На одиннадцатой минуте улицу Булочек огласил вой сирен, и рота мотопехоты ворвалась в магазин. Однако умная старушка Лир еще при отдалённом вое успела смыться[99] на противоположную сторону улицы, причём сняла парик и очки. В таком виде она схоронилась[100] в магазине напротив и через витрину наблюдала нашествие полиции, журналистов и операторов.

Алису привезли в чёрном лимузине размером с волейбольную площадку, принцессу сопровождали две молодые фрейлины, появившиеся во дворце всего сорок пять лет назад (Брунгильда и Кунигунда). Они тут же ринулись в магазин – кто скорее схватит королеву, а Алиса слегка приотстала.

Этим и воспользовалась Лир, которая дико заорала с другой стороны улицы:

– Алиса, ку-ку[101]!

Алиса обернулась («ку-ку» – это был их боевой клич[102] при игре в прятки[103] на королевской постели) и вскоре уже спокойно переходила улицу среди мотоциклов, бронетранспортеров и полицейских автобусов.

И бабка увлекла девочку в свой магазин, где не было ни единой души[104]. Королева уже имела опыт и знала, что продавцы – самый редкий и ленивый зверь в городских джунглях. Покупатель должен завлечь этого зверя криком, выманить его к прилавку и заставить взять деньги! Так что никого в магазинчике не было, и одинокие королева и Алиса с интересом наблюдали толчею[105] на улице, прибытие группы вертолетов и полка собак-ищеек[106], а телевизионщики[107] быстро заняли все остальные свободные места, в том числе и тот магазинчик, где прятались Лир с внучкой. Оператор нахально попросил Алису подержать кабель, а бабушке дал в руки ящик с чем-то тяжёлым и грязным, и, когда в магазин заглянули полицейские, они приняли Лир и Алису за мелкий обслуживающий персонал[108], потому что на них обеих в этот момент орал администратор, упрекая Лир в том, что она разбила оборудования на миллион (дело в том, что Алисе надоело держать кабель, и она бросила его на пол, а бабушка через него переступила, но не полностью, и немного зацепилась каблуком и т. д. На полу лежал ящик, почти не разбитый, а когда оператор взял его в руки, внутри раздалось мелодичное дребезжание[109], как у старых часов во дворце).

– А штырь где, девочки? – орал оператор. – Где теперь штырь? Отдайте штырь, дуры[110]!

Полицейские, слыша такую ругань, деликатно удалились.

Что касается Лир, то она никогда не слышала такого слова, как «дуры», и нимало не обиделась, а сказала Алисе:

– Детка, они, как мне кажется, потеряли какой-то штырь дуры, если я не ошибаюсь.

– Но, бабушка, у меня, как мне кажется, его нет! Если я не ошибаюсь!

– Куда ты его заныкала[111]? – вопил оператор.

– Если мне не изменяет память, ты его не заныкала? – спросила Лир свою внучку, и, когда та отрицательно затрясла головой, бабка ласково сказала оператору: – Коли я не заблуждаюсь, мой друг, она не заныкала ваш штырь дуры. Поищите его в другом месте, дорогой.

На крик оператора откуда-то вылезла утомлённая продавщица.

– Лапочка, – сказала королева, – нам нужен какой-то выход. Тут всё оцеплено полицией.

Продавщица молча повернулась и пошла, а царственные бабка с внучкой последовали за ней и в результате выбрались на соседнюю улицу Коровий Брод черным ходом[112]. Продавщице очень, видимо, хотелось уйти из магазина вместе с ними, но она пересилила себя и вернулась на место работы.