Во дворе отеля скучно и неинтересно. Асфальтированные дорожки, клумбы, три дерева и больше ничего. Смотреть, как катается на велосипеде Юрка, - только настроение портить. Все равно, жадина, не даст.

- Пойдем в соседний двор. Там качели есть, - сказала Леся.

- Давай, - равнодушно ответил Павлик.

 «Скучный какой. И что я целый день с ним делать? - Думала по дороге Леся. - Клава и Света, конечно, уже на лимане. Света, видимо, принесла то, что обещала. Может, она больше и не сможет принести уже...»

Качели были заняты. На них качалась какая-то незнакомая девочка. Леся немного постояла в нерешительности, потом подошла к ящику с песком.

- Давай из песка что-нибудь построим.

- Я не люблю из песка строить, - мрачно произнес Павлик.

- А что же тогда делать? - Уже раздраженно спросила Леся.

- Ты строй, если хочешь, - виновато сказал Павлик. - А я просто буду смотреть.

Но самой Леси строить не хотелось.

Несколько минут они молчали.

Павлик сунул руку за пазуху и осторожно, будто что-то живое, вытащил маленького синего медвежонка с нежной пушистой синевой. Глаза и нос у него были сделаны из маленьких бусинок, и мордочка очень симпатичная и забавная. В поднятой вверх лапе - желтая шелковая нить, на конце которой привязана какая-то круглая резиновая мисочка.

У Леси загорелись глаза.

- Что это?

- Гришка.

- Почему - Гришка?

- Зовут так.

- А откуда он у тебя?

- Дядя один подарил. Знакомый. Он нас с мамой как-то на машине до вокзала подвозил. И Гришка у него на стекле висел. Он может на каком угодно стекле висеть. Даже на потолке, если бы потолок был стеклянный. И на руке тоже... Вот смотри.

Павлик послюнил ладонь, прижал к ней резиновую мисочку, мисочка присосалась, и медвежонок, покачиваясь, повис на ниточке.

Леся улыбнулась:

- Здорово... А почему он синий?

- Потому что Гришка. Все остальные медведи Мишки. А он - синий. Гришка.

Леся перешла во второй класс, но куклами еще играла. На время ремонта все ее игрушки были убраны. И сейчас, смотря на этого забавного синего медвежонка, Леся остро почувствовала, как она соскучилась по своим куклами. Ей даже стало жаль себя.

- Дай мне его подержать. Можно? - Дрожащим голосом сказала Леся.

- Пожалуйста. Он добрый, этот Гришка. Он всегда делает только хорошее и никогда плохого.

Медвежонок был легким, почти невесомым, и в руке, когда Леся его взяла, было так нежно-нежно, что она подумала: «А действительно, он добрый».

- Вот, например, подлетит к нему пчела, - продолжал Павлик. - Покружит, сядет на нос. Он мог бы ее съесть, правда? Ведь все медведи любят мед. А он - не трогает. Не хочет обижать... А волка он прогнал. Волк-то ночью приходил, когда я один дома оставался. Гришка его прогнал... А путешественник он какой! Он на машине того дяди знаешь сколько проехал! Полземли! Сто тысяч километров. Я тоже люблю ездить. А больше всего на свете я люблю на троллейбусе у открытого окна ехать. Голову высунешь, и ветер в лицо... Все время бы так ехал. Хорошо. А?

- Ага, - неуверенно сказала Леся. Она никогда в жизни не ездила в троллейбусе у открытого окна. В них в городке не было троллейбусов.

Леся зачарованно смотрела на голубого медвежонка. Оно так ей нравился! Она любую куклу отдала бы за него.

Вздохнув, она вернула, наконец, его Павлику. Павлик понимающе посмотрел на нее:

- Нравится? Он всем нравится. Мне уже много раз предлагали меняться. Один раз даже настоящий заводной грузовик давал. Но разве я могу обменять Гришку? А?

Павлик улыбнулся и осторожно спрятал медвежонок снова за пазуху.

Леся нахмурилась и молчала.

Павлик долго смотрел на нее, потом сказал:

- Тебе со мной скучно. А?

Леся фыркнула и пожала плечами:

- Нет, почему... Просто вообще скучно.

- Ты, наверное, собиралась куда сегодня? Играть или вообще... Так иди. А я тут побуду. И никому не скажу.

Леся стушевалась. И вдруг подумала:

 «А вдруг действительно пойти с ним на лиман? Он там тихонько на берегу посидит, а я - с девочками... Никто знать не будет». Она внимательно посмотрела на Павлика.

- Ты к морю не боишься идти?

- Нет.

- Пойдем. Только так, чтобы никто не знал.

- Пойдем, если хочешь...