,

Хоть через час сгоришь.

Эпохи революций

Возобновляют жизнь

Народа, где стрясутся,

В громах других отчизн.

Страницы века громче

Отдельных правд и кривд.

Мы этой книги кормчей

Простой уставный шрифт.

Затем-то мы и тянем,

Что до скончанья дней

Идём вторым изданьем

Душой и телом в ней.

Но тут нас не оставят:

Лет через пятьдесят

Как ветка пустит паветвь,

Найдут и воскресят.

Побег не обезлиствел,

Зарубка зарастёт.

Так вот, в самоубийстве ль

Спасенье и исход?

Деревьев первый иней

Убористым сучьём

Вчерне твоей кончине

Достойно посвящён.

Кривые ветки ольшин

Как реквием в стихах,

И это всё, и больше

Не скажешь впопыхах.

Теперь темнеет рано,

Но конный небосвод

С пяти несёт охрану

Окраин, рощ и вод.

Из комнаты с венками

Вечерний виден двор

И выезд звёзд верхами

В сторожевой дозор.

Прощай, нас всех рассудит

Невинность новичка.

Покойся, спи. Да будет

Земля тебе легка.

Стихотворение грустное и мудрое. О разрыве покойным поэтом гармонии с вечностью. Точнее о путанице эстетических ориентиров, когда за вечность принимаешь только свою эпоху, и любое несовпадение с ней переживаешь как личную трагедию, которую пережить не можешь.

Романтик в своих ранних стихах, с которыми он дебютировал в 1924 году, Дементьев перешёл к воссозданию реалистической яви современности. Его рассказы в стихах «Пастух» (1930), «Мать» (1933) пришли на смену героико-романтическим новеллам «Оркестр» (1926), «Инженер» (1926). Героика уходила из стихов Дементьева, что, кажется, почувствовал, например, Багрицкий, который в знаменитом своём стихотворении «Разговор с комсомольцем Н. Дементьевым» приписал молодому собрату категорическое заявление: «Романтика уволена – / За выслугою лет».

Дементьев продолжал писать современность такой, какой она ему являлась, но в той же «Матери», повествовании психологическом, написанном в традициях одновременно и некрасовской и – судя не только по названию, а хотя бы по биографии героини – горьковской, он сочинил концовку, которая, скорее, напоминала о прошлом, нежели выражала настоящее:

Мы положим тебя

У весёлых берёз,

Измождённую, тёмную мать неимущих,

Всех, кто новым и властным хозяином встал.

Пусть в оркестре

Все трубы играют

«Замучен

Тяжёлой неволей…»

И – «Интернационал»!

Конечно, прав Пастернак: «Страницы века громче / Отдельных правд и кривд», но эти отдельные и в целом нетипичные могут привести к трагическому исходу.