В этих романах сплетены воедино события, происходящие на Земле и на Марсе. Марсиане посещают Землю, где назревает революция, а русский революционер летит вместе с ними на Марс и знакомится с коммунистическим обществом. Это совершенное общество, созданное марсианами, — в центре внимания автора. Он изображает труд как жизненную потребность, которая доставляет огромное удовлетворение — настолько большое, что увлеченные своим делом люди часто не ограничиваются рамками очень короткого рабочего дня. Жители «Красной звезды» не замыкаются в одной профессии, а могут менять работу — с тем, чтобы разнообразить свою жизнь и интересы.

В романе предвосхищены и смелые технические идеи, такие, как применение атомной энергии в ракетных двигателях и возможность управления силой тяжести. Автор пишет об устройствах для переработки информации, которые помогают планировать и управлять производством, рационально распределять рабочую силу: это прообраз современных кибернетических систем управления. Он упоминает синтетические материалы, искусственный белок, стереоскопическое кино, радиоктивные изотопы и возможность омоложения путем переливания крови.

В целом дилогия Богданова заняла значительное место в истории русской социальной фантастики, автору удалось создать картину общества будущего, что и отмечалось современниками.

К фантастике обращался А. И. Куприн. В 1906 г. он написал фантастический рассказ «Тост»[16]. В нем он переносит читателя в 2006 г., во дворец, построенный на полюсе, где люди будущего вспоминают о пути, который привел все человечество к счастливой жизни.

Фантазия Куприна «Королевский парк»[17] носит ярко выраженный социальный характер. Он пишет о XXI столетии, когда жизнь людей изменилась до неузнаваемости. Расы исчезли, и образовалось единое, здоровое и долговечное человечество. В конце концов прекратились и войны. «Гений человека смягчил самые жестокие климаты, осушил болота, прорыл горы, соединил моря, превратил Землю в пышный сад и в огромную мастерскую и удесятерил ее производительность. Машина свела труд к четырем часам ежедневной и для всех обязательной работы. Исчезли пороки, процвели добродетели...» Но затем автор пишет о том, что такое благополучие привело к военному взрыву и господству деспотизма, к обращению в прах и пепел всех завоеваний мировой культуры. Путаница во взглядах Куприна на пути общественного развития выявляется здесь совершенно очевидно. Эра всеобщего благополучия, предшествующая разрушительной войне, наступает благодаря добровольному отказу земных властителей от своих тронов. Они растворяются в народе и принимают участие в его созидательном труде. А далее «докучный общественный режим» приводит человечество к катастрофе.

Высказанные в рассказе реакционные идеи вызвали резкую критику на страницах большевистской газеты «Правда». Рассказ был напечатан в 1911 г., а в 1912 г. появилась рецензия М. Ольминского, в которой он справедливо упрекал Куприна в непонимании и опошлении социалистических идеалов, в утопических надеждах на добровольный отказ правителей от власти. Надо отметить, что этот рассказ — одно из немногих исключений в творчестве русских фантастов.

В 1913 г. в повести «Жидкое солнце»[18] Куприн одним из первых русских писателей ставит вопрос о судьбе открытия и ответственности ученого. Герой рассказа находит способ концентрировать энергию солнечных лучей, получать «жидкое солнце» и мечтает использовать свое открытие для изменения климата Земли. Но попытка кончается неудачей, и герой погибает при взрыве. Ученый-одиночка, мечтатель не смог стать благодетелем человечества. Силы, которые открывает наука, могут служить не только созиданию, но и разрушению, — такова мысль автора.

Перу Куприна принадлежит также повесть «Звезда Соломона»[19], перекликающаяся по своей направленности с рассказом Г. Уэллса «Человек, который мог творить чудеса».

Надо заметить, что социальные аспекты выдвигались во многих произведениях дореволюционной фантастики. Далеко не всегда они были столь прогрессивными, как, например, в романе «Что делать?». Тем не менее, некоторым из них присущи мотивы неудовлетворенности сложившимся миром. Писатели изображали его гибель. Так, например, С. Бельский в романе «Под кометой» описывает глобальную катастрофу. В нем явственно сквозит мысль об обреченности существующего на Земле строя[20].

Хотя и немногочисленные, произведения русской дореволюционной фантастики примечательны своими в целом прогрессивными идеями и смелыми техническими предвидениями. Помимо Циолковского о космических полетах писали, например, Б. Красногорский и Д. Святский. В романах «По волнам эфира» и «Острова эфирного океана»[21] они рассказали о полете на космическом корабле с солнечным зеркалом, позволившим использовать в качестве движущей силы световое давление. Идея подобного корабля с «солнечным парусом» обсуждается ныне на страницах технических журналов.

Тема межпланетных путешествий и жизни на других мирах вообще неоднократно затрагивалась в дореволюционной русской фантастике. Правда, в описании способов космических полетов господствовала скорее свободная фантазия, чем наука. Некоторые писатели прибегали даже к помощи сверхъестественных сил или излагали заведомо неосуществимые способы межпланетных сообщений. Все же развитие техники неизбежно наталкивало на мысль воспользоваться ее достижениями. Сейчас эти попытки кажутся во многом наивными.

Так, А. Лякидэ в астрономической одиссее «В океане звезд»[22] предложил орнитоптер — аппарат с машущими крыльями, напоминающий птицу. Разумеется, орнитоптер был бы пригоден лишь для того, чтобы летать в атмосфере Венеры, куда попадают герои. Добираться до нее, как и до Меркурия, им пришлось бы другим путем.

И за рубежом фантасты также стремились «приспособить» то, что давал технический прогресс, — вспомним хотя бы космическое путешествие на воздушном шаре Ганса Пфааля из рассказа Эдгара По «Необыкновенные приключения некоего Ганса Пфааля».

Произведению Лякидэ присущи и социальные мотивы. Марсианскую цивилизацию он описывает как цивилизацию высшего типа, где господствует справедливое общественное устройство. Средства производства принадлежат всему обществу, а управление им централизовано. Автор сделал попытку изобразить жизнь будущего в соответствии с революционными идеалами того времени, перенеся действие с Земли на другие планеты.

Еще не зная, что может дать космонавтике электричество, фантасты, хотя и в самой общей форме, нарочито неопределенно, описывали электрические межпланетные корабли. Это сделал, например, Л. Афанасьев в повести «Путешествие па Марс», опубликованной в 1901 г.[23], Корабль Афанасьева представлял собой нечто вроде снаряда электрической пушки, но имел собственные двигатели, которые замедляли движение при подлете к Марсу. Однако для возвращения пришлось снова строить пушку, причем не обошлось без помощи марсиан.

Не только покорение космоса, но и овладение воздушным океаном привлекало внимание фантастов. В. Семенов написал два романа-фантазии — «Царица мира» и «Цари воздуха», вышедшие на заре развития авиации[24]. В них он мечтает о новых аэрокораблях, приводимых в движение особым веществом, «неогенератором». И хотя технических подробностей автор не приводит, существенно, что уже тогда перспектива полного овладения воздушными просторами занимала воображение авторов фантастических произведений.

Инженер-электрик В. Чиколев пишет рассказ «Не быль, по и ив выдумка», впервые опубликованный в журнале «Электричество» в 1895 г. Это фантазия о «веке электричества» в России[25]. Рассказ В. Чиколева представляет собой, в сущности, очерк, и главное в нем — научно-технические идеи, опередившие свое время. Так, например, помимо электрического освещения и отопления, автор подробно пишет об электромобилях — проблеме, лишь начинающей разрабатываться в наши дни. Автор и названием своего произведения хотел подчеркнуть, что пишет о неосуществленных, но вполне осуществимых проблемах.

Писатель М. Волохов в повести «В стране полуночи»[26] фантазирует о путешествии в Арктику на автомобиле.

Дань фантастике отдал известный популяризатор физики, математики и астрономии Я. И. Перельман. Он написал дополнительную главу к дилогии Жюля Верна «С Земли на Луну. Вокруг Луны», Как известно, Жюль Верн допустил ошибку, считая, что невесомость наступит лишь в нейтральной точке, где уравновешивается притяжение Земли и Луны. Его герои испытывали неудобства, связанные с потерей веса, лишь считанные минуты,

Как это выглядело бы на самом деле? Как, например, происходила бы трапеза у героев Жюля Верна, если бы они, конечно, остались живы после выстрела?

«Завтрак в невесомой кухне» — так назвал Перельман эту дополнительную главу, опубликованную в журнале «Природа и люди» в 1914 г. Глава вошла впоследствии в широко известную «Занимательную физику» Перельмана и перепечатана журналом «Искатель» в 1962 г. В 1917 г. в «Журнале приключении» появился фантастический рассказ Н. Комарова (под псевдонимом «Инженер Кузнецов») «Холодный город», впоследствии переработанный в роман и выходивший отдельными изданиями[27]. Приняв предпосылку о якобы наступившем на Земле потеплении, автор изобразил «холодный город», в котором искусственно поддерживались нормальные условия для жизни. Но благодаря тому, что в романе затронуто много других научно-технических проблем и деталей быта, его можно отнести к числу произведений широкого плана о будущем[28].

В дореволюционной России издавались и переводы произведений классиков зарубежной фантастики — Жюля Верна, Герберта Уэллса, Артура Конан Дойля. Они печатались также в периодике (иапример, в журналах «Вокруг света», «Мир приключений», «Природа и люди»).

Отдельные романы Жюля Верна из цикла «Необыкновенные путешествия» выходили на русском языке вскоре после их появления во Франции. Они выпускались различными издательствами, в том числе М. О. Вольфом, И. Д. Сытиным, П. П. Сойкиным, и печатались в журналах «Вокруг света» и «Природа и люди».

В 1906—1907 гг. П. П. Сойкин предпринял издание собрания сочинений Жюля Верна в 88 томах. Помимо широко известных романов, в него вошли и многие другие, незнакомые ранее русскому читателю, как, например, «Родное знамя», «Замок в Карпатах», «Нашествие моря», «Золотой вулкан». В качестве приложения был выпущен альбом иллюстраций французских художников к романам Жюля Верна.

Затем в 1917 г. собрание сочинений Жюля Верна в шести томах было выпущено издательством И. Д. Сытина. В него вошли также малоизвестные романы: «Проклятая тайна», «Властелин над миром», «Золотой метеор».

Русские читатели имели возможность познакомиться с переводами многих других зарубежных фантастов, среди которых были и произведения широкого плана, рассказывающие о будущем.

Под красноречивым заголовком «Чудеса XXI века» итальянский писатель Эмилио Сальгари описал науку, технику, быт спустя столетие. Химическая пища, одежда из пластиков, использование радиоактивности, говорящая газета, электросон — таковы отдельные черты жизни наших потомков. У них — воздушный транспорт, подземные и подводные дороги, включая полярный транспортный туннель, подводные города. Они создали ледоколы-амфибии, пользуются энергией гигантского водопада Ниагара, построили большие города и даже посылали сигналы на Марс... И обо всем этом писатель фантазировал в начале нашего века, в 1908 г. (журнал «Природа и люди», 1908, №№ 10—23).

Интересные рассказы французского писателя О. Бельяра «В две тысячи десятом году» и «Чудеса таинственного острова» (журнал «Вокруг света», 1911, №№ 36—37 и 1912, № 30) описывали Париж 2010 г. Автор говорил о жилищах и производстве будущего, воздушном транспорте, полетах на Луну и ее освоении, об использовании различных видов энергии — морских волн, приливов и отливов, ветра, атмосферного электричества, вулканов, концентрированного солнечного света, применяемого для улучшения роста растений, упомянул также о телевидении.

Фантазировали о будущем не только писатели, но и ученые. Любопытная анкета была распространена в самом начале XX в. Что мы увидим в конце этого столетия? — задавался в ней вопрос. И вот какая картина рисовалась из ответов ученых того времени. В домах удастся создать микроклимат: свежий воздух, теплый или холодный, можно будет получать по трубам, открывая краны, как это делается для воды и газа. Также по трубам, «пневматической почтой», станут доставлять с фабрик-кухонь кушанья, а грязную посуду будут отправлять туда для мытья. При этом все работы на кухнях должно выполнять электричество — от разделывания мяса и растирания овощей до мытья и сушки посуды. Чтобы не проникали вредные микробы, все части кухонных машин будут очищать химическими веществами. Для сохранения продуктов послужат холодильники с жидким воздухом. Пневматический транспорт доставит любые товары из магазинов на дом.

Вместо угля человечество воспользуется гидроэнергией, превращаемой в электрический ток. Появятся и подземные городские дороги с электропоездами, и электрокорабли на морях. Кстати, упоминалось даже о кораблях на воздушной подушке и о кораблях надводно-подводных, которые пережидают бурю под водой. Городской подземный транспорт будет дополняться и наземным, автострады пройдут и под землей.

«Человек двадцатого столетия будет очевидцем событий, происходящих на расстоянии тысяч верст от его местожительства», — отвечали ученые на вопрос анкеты. Изображения на огромных экранах станут сопровождаться фонограммой, звуками, и вместе это создаст достоверную картину любого события, Беспроволочный телеграф и телефон свяжут все города на земном шаре. Цветные фотографии будут передаваться на расстояние, как и музыка, — по телефону.

Невиданных успехов добьется сельское хозяйство. Овощи и фрукты гигантских размеров городские жители станут получать в любое время года. Выведут совершенно новые породы растений. Землю сделают более плодородной. И, наконец, научатся продлевать жизнь человека, сохранять его здоровье, распознавать болезни и быстро лечить их.