Понимальчик возвращался из школы, не глядя по сторонам. Он считал. Считал шаги. Сосчитал, сколько дней строилась разноцветная школа, сколько уже было уроков и сколько ещё приблизительно понадобится кирпичей для окончания строительства. Потом начал считать деревья вдоль тропинки – берёзы отдельно, осины отдельно.

Подул ветерок. Понимальчик втянул в себя воздух, перестал считать и остановился как вкопанный.

Ветер донёс запах земляники. А надо сказать, Понимальчик больше всего на свете любил две вещи: считать и землянику. Может быть, землянику даже немножко больше. Именно землянику, а не земляничное варенье и не земляничный компот, которым его пичкали дома.

Он ещё раз потянул носом. Потом нагнулся и стал приглядываться, не покажется ли в траве красная ягода. А когда под листком зажглось алое пятнышко, Понимальчик опустился на корточки и замер.

Перед ним была ягодная поляна. Прикрытая листьями земляника пряталась от глаз, но стоило присесть, как пупырчатые земляничины, одна крупнее другой, выглядывали из зелёной травы.

Понимальчик стал было считать ягоды, но тут же сбился со счёта.

«Я съем одну ягоду, – решил Понимальчик, – только одну, вот эту… Или нет, лучше ту, пускай эта дозревает. А завтра утром ещё одну, вон ту, например. И так каждый день: одну земляничину утром, другую вечером. Единожды два – два. Два помножить на тридцать дней – шестьдесят. Шестьдесят ягод здесь наберётся. Может, ещё и на другой месяц останется…»

И он осторожно протянул руку за ягодой.