В океане много маленьких островков. Некоторые ещё на карту не занесены, только что родились.

Одни островки под водой исчезают, а другие появляются.

Наш корабль шёл в открытом океане.

И вдруг из воды торчит скала, об неё бьются волны.

Это верхушка подводной горы показалась над водой.

Корабль развернулся и стал у островка, покачивается на волнах. Капитан приказал спустить на воду шлюпку.

– Это, – говорит, – необитаемый остров, надо его разведать.

Высадились мы на него. Островок как островок, ещё даже мхом не успел зарасти, одни голые скалы. Я когда-то мечтал на необитаемом острове пожить, только не на таком.

Хотел я уже возвращаться к шлюпке, смотрю: трещина в скале, а из трещины торчит птичья голова и на меня смотрит. Подошёл я поближе, а это кайра. Снесла яйцо прямо на голый камень и сидит на яйце, ждёт, когда выклюнется птенчик.

Сколько времени кайра птенца высиживает? Всегда ли птенец один?

Кайры откладывают всего одно яйцо. Они откладывают его прямо на скалу, без гнезда или подстилки. Грушевидная форма придаёт яйцу устойчивость. Толстоклювые кайры высиживают его 33–35 дней, тонкоклювые – 27–28 дней. Отправляясь в море за рыбкой, кайры оставляют птенца одного на каменистом уступе. Птенец сидит неподвижно на одном месте. Если он сделает неверное движение, может упасть с большой высоты на камни или в воду. Вернувшаяся с моря пернатая мамаша кормит малыша рыбкой.

Я её потрогал за клюв, она не боится, потому что не знает ещё, что за зверь такой – человек.

Страшно ей, наверное, одной жить на островке. В сильный шторм волны и до гнезда дохлёстывают.

В это время с корабля стали давать гудки, чтоб возвращались на корабль.

Попрощался я с кайрой и пошёл к шлюпке.

Когда на корабле капитан про остров спросил, живёт ли кто на нём, я сказал, что живёт.

Капитан удивился:

– Как же так? Этого острова ещё на карте нет!

– Кайра, – говорю, – не спрашивала, есть он на карте или нет, поселилась – и всё; значит, остров этот уже обитаемый.