ХАГРИД: Джеймс?

Оглядывается вокруг себя.

Лили?

Он ступает медленно, не желая скорее увидеть то, что должен. Он переполнен чувствами.

И потом он видит их, останавливается и молчит.

Ох. Ооо… Это не... Это не... Я не... Они сказали мне, но... Я надеялся на...

Он смотрит на них и склоняет голову. Он бормочет какие-то слова, а затем достаёт помятые цветы из своего глубокого кармана, кладет их на пол.

Мне так жаль, мне говорили… он сказал мне… Дамблдор сказал мне, и я не мог ждать. Магглы идут, да, со своими вспышками-камерами… а им совсем не надо видеть такого увальня, как я, да?

Он издает отчаянный вопль рыдания.

Наверное, нужно… покинуть вас.

Я хочу, чтоб вы знали: вас не забудут. Ни я, ни кто-либо другой.

И затем он слышит звук. Звук детского плача. Хагрид поворачивается и ускоряет шаг.

Он смотрит вниз и встает на колени перед кроватной, которая, кажется, сияет.

Ну... Привет. Ты, видимо, Гарри Поттер. Привет, Гарри Поттер.

Я Рубеус Хагрид. И я буду твоим другом, понравится тебе это или нет. Конечно, тебе будет нелегко, но пока ты это не знаешь. Да-а, друзья-то тебе будут нужны. А теперь пойдем-ка со мной, да?

Синие вспышки света наполняют комнату почти неземным блеском. Он нежно берет малыша Гарри на руки.

Затем, не оборачиваясь, он выходит из дома.

Сцена постепенно погружается во тьму.

АКТ ЧЕТВЕРТЫЙ. СЦЕНА ШЕСТНАДЦАТАЯ

ХОГВАРТС. КЛАССНАЯ КОМНАТА.

Скорпиус и Альбус вбегают в класс, и хлопают за собой дверью.

СКОРПИУС: Не верится, что я это сделал.

АЛЬБУС: Тоже не верится, что ты это сделал.

СКОРПИУС: Роза Грейнджер-Уизли. Я пригласил на свидание Розу Грейнджер-Уизли.

АЛЬБУС: И она сказала «нет».

СКОРПИУС: Но я пригласил ее. Я посеял семена. И они вырастут в наш счастливый брак…

АЛЬБУС: Ты в курсе, что ты невероятный фантазер?

СКОРПИУС: И я согласен с тобой... только Полли Чапман пригласила меня на школьный бал...

АЛЬБУС: В альтернативной реальности, где ты существенно... существенно популярнее... многие девушки приглашают тебя на свидания и это значит…

СКОРПИУС: И да, логика подсказывает мне, что я должен ухаживать за Полли... или позволить ей ухаживать за мной... она в конце концов известная красавица. Но Роза – это Роза.

АЛЬБУС: Знаешь, логика должна подсказать тебе, что ты псих? Роза ненавидит тебя.

СКОРПИУС: Поправочка: она когда-то ненавидела меня, но ты видел ее глаза, когда я ее спрашивал ее? Это бы не ненависть, а жалость.

АЛЬБУС: И жалость — это хорошо?

СКОРПИУС: Жалость — это только начало, мой друг, фундамент, на котором строится дворец... дворец любви.

АЛЬБУС: Признаюсь, думал, я первый заведу подружку.

СКОРПИУС: О, несомненно. Кстати, тот новый профессор Зельеварения со смоки-макияжем вокруг глаз... она достаточно взрослая для тебя, не так ли?

АЛЬБУС: Я не имею никаких видов на старушек!

СКОРПИУС: И у тебя будет время — много времени — чтобы соблазнить ее. Потому что мне потребуются годы, чтобы уговорить Розу.

АЛЬБУС: Меня восхищает твоя уверенность.

Роза появляется позади них на лестнице. Она смотрит на них обоих.

РОУЗ: Привет.

Мальчики не знают, что сказать. Она смотрит на Скорпиуса.

Это будет странным, только если вы решите, что это странно.

СКОРПИУС: Доступно и полностью понятно.

РОУЗ: Ладно. "Король Скорпионов"

Она удаляется с улыбкой на лице. Скорпиус и Альбус смотря друг на друга. Альбус ухмыляется и тычет в Скорпиуса рукой.

АЛЬБУС: Может, ты прав, жалость — это начало.

СКОРПИУС: Ты идёшь на Квиддич? Слизерин играют с Пуффендуем... будет классно...

АЛЬБУС: Я думал, мы ненавидим квиддич?

СКОРПИУС: Людям свойственно меняться. Кроме того, я тренировался. Думаю, я мог бы войти в состав команды. Присоединяйся!

АЛЬБУС: Я не могу. Мой отец собирался...

СКОРПИУС: Отдохнуть от работы в Министерстве?

АЛЬБУС: Он хочет пойти на прогулку, показать мне что-то, чем-то поделиться со мной.

СКОРПИУС: На прогулку?

АЛЬБУС: Я знаю, такие вещи либо сближают, либо вызывают тошноту. Но, знаешь, я все же пойду.

Скорпиус протягивает руку и обнимает Альбуса.

Чего этт ты? Я думал, мы решили больше не обниматься.

СКОРПИУС: Я не был уверен. Может и стоило бы. Эта новая версия нас, что я вижу в своей голове.

АЛЬБУС: Лучше спроси Розу, стоит ли нам это делать.

СКОРПИУС: Хах! Да. Точно.

Двое мальчиков отходят друг от друга, улыбаясь.

АЛЬБУС: Увидимся за ужином.

АКТ ЧЕТВЕРТЫЙ. СЦЕНА ПЯТНАДЦАТАЯ.

ПРЕКРАСНЫЙ ХОЛМ

Гарри и Альбус взбираются на холм в прекрасный летний день. Они молчат, наслаждаясь солнцем, которое светит им в лица, пока они поднимаются.

ГАРРИ: Ну, как, ты готов?

АЛЬБУС: К чему?

ГАРРИ: Ну, к экзаменам после четвёртого года обучения, а потом будет пятый курс, важный год, во время своего пятого года я …

Он смотрит на Альбуса. Он улыбается. Он быстро говорит.

Я сделал много всего. Кое-что— хорошее, кое-что — плохое. Все это достаточно спорно.

АЛЬБУС: Рад это слышать.

Гарри улыбается.

Я наблюдал за ними, ты знаешь, немного, за твоими мамой и папой. Они были… вам было весело вместе. Твой папа любил делать эти кольца из дыма и пускать их на тебя, и, ты… ну ты без остановки хихикал.

ГАРРИ: Да?

АЛЬБУС: Мне кажется, тебе бы они понравились. И я думаю, что мне Лили и Джеймс понравились бы тоже.

Гарри кивает. Повисает немного неуютная тишина. Оба пытаются придумать, о чем бы поговорить, и оба не знают.

ГАРРИ: Знаешь, я думал, я покончил с ним навсегда... с Волан-де-Мортом. Я думал, все кончено, и когда мой шрам начал болеть снова, я видел сны о нем, я мог даже говорить снова на змеином языке, я почувствовал, словно совсем не изменился... что он никогда не оставит меня...

АЛЬБУС: И что теперь?

ГАРРИ: Частью меня был Волан-де-Морт, которые умер много лет назад, но недостаточно было избавиться от его материальной облочки... Мне нужно было избавиться от него у себя в голове. И для этого сорокалетнему мужчине нужно было многому научиться.

Он смотрит на Альбуса.

Я хочу сказать, что это навсегда в нашей памяти, и я не могу просить тебя забывать об жтом, но я надеюсь, что мы сумеем с этим справиться. Я буду пытаться стать лучшим отцом для тебя, Альбус. И я хочу попытаться быть с тобой честным и...

АЛЬБУС: Пап, тебе не нужно…

ГАРРИ: Ты сказал, что я ничего не боюсь. И вот – я имею виду… Я хочу сказать, что я боюсь всего. Я боюсь темноты, ты знал это?

АЛЬБУС: Гарри Поттер боится темноты?

ГАРРИ: Я не люблю замкнутые пространства... А еще, я никогда никому этого не говорил, но я не люблю... (он медлит, прежде чем сказать) голубей.

АЛЬБУС: Ты не любишь голубей?

ГАРРИ (он морщится): Противные, клюющие, грязные штуковины. У меня от них мурашки по коже.

АЛЬБУС: Но ведь голуби безобидные!

ГАРРИ: Я знаю. Но есть кое-что, что пугает меня больше всего, Альбус Северус Поттер, это - быть твоим отцом. Потому что мне приходится работать без знания скрытых механизмов. У большинства есть хотя бы отец, на которого можно равняться или нет. А у меня ничего, или же практически ничего. Я учусь, понимаешь? И я делаю все, что в моих силах, чтобы не стать плохим отцом.

АЛЬБУС: А я пытаюсь быть лучшим сыном. Я знаю, что я не Джеймс, пап, я никогда не буду как вы двое…

ГАРРИ: Джеймс совсем не такой, как я.

АЛЬБУС: Разве?

ГАРРИ: Ему все дается легко. Мое же детство было постоянной и напряженной борьбой.

АЛЬБУС: Таким же как мое. Так ты хочешь сказать, что я… похож на тебя?

Гарри улыбается Альбусу.

ГАРРИ: На самом деле, ты больше похож на свою маму: отважный, проворный, смешной, это мне нравится. Мне кажется, все это делает тебя отличным сыном.

АЛЬБУС: Я едва не уничтожил мир.

ГАРРИ: Дельфи бы никуда не ушла, Альбус. Ты вытащил ее на свет, ты нашел способ бороться с ней. Может, пока ты этого не осознаешь, но ты спас нас.

АЛЬБУС: Но я же мог сделать лучше?

ГАРРИ: Думаешь, я не задаюсь такими вопросами?

АЛЬБУС (у него засосало под ложечкой): И потом... Когда вы схватили ее... Я хотел ее убить.

ГАРРИ: Ты видел, как она убила Крэйга, ты был зол, Альбус, это нормально. Но ты бы не сделал этого.

АЛЬБУС: Откуда ты можешь знать? Может быть, это моя Слизеринская сторона. Может быть именно это во мне разгляда Распределительная шляпа.

ГАРРИ: Я не понимаю тебя, Альбус, по правде, ты знаешь, что ты подросток, поэтому я и не должен понимать, что в твоей голове, но я понимаю, что в твоем сердце. Я не понимал, долгое время не понимал, но благодаря этой... "выходке"... теперь я знаю, что у тебя там. Слизерин, Гриффиндор, вне зависимости от этих ярлыков, я знаю, что у тебя доброе сердце... И нравится тебе это или нет, но у тебя только единственный выход стать волшебником.

АЛЬБУС: О, не хочу быть волшебником, я хочу гонять голубей. Это меня завораживает.

Гарри ухмыляется.

ГАРРИ: Имена, которые мы тебе дали, не должны быть твоим бременем. У Альбуса Дамблдора тоже были свои трудности в жизни. Северус Снейп, ну… ты все о нем знаешь...

АЛЬБУС: Они были хорошими людьми.

ГАРРИ: Они были великими людьми, со своими недостатками, но ты знаешь, что, эти недостатки почти сделали их ещё более великими.

Альбус оглядывается вокруг себя.

АЛЬБУС: Пап? Почему мы здесь?

ГАРРИ: Это то место, куда я часто прихожу.

АЛЬБУС: Но ведь это кладбище...

ГАРРИ: И здесь находится могила Седрика.

АЛЬБУС: Папа?

ГАРРИ: Юноша, которого убили… Крэйг Боукер, ты хорошо его знал?

АЛЬБУС: Не очень.

ГАРРИ: Я тоже не был хорошо знаком с Седриком. Он мог бы играть в сборной Англии по квиддичу. Или стать великолепным мракоборцем. Он мог добиться успеха в чем угодно. Амос прав — его просто украли. Поэтому я прихожу сюда, когда могу. Сказать ему "прости".

АЛЬБУС: Это… это хорошее дело.

Альбус присоединяется к своему отцу, который стоит у могилы Седрика. Гарри улыбается своему сыну и смотрит в небо.

ГАРРИ: Я думаю, это будет хороший день.

Он касается плеча своего сына. И в стене между ними появляется почти незаметная трещина.

АЛЬБУС (улыбается): Я тоже так думаю.

Перевод выполнен не для коммерческого использования

(пер. Полина Парс)

Youtube: Читалочка / Вконтакте / Твиттер / Инстаграм