Разрезая носом воды,

ходят в море пароходы.

Дуют ветры яростные,

гонят лодки парусные.

Вечером,

               а также к ночи,

плавать в море трудно очень.

Все покрыто скалами,

скалами немалыми.

Ближе к суше

                      еле-еле

даже

         днем обходят мели.

Капитан берет бинокль,

но бинокль помочь не мог.

Капитану так обидно —

даже берега не видно.

Закружит волна круженье,

вот

      и кораблекрушение.

Вдруг —

              обрадован моряк:

загорается маяк.

В самой темени как раз

показался красный глаз.

Поморгал —

                    и снова нет,

и опять зажегся свет.

Здесь, мол, тихо —

                                все суда

заплывайте вот сюда.

Бьется в стены шторм и вой.

Лестницею винтовой

каждый вечер,

                       ближе к ночи,

на маяк идет рабочий.

Наверху фонарище —

яркий,

          как пожарище.

Виден он

               во все моря,

нету ярче фонаря.

Чтобы всем заметиться,

он еще и вертится.

Труд большой рабочему —

простоять всю ночь ему.

Чтобы пламя не погасло,

подливает в лампу масло.

И чистит

               исключительное

стекло увеличительное.

Всем показывает свет —

здесь опасно или нет.

Пароходы,

                 корабли —

запыхтели,

                  загребли.

Волны,

           как теперь ни ухайте,—

все, кто плавал,—

                             в тихой бухте.

Нет ни волн,

                    ни вод,

                               ни грома,

детям сухо,

                   дети дома.

Кличет книжечка моя:

— Дети,

             будьте как маяк!

Всем

        кто ночью плыть не могут,

освещай огнем дорогу.

Чтоб сказать про это вам,

этой книжечки слова

и рисуночков наброски

сделал

            дядя

                     Маяковский.