Альбус спит на скамье. Джинни внимательно наблюдает за ним. Гарри смотрит на противоположное окно.
ГАРРИ: Нет. Ничего. Почему ее еще нет?
ДЖИННИ: Мы вместе, твоя мама и твой отец живы — мы способны повернуть время вспять, Гарри, но мы не можем ускорить его. Она придёт, когда будет готова, и мы будем готовы с ней встретиться.
Она смотрит на спящего Альбуса.
Или кто-то из нас точно будет.
ГАРРИ: бедный ребёнок… думал, что ему придётся спасать мир.
ДЖИННИ: Бедный ребёнок спас мир. Трюк с одеяльцем исполнен мастерски. Я имею в виду, он почти уничтожил мир, но возможно лучше не заострять на этом внимание.
ГАРРИ: Ты думаешь, он будет в порядке?
ДЖИННИ: Думаю, да. Это займет немного времени… тебе оно тоже потребовалось.
Гарри улыбается. Она и Гарри оборачиваются и смотрят на Альбуса.
Знаешь, после того, как я открыла Тайную Комнату, и Волан-де-Морт околдовал меня тем дневником, я почти всё разрушила…
ГАРРИ: Я помню.
ДЖИННИ: Когда я вернулась из больницы, меня никто не замечал, более того, не давали к себе подойти, но, был мальчик, который изменил все, однажды он пришел в общую гостиную Гриффиндора и бросил мне вызов в игре «Порывной дурак». Люди думают, что знают о тебе все, но лучшее в тебе то, что ты… всегда был… настоящим героем. Я хочу сказать, когда все закончится, просто помни, что иногда люди, особенно дети, просто хотят поиграть с кем-то в «Подрывного дурака».
ГАРРИ: Ты думаешь, мы упустили именно это? «Подрывного дурака»?
ГАРРИ: Нет. Я про любовь, которую почувствовала от тебя в тот денб. Я не уверена, что Альбус чувствует это.
ГАРРИ: Я бы сделал для него все, что мог.
ДЖИННИ: Гарри, ты бы сделал все для кого угодно. Ты был бы рад пожертвовать собой ради мира. Ему же нужна особенная любовь. Она сделает его сильнее, она сделает сильнее и тебя.
ГАРРИ: Знаешь, до того, как пропал Альбус, я не осознавал, на что ради меня была готова моя мама. Её любовь была настолько мощной, что смогла побороть заклинание смерти.
ДЖИННИ: И единственное заклинание, которое Волан-де-Морт так и не смог понять — это любовь.
ГАРРИ: Я люблю его очень сильно, Джинни.
ДЖИННИ: Я знаю, но ему нужно чувствовать это.
ГАРРИ: Мне повезло, что у меня есть ты, да?
ДЖИННИ: Несомненно. И я была бы рада обсудить твою удачу, но в другое время. Но сейчас — давай сконцентрируемся на Дельфи, ее нужно остановить.
ГАРРИ: Мы отходим от расписания…
Джинни озарила мысль.
ДЖИННИ: Только если… Гарри, ты когда-нибудь думал, почему она выбрала именно этот день? Сегодня?
ГАРРИ: Потому что это тот самый день, когда все изменилось …
ДЖИННИ: Сейчас тебе чуть больше года, я права?
ГАРРИ: Год и три месяца.
ДЖИННИ: В течение этого года и трех месяцев она могла бы уже убить тебя… Но выбрала именно эту дату. Чего она ждёт?
ГАРРИ: Я все ещё не совсем понимаю…
ДЖИННИ: Что, если она ждёт не тебя, а его, чтобы остановить его…
ГАРРИ: Что?
ДЖИННИ: Дельфи выбрала сегодняшний день, потому что он здесь, потому что её отец идет сюда. Она хочет встретиться с ним. Быть с ним, с отцом, которого она любит. Проблемы Волан-де-Морта начались, когда он напал на тебя. Если бы он не сделал этого…
ГАРРИ: Он бы стал только сильнее, тьма стала бы еще более сильной.
ДЖИННИ: Лучший способ изменить пророчество — это не убийство Гарри Поттера, а возможность не дать Волан-де-Морту осуществить задуманное.