Доум'вилль остановилась, безучастно глядя перед собой. Шокированная и рассеянная.

Сейчас! - орал в её голове Кхазид'хи, но бедная молодая эльфийка была слишком удивлена, даже ошеломлена, чтобы двинуться с места.

Появившийся из неоткуда ветер растрепал её золотые волосы. Из-за спины женщины донесся стон, и она слегка развернулась, только чтобы увидеть Тиаго, изо всех сил пытавшегося подняться, держась за окровавленный бок.

Глаза эльфийки расширились от ужаса, стоило ей взглянуть на стену, где проступил закручивавшийся вихрь. Словно черный смерч, темный дым зловеще танцевал, свиваясь в воронку.

- Доум'вилль! - отчаянно крикнул Тиаго, протягивая руку. Женщина схватила её, но порыв ветра усилился и отбросил Тиаго прочь, отправляя его кувыркаться по каменному полу. Тело эльфа подпрыгивало и крутилось.

Вихрь поглотил его, унося во тьму.

Доум'вилль не знала, как ей отреагировать. Она не понимала природы этого ветра, как и его… цели! Был ли этот кружащийся вихрь живым существом? Затянул ли он Тиаго? Испугавшись, она развернулась, двигаясь против ветра, который продолжал неумолимо ударять её. Доум’вилль решилась бежать.

И тогда она увидела его — ужасающего и могучего — стоящего за вихрем, который крутился между ними. Она знала, кто был источником этой невероятной силы, как знала, что ветер не был живым существом. Он был, скорее, орудием Архимага Мензоберранзана.

Сейчас! - отчаянно умолял её Кхазид’хи. Разумный меч видел завершение своего плана, наблюдая, как цель его гнева ускользает. Едва успев обдумать движение, Доум’вилль подняла меч. И Громф поднял руку.

Резкий порыв ветра вырвал клинок из её рук, засасывая его в воронку, заставляя исчезнуть в вихре.

- Я убила… - начала Доум’вилль, но её слова превратились в визг, когда порыв ветра, равный по силе удару кулака великана, отбросил её назад. Инстинктивно она приготовилась, или попыталась, уверенная, что вот-вот столкнется с каменной стеной.

Но этого не произошло.

Она помчалась вдоль коридора темных облаков, кувыркаясь и дрожа, дальше и дальше.

Джарлаксл вздохнул.

- Он обязательно должен быть центром мироздания, - пожаловался наемник, когда они с Киммуриэлем наблюдали победную прогулку Громфа вдоль комнаты, до его собственного межуровневого туннеля. Архимаг остановился лишь на короткое время, чтобы рассмотреть что-то разбрызганное по дальней стене. Сапоги, висящие, слегка покачиваясь под порывами ветра, вызванного заклинанием.

Он тоже вздохнул, и Джарлаксл знал, что этот вздох, без сомнения, относился к его брату. Громф вытянул руки, его великолепная мантия захлопала от порывов магического ветра, подхватившего архимага, словно котенка и отправившего его в туннель. Джарлаксл и Киммуриэль последовали за ним. Наемник задержался лишь затем, чтобы попробовать рукой липкую массу на стене. Киммуриэль шагнул первым. Джарлаксл двинулся следом. Он все еще обтирал с пальцев липкую слизь, когда, миновав межпространственный туннель, вышел в комнату для аудиенций Дома До’Урден, становясь рядом с Киммуриэлем. Там же собралась вся свита Архимага. Равель Ксорларрин и его сестра, Сарибель, так же были среди присутствующих. Вместе с Далией, которая сидела на троне, похожая скорее на манекен — или на труп. Эта картина причинила Джарлакслу боль, но, право, что мог сделать бродяга?

- Архимаг, - выдохнул Равель. Он пытался помочь раненному и смущенному Тиаго подняться с пола, но мгновенно дал другу повалиться назад и почтительно отступил — ужас часто походил на знак уважения. Громф даже не посмотрел на него. Глаза мага остановились на Доум’вилль, которая распласталась на полу. Меч женщины лежал неподалеку. Эльфийка посмотрела на архимага, и ощутила себя такой маленькой и незначительной для всех окружающих. По какой-то не понятной Джарлакслу причине — она, конечно же, не собиралась противостоять Громфу! - её рука потянулась к потерянному мечу.

Громф поднял руку и закрутил клинок в воздухе перед собой.

- Это клинок Дома Бэнр! - предупредил он женщину. Голос архимага, магически усиленный, звучал так громко, что полубезумная даже Далия удивленно посмотрела на него.

Громф взмахнул рукой в сторону Доум’вилль, направляя свое заклинание мимо неё. Еще один вихрь закружился на противоположном конце комнаты. Эта новая воронка казалась светлее, ярче и солнечнее, но от этого света несло каким-то холодом.

- Клинок Дома Бэнр! - взревел Архимаг, когда Доум’вилль глупо потянулась к Кхазид’хи. Меч пролетел по полу, прямо в руки Громфа. Доум’вилль уставилась на него, испуганная и потерянная… такая потерянная! Но она не нашла сочувствия в янтарном взгляде Громфа.

- Тебе здесь не место, иблис, - заметил Архимаг Громф. Громкие завывания ветра сотрясли комнату, сконцентрировавшись на Доум’вилль. Её глаза расширились от ужаса, и женщина впилась ногтями в пол, так отчаянно, что оставила на камнях несколько сломанных ногтей, когда ветер, наконец, схватил, поднял, перевернул и, кувыркаясь, отправил её в воронку.

Джарлаксл вздрогнул и прошептал:

- Бедная девочка.

Вихрь вращался все быстрее и быстрее, его диаметр уменьшался, и вскоре воронка превратилась в точку. Потом ветер исчез, словно поглощая сам себя, оставив залу аудиенций Дома До’Урден.

- Позаботься о своем муже, глупая жрица, - сказал Громф Сарибель. - И знай - если он умрет, ты отправишься в могилу следом за ним.

- Верхние уровни потеряны, - закончил Хоштар. - Даже если вы бросите туда каждого дроу, каждое заклинание и каждого раба — это не возымеет эффекта. Они сильны. Их ведут хорошие воины и поддерживают отличные генералы. Они контролируют каждую пядь завоеванной земли. Матрона Мать, их нелегко будет отогнать назад.

- Как и остановить, - сказала Матрона Мать Зирит, глядя на разведчика. Хоштар только пожал плечами, не видя смысла отрицать очевидную истину. - Как долго мы можем отбиваться? - спросила женщина.

- Их поход в нижний город будет тяжелым, - ответил разведчик. - Расстояние до главной пещеры нижних этажей значительно, а лестница, разумеется, не может быть восстановлена. Ступени сломаны, перекрыты и охраняются. Так будет и впредь. Я ожидаю, что дворфы станут использовать магию, чтобы опуститься вниз. Но это даст нам возможность ударить по ним стрелами и магией.

- Значительной магией, - пообещал Тсэбрек, и Матрона Мать Зирит благодарно кивнула.

- Есть и другие способы попасть на нижние этажи, - напомнила ему жрица.

Хоштар кивнул.

- Все узкие. Их легко защитить.

- Оцени эту защиту.

- Моя Матрона Мать, - сказал Хоштар, поклонившись и выходя из комнаты.

- Они найдут путь сюда, - заметил Тсэбрек, оставаясь наедине с Зирит. - Не стоит недооценивать ловкость и упорство дворфов. Матрона Мать Ивоннель совершила эту ошибку  сотню лет назад, и заплатила за неё жизнью.

- Я понимаю опасность, - заверила его Зирит. Её голос звучал безжизненно и разбито.

- У тебя нет выбора, - сказал Тсэбрек.

- Ты говорил мне умолять Матрону Мать Бэнр.

Тсэбрек не потрудился ответить.

- Создай канал, - приказала Зирит, и Тсэбрек кивнул. Маг направился к своему бассейну для прорицаний.

Вскоре в спокойной воде появилось лицо Матроны Матери Бэнр, и Матрона Мать Зирит двинулась к изображению.

Джарлаксл и Киммуриэль проследовали за Громфом через весь город, направляясь в его башню в Сорцере. На всем пути Громф продолжал замечать разрушения, учиненные демонами, особенно его тронул один из эпизодов. Несколько тел дроу валялись вдоль боковой улицы, разорванные на части, с отсеченными конечностями, словно их терзали клешни глабрезу.

- Бреган Д’Эрт вскоре может получить приказ от матроны матери. Нужно расчистить улицы, - бросил Громф, когда они вошли в его личные покои. 

- От тел, или от разъяренных демонов? - спросил Джарлаксл, выглядя весьма уныло.

- От всего, полагаю, - заметил архимаг.

- Бреган Д’Эрт не… - собрался было запротестовать Киммуриэль.

- Бреган Д’Эрт будет тем, чем прикажет матрона мать, - прервал его Громф. - Разве мы уже не убедились в этом? - добавил он, глядя на Джарлаксла. - Может быть, стражами Дома До’Урден?

Уныние Джарлаксла не улетучилось.

Любопытное выражение появилось на лице Громфа. Казалось, архимаг чем-то удивлен. Он потянул руку к поясу, кладя её на рукоять меча Бэнров, который только что отнял у Доум’вилль.

- Это зовет меня, - заметил Громф, вынимая отлично отточенный клинок и держа его перед глазами.

- Ты теперь его новый владелец? - спросил Джарлаксл, который, конечно, был знаком с Кхазид’хи.

- Хммм, - размышлял Громф. - Может и я, - выражение его лица стало скептическим, а потом весьма позабавленным. - А может, и нет, если у меча есть другие предпочтения.

- Кхазид’хи не будет рад служить магу, - предположил Джарлаксл. - Меч жаждет крови.

- Не важно, чего хочет Кхазид’хи, - ответил Громф.

Архимаг вздрогнул, словно его ударила какая-то невидимая сила. Он поморщился, как будто кто-то щелкнул пальцами перед его носом, или проявил какой-то другой безвредный признак неуважения.

- Кажется, меч не согласен, - вставил Киммуриэль.

Джарлаксл посмотрел на псионика, замечая, что тот закрыл глаза. Он перехватывал телепатические протесты, которые клинок адресовал Громфу.

- Да ладно? - фыркнул Громф. Он явно общался с мечом, поднимая его выше перед своими сверкающими глазами. Архимаг изучил навершие, такое красивое, выполненное в форме свернувшегося и спящего пегаса.

- Нет, - сказал он, качая головой. - Этого не будет.

Громф прижал навершие ко лбу, закрыл глаза и поморщился.

Джарлаксл посмотрел на Киммуриэля, который оглянулся и кивнул, явно впечатленный — впечатленный псионической атакой Громфа, направленной против Кхазид’хи.

Джарлаксл тоже был впечатлен, когда заметил, как навершие меча двигается и изменяется, становясь черным, а потом покрываясь красными точками. Наемник едва сдержал смех, присмотревшись внимательнее. Громф превратил навершие великого Кхазид’хи в нечто, похожее на гриб!

Архимаг снова вытянул руку с мечом, и кивнул, наслаждаясь результатами работы. 

- Так лучше, - вымолвил он, наконец.

- Не слишком подходит для клинка Дома Бэнр, - заметил Киммуриэль. - Но вполне надлежащее оскорбление для такого грубого орудия, как меч.

- Потому я сомневаюсь, что Кхазид’хи снова попытается навязать тебе свою волю, - добавил Джарлаксл.

- Это незначительная вещь, - сказал Громф. Переведя взгляд с клинка на лидера наемников, архимаг бросил его Джарлакслу, который с легкостью подхватил меч.

- Это клинок Дома Бэнр, - пояснил Громф. - А ты — Бэнр. К тому же, воин Дома Бэнр. Носи эту игрушку, если достаточно силен, чтобы её подчинить.

Джарлаксл выглядел удивленным, хотя открытый вызов показался ему скучным. Он слышал разочарованный крик меча, но только сконцентрировавшись на отдаленном бормотании. Контроль Кхазид’хи был для него не сложнее, чем для Громфа. Даже без магической повязки, которая охраняла его от псионического вмешательства, Джарлаксл совершенно не волновался о том, что сила воли меча станет доминировать над его собственной.

Он кивнул брату, выражая признательность — притворную лишь наполовину. Джарлаксл любил свои магические игрушки и знал мощь Кхазид’хи, зажатого в руке.

- Где эта девочка полудроу? - спросил Джарлаксл, вешая меч на ремень. - Дочь Тос’уна Армго.

- Тебе какое дело?

Джарлаксл пожал плечами.

- Может и никакое. Во всяком случае, не слишком большое. Это любопытство, и ничего более.

- Честно говоря — я не знаю, - заметил Громф. - Умирает от холода на холодном склоне горы… где-то на Хребте Мира, наверное, и возможно где-то у логова Араутатора. Зачем тебе это знать? Хочешь отправиться за ней?

Джарлаксл снова пожал плечами.

- Однажды она может оказаться полезной.

- Если я еще хоть раз увижу это создание, эту полуиблис, полу-Армго, я превращу её в желе и  подам на следующем посещенном мною празднике, - сказал Громф. Ничто в его тоне не намекало на то, что архимаг преувеличивает.

- К счастью, у меня есть много вещей, которые ты никогда не увидишь, - ответил Джарлаксл, прикладывая палец к полям своей большой шляпы. Затем, он развернулся к Киммуриэлю. - В Лускан, - приказал он. - Я не имею ни малейшего желания быть застигнутым в городе матроной матерью.

- Но улицы нужно очистить, братик, - сказал Громф.

- Для этого, братик, боги дали нам магию, - ответил Джарлаксл тем же самодовольным тоном. - Чтобы выполнять наши рутинные заботы.

Киммуриэль мудро решил не задерживаться, и момент спустя они с Джарлакслом вступили в приемный покой Бреган Д’Эрт в Иллуске, подвалах Лускана.

Она подняла мокрое лицо, пытаясь собрать свои мысли и силы после своего не слишком комфортабельного полета через портал архимага. Первое время она не замечала холода, покуда ей не удалось разлепить глаза, находя себя лежащей в глубоком снегу.

Доум’вилль знала время года. Она знала, что снег не выпал нигде, кроме высоких гор.

Женщина приподнялась на вытянутых руках и медленно повернула голову, оценивая величие развернувшейся перед ней картины. Горы, огромные и высокие, чьи скалистые хребты чернели из-под снежного одеяла, маячили перед её глазами — по своему положению, она поняла, что её голова лежит на склоне выше ног.

Горы слева и справа были за пределами её поля зрения. Хребет Мира, поняла женщина. Не узнавая никаких конкретных горных пиков, она тем не менее, не помнила других горных хребтов подобной величины и величия на Фаэруне.

Женщина лежала в снегу. Холод начал пронизывать тело.

Вся тяжесть проблем обрушилась на плечи Доум’вилль.

Женщина оглянулась вокруг. В отчаянии, она ударила по снегу, отбрасывая его прочь, подальше от себя. Запустив руки под снежный покров, Доум’вилль начала хватать, загребать и что-то искать внизу. И лишь после того, как силы её оказались на исходе, женщина осознала, что ищет.

После этого её движения замедлились, и она вынула руку из снега, чтобы проверить наличие на той всех пальцев. Ведь натолкнись она на невероятно острое лезвие Кхазид’хи, рука совершенно точно не сохранила бы свою целостность.

Доум’вилль подтянулась, становясь на колени, и попробовала искать по-другому, телепатически взывая к своему пропавшему мечу. Она умоляла Кхазид’хи помочь ей в поиске.

Но не услышала ничего.

Страх пронесся сквозь её тело. Теперь женщина закричала вслух. Она неоднократно выкрикивала «Горлорез!». Пошатываясь, она заставила себя подняться на ноги.

- Горлорез!

Крики эхом отразились от горных склонов, возвращаясь к женщине. И это эхо принесло ей отчаяние. Оно издевалось над ней, жалко отдаваясь в ушах. Огромный Хребет Мира смеялся над Маленькой Ланью.

Солнце ярко светило над её головой, сверкая на снегу. Но воздух посреди этих огромных белых равнин был холоден.

Доум’вилль не слишком часто была в горах. Куда ей идти? Как она может защитить себя от снега и ветра?

Есть ли тут монстры? Да, она достаточно знала о мире, чтобы понять — холод может быть наименьшей из её проблем.

Кхазид’хи! - снова вскричала в мыслях Доум’вилль. Последний раз.

Меч был потерян.

Она была потеряна.

- Когда тебе снова придет в голову дразнить архимага — я бы предпочел быть предупрежден, чтобы убраться подальше, - наставлял Киммуриэль своего опасного спутника.

Джарлаксл извлек Кхазид’хи и повернул меч, рассматривая навершие.

- Впечатляющая работа, - то ли заметил, то ли спросил он.

- Более впечатляющая, чем ты понимаешь, - заметил Киммуриэль. - Меч попытался захватить его разум. У канализационной крысы было больше шансов отдавать приказы матроне матери.

Джарлаксл кивнул и посмотрел на навершие, выполненное в форме крапчатого гриба.

- Впечатляюще, - пробормотал он, имея в виду скорее всю личность Громфа, нежели этот конкретный трюк.

Кхазид’хи, в конце концов, не был слабым артефактом. Он обладал собственными чувствами и огромным эго. В прошлом он доминировал над великими воинами, даже над Кэтти-бри. И над Артемисом Энтрери, покуда тот, в скором времени не понял угрозы.

Наемник оценил слова Громфа, сказанные братом в тот момент, когда он отдал Джарлакслу меч. Он напомнил наемнику о его наследии, открыто, перед Киммуриэлем. Джарлаксл закивал, пытаясь обдумать это. Несмотря на оскорбительное навершие, этот клинок был скорее не подарком, а предложением. Громф знал, что он ступает на опасную тропинку, возвращаясь в Мензоберранзан. Джарлакслу было не трудно понять - архимаг расстроен тем, что Ллос потеряла власть над Плетением. И, что еще хуже, её пренебрежением к магам мужчинам, даже к Громфу, когда все считали, что она включит Паутину Магии в свои владения и проявит уважение к тем, кто использует эту силу.

Громф дал меч Джарлакслу, чтобы купить для себя право уйти, если это потребуется.

Экс-архимаг Мензоберранзана в качестве воина Бреган Д’Эрт? Глаза Джарлаксла широко распахнулись, когда он обдумал возможности.

Возможности, которые он быстро оттолкнул прочь. Неужели он решил, что в таком случае Громф Бэнр станет служить ему и Киммуриэлю? Скорее, Громф станет требовать подчинения себе.

Громф Бэнр не делал предложений, от которых можно было отказаться.

Киммуриэль отправился прочь, чтобы решить другие вопросы, и Джарлаксл не терял времени. Он снял свою глазную повязку, чтобы облегчить взаимодействие с мечом, а потом кивнул, когда навершие потемнело и приняло форму кошки — пантеры. На некоторое время Джарлаксл хотел оставить свою идею и сделать его похожим на Гвенвивар — может быть, он подарит клинок Дзирту. Но нет, решил он, пробормотав:

- Это клинок Дома Бэнр.

Два щупальца показались из плеч пантеры, и навершие приняло форму величайшей кошки Надземного Мира и Подземья — Зверя-Путающего-Следы, грозного противника, достойного символа для клинка, висевшего на поясе Джарлаксла.

Щупальца, казалось, на мгновение обрели жизнь, магически обвиваясь вокруг руки наемника, защищая её.

В своих мыслях Джарлаксл чувствовал благодарность Кхазид’хи.

Да, они отлично поладят.