Что характеризует всё живое, в том числе человека, и отличает от прочих вещей, если исключить мышление?
Безусловно, это — ощущения, без которых нет пищи не только для размышлений, но и нет жизни. Поэтому можно сказать: «Ощущать, значит жить». Практика показывает, что это действительно так: попробуйте прихлопнуть таракана или поймать рукой рыбку. И они и всё остальное живое будет всеми силами уклоняться от гибели, то есть любое живое существо никоим образом не хочет лишаться ощущений, или существования в жизни, хотя и не понимает, что означает не жить.
Имеется два уровня сознания — низший, в который входит все живое, самовоспроизводящееся, приспособляющееся к среде, изменяющееся в ней, действующее инстинктивно и рефлекторно, воспринимающее факт своего существования на уровне ощущений; и высший уровень сознания, который отличается от низшего только тем, что к восприятию ощущений добавляется осознание себя, выражающееся не только в мышлении, речи, но и в воображении, памяти, различного рода переживаниях и страстях, воле, всегдашнем стремлении к свободе против любого порядка, основой чего является понимание себя и собственного существования в среде как отдельного от нее и единственного в своем роде.
Таким образом, акцент Декарта на мышление, как основной признак человеческого сознания: «Cogito, ergo sum» (Мыслю, следовательно, существую) [6, с. 423–432] верна лишь отчасти, поскольку основной особенностью высшего сознания является сочетание ощущений, разума и осознания живым существом себя.
Мышление в смысле разумности можно отнести к любому живому, так как даже у бактерии имеются центры, обрабатывающие ее ощущения, да и компьютер имеет определенные мыслительные способности в рамках собственных программ.
В основе возможности существования сознания в виде живого заложено использование информации (обработанных сознанием сведений об окружающем) через ощущения и соответствующие центры организма, имеющие тот или иной уровень разумности, тогда как у высшего разума, представителем которого является человек, кроме этих свойств имеется только один признак, которой переводит сознание человека в ранг самого высокого из всех возможных уровней сознания, — самосознание.
Любое сознание, а не только человеческое, производит собственный мир, копируя и получая каждое мгновенье через каналы имеющихся у собственного носителя органов чувств, конечно, не непосредственный образ всего Единого, которое бесконечно, но, получая отображение тех фрагментов из Единого, которые данное индивидуальное сознание способно распознать и связать имеющимися средствами со скрытой помощью единого сознания.
Всё это первоначальное копирование распознанных фрагментов из Единого любое индивидуальное сознание осуществляет автоматически так, как оно может в соответствии со своим уровнем развития, своими органами чувств, но в контакте с единым сознанием, поскольку индивидуальное сознание в своем носителе, будь то бактерия или человек в отрыве от единого сознания не может развернуть полную картину собственного мира в формируемом им настоящем времени, да оно и не существует в отрыве от единого сознания, составляя в голографической проекции не его часть, а являясь самим единым сознанием.
Просто живое полностью подчиняется необходимости в явленном им самим посредством органов чувств мире, не осознавая себя.
Однако просто живое потенциально содержит в себе зародыш свободы, так как оно на своем уровне через собственные органы чувств и обрабатывающих поступающую информацию центров с помощью единого сознания формирует собственное время жизни, собственное окружение и стремится выжить в нем.
Но просто живое не имеет пока возможности осознать себя в этом мире, в отличие от сознающего себя существа. Тем не менее любое живое отличается от вещи, поскольку ощущает и имеет управляющий им разум, в соответствии с которым оно может адекватно действовать в мире явлений, не углубляясь в их сущность. Этим самым любое живое есть преддверие высшего сознания, без которого последнее появиться не способно, поскольку только просто живое имеет органы чувств и обрабатывающие центры, а без ощущений и обработки поставляемой ими информации человек и любой другой сознающий себя организм не могут «войти» в существование, то есть — в реальный движущийся мир.
Как правило, самосознание проявляется в обычных живых существах, действующих на уровне рефлексов и инстинктов, на самом высоком уровне их развития. Эти существа используются внедряющимся в них высшим сознанием в качестве основы для развития получившегося образования. Поэтому единое сознание сначала копирует себя в виде простейших живых существ во «внешнем» мире, создаваемом им самим в качестве единого сознания, предоставляя живому подходящие условия для постепенного развития, которое выражается в создании каждым живым организмом своего «настоящего» в рамках «внешнего». Собственно, развитие живого состоит в постепенной переработке его сознанием формируемой им самим данности как обновляющегося «настоящего», в каждый момент которого сознание через ощущения «заменяет» последовательно копии прежних объектов окружающей среды на объекты, которые обеспечивают ему лучшую приспособляемость к среде и наиболее выгодные условия жизни.
Тем самым любое живое меняется само, борясь с другими видами живого, погибая и появляясь в новом качестве, но в целом просто живое находится в поступательном тренде. Всё это удовлетворительно изучено и описано эволюционной теорией, за исключением объяснения появления живых существ с геномом и возникновения в среде живых существ человека, который, обладая самосознанием, отказывается просто приспосабливаться к среде, но начинает целенаправленно менять ее.
В результате, объем информации, получаемой каждым человеком и человеческими сообществами в целом, растет с большим ускорением, чем у просто живого, всё более уплотняя время и приводя в конечном итоге в нашем трехмерном измерении человеческие сообщества к распаду вследствие информационного коллапса, или накопления избыточной информации, которую сознание человека уже не в состоянии «переварить» [2, гл. 5].
Таким образом, существо с самосознанием отличается от просто живого только пониманием себя, из которого вырастают все его стремления, и основой которых является неудовлетворенность сознания собой, означающая его изначальную активность, выражающуюся в невозможности этого существа жить, просто приспосабливаясь к среде. У него появляется потребность сознательно изменять эту среду и вместе с ней менять себя, и, значит, развиваться, не следуя лишь необходимости приспособления к существующему порядку.
Это сознательное стремление к изменению всего существующего к освобождению от прежнего, к замене его на иное означает обретение любым существом с самосознанием свободы. В этих осознанных решениях, так или иначе, проявляется свобода любого индивидуального сознания, которое обогащает по ходу дела самое себя; вместе с тем свобода дает человеку возможность жить так, как он хочет в рамках окружающей действительности, если человек, носитель сознания, сможет, точнее, способен адекватно распорядиться этим даром.
Свободу не требуется «приписывать» человеку как «вещи в себе», то есть полагать его свободным только в умопостигаемом мире. Любое самосознающее существо свободно всегда и везде вследствие именно понимания себя, осознания собственного существования в мире: оно всегда приходит к решениям само, само же и несет за них ответственность в любой сфере — практической или умственной. И неважно, имеются на это причины или эти решения спонтанны; главное — это то, что в сознании человека как выразителя активности сознания «сидит» всегдашняя неудовлетворенность собой, без которой он превратился бы в тупую скотину, жующую одну и ту же жвачку, которая может быть очень приятной. Именно в сознательной активности и соответственно неудовлетворенности собой выражается его свобода, и именно поэтому он получает возможность не просто жить, а сознательно развиваться и не стоять на месте [7, гл. 1, 2].
Не бытие «навязывает» сознанию себя в целом и не сознание делает, что пожелает с бытием, но сознание «привлекает» к себе копии лишь тех объектов из Единого, которые оно способно через ощущения носителя сознания распознать и объединить посредством центров, обрабатывающих информацию, с тем, чтобы от мгновения к мгновению для сознания им же в конечном итоге формировалась меняющаяся картина вещей. Образы вещей в сознании при данном процессе адекватны самим вещам. Остальные фрагменты из Единого, которые не могут пройти по имеющимся каналам органов чувств или которые имеющиеся у сознания программы не способны, по крайней мере, пока распознать, выпадают из меняющейся картинки формируемого сознанием фрагментарного бытия.
В этом процессе получения адекватного отображения доступной для сознания реальности на уровне явлений посредством поступающих и обрабатываемых информационных пакетов участвуют как органы чувств, так и обрабатывающие поступающую информацию центры. При этом, в силу физиологических особенностей живого организма пауза между «моментами» копирования выпадает для сознания живого существа, в результате чего перед любым живым существом вместо высокочастотной волновой среды возникает движущийся и меняющийся красочный мир.
Но уразуметь тот факт, что при этом носитель сознания попадает во временной процесс способно только высшее сознание, которое понимает себя, однако в качестве человека оно считает время независимым от него. Тем не менее указанный процесс съема информации означает появление собственного времени или «настоящего» для человеческого сознания, в условиях которого оно получает пространственную меняющуюся картинку окружающего. В ней оно может участвовать в событиях, или жить: взаимодействовать с окружающими объектами, мыслить, переживать, искать себя, ставить цели, решать задачи, стремиться даже к недостижимому, и находить в этом удовлетворение.
Таким образом, для человеческого сознания меняющуюся картину мира в виде явлений, но не сущностей глубоких уровней, формируют не чувства и не мышление, хотя они и являются средствами, а она в целом есть продукт процесса обработки поступающей информации в человеке, подобный тому, который происходит в компьютере или в любом просто живом; разница состоит только в том, что человеческое сознание способно отделять себя от реальности и взаимодействовать с ней уже на этой новой основе — основе собственного самосознания, целенаправленно используя память, мыслительные способности, речь, различного рода коммуникации, воображение, экспериментальные данные, и всё это — на фоне эмоций, а не с помощью только лишь программного обеспечения или инстинктивно-рефлекторных действий соответственно.
Можно поэтому отметить, что каждый человек обладает самой высокой формой материи из всех имеющихся ее форм именно потому, что он есть самосознающее существо с максимально возможным уровнем свободы. В конечном счете он не подчинен никому и сам распоряжается собой, так как он изначально сам в своем сознании «бросает» себя только в такой мир, в котором он может целенаправленно реализовываться так, как он пока может в условиях сопротивляющейся среды, включающей в себя и прямых его конкурентов, таких же, как и он сам. Этим человек и отличается от всего остального живого, так же обладающего сознанием, но более низкого уровня, которое только лишь приспосабливается к формируемой им при участии единого сознания среде, — от бактерий до высших млекопитающих.
Однако потенциально любое простое живое есть основа жизни, без которой высшее сознание не может обойтись. Просто живое создает не только базу для проявления высшего сознания, но и — промежуточную оболочку между ним и неживой материей, снабжая человеческое тело практически всеми энергетическими ресурсами, являясь его пищей, а также создает живой и бурлящий фон его жизни, без которого людские сообщества оказались бы в ледяной пустыне безмолвия.
Таким образом, можно сказать, что человек содержит в себе все мироздание не только потому, что он является частицей голографической проекции Единого, но и вследствие того, что он является и вещью, и сознанием просто живого организма, и высшим сознанием существа, сознающего самого себя.
Вещность в человеке является материальной базой всего, составляя организм человека из элементов и компонентов, соответствующих данному измерению бытия. В этой неживой материи, пассивном проявляется знак Единого, без которого мироздание не состоялось бы.
Низшее сознание, оживляющее тело в соответствии с имеющимися у него кодами и программами, позволяет ему воспроизводиться, в нем происходит обмен веществ, в нем действуют органы чувств, «поставляющие» информацию снаружи и изнутри к обрабатывающим информацию и управляющим организмом центрам. Самым значимым в просто живом являются ощущения, осуществляющие связь сознания в нем с окружающим.
Высшее сознание, вступающее в слияние с вещными компонентами тела и просто живым, создает существо, обладающее самосознанием, которое является символом всего мироздания, «строящегося» для него же.
Понятно из этого сопоставления всех трех составляющих реальности нашего мира, что знаком человека является не его материальная сущность, не его ощущения или даже не его разумность, присущая любым живым существам вследствие наличия у них управляющих центров, а этим знаком может быть только самосознание.
Самосознание дает простор для любого творчества, обеспечивая общее развитие сознания в условиях пригодной для жизни и вместе с тем в условиях сопротивляющейся среды. Благодаря самосознанию это творчество выливается в бесконечное, осмысленное функционирование всего бытия, которое именно для этого и формируется сознанием на основе Единого.
Отсюда следует, что сам человек обозначает и выражает высшее сознание, являясь его орудием, с одной стороны, как информационное звено, привязывающее Единое к голографической проекции, а с другой стороны, как полноправный представитель единого сознания, осознанно действующий в конечных реальных (с движением) образованиях на основе проекции Единого в виде сообществ; без подобных индивидуальностей, противодействующих друг другу и вместе с тем сотрудничающих между собой, единое сознание оказалось бы бессильным (1, гл. 1.5).