Языковая группа. Ну тоже индоевропейский. Но не романо-германская! А язык — это

поле мышления и мировоззрения, как-никак!

Климат и территория. Много, холодно, темно. Просторно, бесхозно. Проще свалить

вдаль, чем что переделать.

Идентификация. Она должна быть взаимной. Вам известно мнение Европы — она

считает Россию Европой? Нет? Театр: Россия: «Я — ты!!» Европа: «Ты — не я!!!» Россия:

«Пусти!» Европа: «Рано!» Россия: «Я уже улучшилась!» Европа: «Я проверю!».

Гибель Запада

Физическая деградация и вымирание

1. Депопуляция. Рождаемость европейских народов в последние двадцать лет прочно

установилась на уровне ниже простого воспроизводства. Численность европейцев

продолжает сокращаться. По всем прогнозам, на обозримое будущее эта тенденция

сохранится. Такие богатые и преуспевающие — а размножаться не хотят. Психологические

и экономические объяснения и попытки исправить положение дел успеха не имеют.

Аналогии: простые и неутешительные. Закат цивилизаций всегда сопровождался

сокращением рождаемости. Словно биологический завод к концу подходил. На эту беду

жаловались еще римские историки периода упадка. Объяснение: простое и

неутешительное. Фокус в том, что «природное предназначение» человека — в том, чтобы

максимально преобразовывать окружающий мир. Биологический путь — размножение до

полной насыщенности ареала особями своего вида: их простая жизнедеятельность

изменяет окружающую среду насколько можно. К чему и стремятся все биологические

виды, останавливаемые в своей экспансии лишь природными ограничениями, борьбой за

выживание против врагов вила, «прокормочным ресурсом» пространства. Водоросль в

пруду, волк среди оленей, кролик в Австралии. До поры до времени преобразовательные

возможности человека прямо зависели от численности его группы и вида. Но по мере

научно-технического прогресса многочисленность стала не нужна: малочисленная группа

перелопачивает окружающую среду посредством трактора, конвейера и водородной бомбы

куда активнее огромных диких орд. Высокая энергетичность человека в природе

трансформировалась из биологической формы в техногенную. С «природной точки

зрения» это рациональнее, экономичнее, перспективнее — это эволюция формы

энергопреобразования Вселенной на очередной, более высокий уровень. Роль гениталий

уменьшается, мозга — увеличивается.

И дело здесь не в расе. Японцы, быстро достигнув высокого научно-технического уровня, впали в ту же проблему: перестали размножаться.

На объективном, природном, общем уровне мы столкнулись с эдаким «природным

переключателем» с одной формы экспансии на другую: переход на более низкий

биологический уровень и более высокий «трудовой». Не числом, значит, а уменьем. Один

пулемет вместо ста копий.

Природе больше не требуется нас так много, как раньше.

Мы достигли высочайших умений и добились черт-те каких свершений. И это, казалось

бы, хорошо.

Но одновременно мы выработали свой биологический ресурс. И это плохо. Для нас.

2. Бесплодие. Можно какими угодно уговорами и деньгами стимулировать рождаемость, но вот против возможностей организма переть трудно. Врачи знают это лучше прочих.

В странах «первого мира» продолжает повышаться, расти бесплодие женщин и

импотенция мужчин. Более того: по данным медицинской статистики — уменьшился в

среднем объем эякулята и концентрация сперматозоидов в нем. Вот тебе питание, вот тебе

витамины, вот тебе право на гарантированный отдых.

3. Однополый секс. Можно сколько угодно оправдывать и уравнивать в правах

гомосексуалистов и лесбиянок с сексуально нормальными гражданами, но дети от этого не

родятся.

Умрем — но свободными? Свобода туманна — смерть конкретна. Тех, кто не родился, не

утешишь даже свободой. Больше гомосексуалистов — меньше людей. Побоку идеологию, сейчас речь только о вымирании.

4. Прекращение естественного отбора. Медицина — гуманнейшая из наук, и жизнь

каждого человека драгоценна и даже, кто хочет, священна. Но в результате ее достижений, кроме всего хорошего, есть и то плохое, что все больше цивилизованных граждан

страдают наследственными болезнями. Здоровье из нормы понемногу становится

исключением, а болезни превращаются в норму: кто ж чем-нибудь не страдает. Спасаем

нежизнеспособных, и они передают свои гены.

Что же, сбрасывать хилых младенцев со скалы и отправлять больных в газовые камеры?!

Упаси Бог. Но вынуждены констатировать — уровень здоровья понижается, со всеми

вытекающими из этого последствиями. Несколько поколений скрещиваний больных

одним с больными другим — и что? И то. Сериал «Госпиталь».

Надежда на генную инженерию, но это не очень большая надежда. Довольно трудно долго

обманывать и уговаривать природу. Увы — но в конце концов выживают здоровые, а

больные как-то нет.

5. Болезни цивилизации. Сердечно-сосудистые, рак, диабет. Гиподинамия, переедание, стрессы. Тренажеры, диеты, психоаналитики — как попытка компенсации. Нездоровый

образ жизни (а здоровый в цивилизованном обществе невозможен, труд не того рода и быт

тоже) ничем не компенсируешь. Замкнутый круг. Жирные, хилые, очкастые, нервные.

Пьют снотворные и транквилизаторы. Выживут в поколениях?

6. Дегенерация. Народишко цивилизованный стал в среднем повыше и узкокостней.

Плечики поуже, грудка поуже. И косточки его, длинные и тонкие, стали порыхлее и

кальция в них поменьше.

Любой селекционер знает, что это — признаки дегенерации, вырождения породы: если

такое происходит с животным, это означает, что у него уже и здоровье не то, и сила-

скорость не те, и нюх не тот, и потомство его менее жизнеспособно. Потому что у каждого

вида — свои оптимальные размеры и пропорции.

Классический пионер-первопроходец — невысок, коренаст, жилист, не слишком даже

силен, но выносливее любой скотины, и не уморишь его ничем. Мы не первопроходцы, нас не морят, но — но — запас жизненных сил у высокого-тонкого не тот.

От «хорошей жизни» человек укрупняется — но та же «хорошая жизнь» уменьшает запас

жизненной силы в нем: как бы этот запас на радостях от хорошей жизни тут же

употребился в увеличение тела, раз есть чем кормить это тело и не грозят ему никакие

особые перегрузки. А вот переносить разные трудности такому укрупненно-утонченному

будет уже труднее, и детям его тоже. Энергия в нем уже не та.

7. Перспектива. В недалеком будущем следует ожидать снижения средней

продолжительности жизни в развитых странах. Сегодня она дошла до видимого предела.

Благодаря медицине и обеспеченной жизни.

Генофонд продолжает ухудшаться. А чудеса трансплантологии и генной инженерии

дороги и всем больным, которых все больше, не могут быть по карману. Чем

ошеломительнее достижение, тем оно дороже стоит. С середины жизни люди начинают

работать себе на лечение. Страховая медицина подъедает бюджет.

Тем временем побежденные болезнетворные микроорганизмы вырабатывают новые

штаммы, уже не поддающиеся эффективным вчера средствам лечения. Болезни начинают

возвращаться, а естественный иммунитет стал гораздо слабее. Соревнование фармацевта с

микробом выходит на новый круг.

Нас становится все меньше, наше здоровье все ухудшается, наше физическое состояние и

длительность жизни невозможно поддерживать без искусственных средств.

Великое переселение народов и замещение этносов

8. Великое переселение народов. Следует назвать вещи своими именами и ясно

сформулировать: мы живем в эпоху Нового Великого Переселения Народов. Оно, как уже

бывало, происходит с Востока и Юга на Запад и Север. Из Азии и Африки люди десятками

миллионов перетекают в Европу и Северную Америку.

В странах «первого мира» неуклонно растет и абсолютная, и относительная численность

юго-восточных переселенцев. Эта устойчивая, усиливающаяся тенденция ведет к тому, что

«лица европейского происхождения» будут этническим меньшинством у себя дома к концу

XXI века.

Уже сегодня лондонский Гайд-парк и прилегающие к нему северо-западные кварталы —

один из районов обитаний мусульман, открывших сотни мечетей только в Лондоне;

«красный пояс» Парижа превратился скорее в «зеленую чалму»; «евро-американцев» в

Нью-Йорке осталось 46 %.

9. Замещение на рабочих местах. Бедный иммигрант согласен (хотя бы для начала) на

любую работу. Непрестижные, низкооплачиваемые, не требующие квалификации

профессии забиваются в первую очередь. Сезонные рабочие, мусорщики, шофера и т. д.

Уборка и прислуга.

Мечтают выбиться в люди, открыть мелкую торговлю и дать детям образование. Что и

удается самым энергичным. Появляются торговцы, студенты, квалифицированные

специалисты.

Но едут и готовые квалифицированные специалисты: зарплата, научная самореализация, цивилизованный быт. Едут сливки мозгов мира.

Китайцы и индусы в медицине и компьютерном программировании США — это уже

серьезные профессиональные группы.

Может ли «сборная белых» противостоять «сборной остального мира»? Да такая задача и

не ставится: работодателя интересуют профессиональные качества работника, а не

национальность — цивилизованный мир прагматичен и демократичен.

«Открытое общество» предоставляет равные права и возможности всем — и со временем

лучшие места достаются самым энергичным, целеустремленным, цепким и готовым на

все. А бедный иммигрант не предается рефлексии по поводу бессмысленности

переизобилия — он его просто добивается.

Самый простой пример — спорт, он на виду: профессионального бокса, баскетбола,

легкой атлетики — без негров больше нет. И уж это — абсолютно честная конкуренция.

10. Рождаемость. У иммигрантов гораздо выше, чем у европейцев. Одни сокращаются, другие размножаются, этническое соотношение продолжает меняться стремительно.

11. Ментальность. Понятно, что любой народ имеет какие-то свои, собственные, отличные от других, привычки, обычаи, традиции, особенности, представления. Какие-то

отличия в ценностной ориентации. Этические, поведенческие нюансы.

При совместном проживании народов, даже длительном, отнюдь не все эти нюансы

нивелируются общежитием. Потому что определяются они не только воспитанием в

обществе, но и психофизиологией. Личность, как известно, есть наложение фенотипа на

генотип.

Ментальность — это форма социопсихологической реакции на раздражитель. Оформление

реакции весьма зависит от ее степени, силы. Один вздохнет, другой выругается, третий

даст пощечину — это разница более в форме. А вот если у одного просто испортится

настроение, а другой впадет в аффект — это уже разница в силе. Англичанин

презрительно усмехнется, русский выругается, чеченец зарежет. Сила реакции

определяется не только воспитанным, условленным отношением к конкретному

раздражителю — но психофизиологией центральной нервной системы. Соотношением

процессов возбуждения и торможения, их силой, длительностью, скоростью

возникновения и затухания. И если исландцы, скажем, флегматичны, а итальянцы горячи, то их нервная система останется при них.

Культура народа неразрывна с его ментальностью, это частично взаимонакладывающиеся

понятия. Одни хватаются за ножи, другие покоряются, третьи строят стену, четвертые

откочевывают в безопасное место. Одни молчат и пашут, другие кричат и авралят. Конечно

— ландшафт, климат, экономика, законы, но складывающийся тысячелетиями и имеющий

основания на генетическом уровне характер народа, этноса, расы нельзя сбрасывать со

счетов.

С замещением этноса меняется генотип. Тем самым — несколько меняется и тип

«среднестатистической» центральной нервной системы. Это задает некоторые изменения в

реакциях на некоторые конкретные раздражители. Любые изменения ментальности не

могут не иметь последствиями некоторых изменений в культуре.

Народ создает культуру «под себя». Мощная культура ассимилирует пришельцев. Они, даже ориентируясь на ее сохранение и отождествляя себя с ней, неизбежно корректируют

ее под себя.

В эволюцию культуры «первого мира» в XXI веке входит и этнический фактор. От себя не

убежишь, и то, от чего бегут переселенцы, они приносят с собой.

12. Протест и контркультура. Можно приехать в другую страну с намерением во всем

уподобиться аборигенам. Но если расовые отличия, национальные особенности или какая-

то «инакость» иммигранта вызывают реальную или мнимую отчужденность — возникает

комплекс неполноценности. Недовольство, ущемленность! Желание преодолеть,

самоутвердиться! Если отличия нескрываемы и мешают стать «своим», а своим ты себя

чувствуешь только в своей субэтнической группе — отличия надо подать как достоинства, моменты самоутверждения! Да, мы не такие, как вы, но это вы думаете, что вы лучше, а

мы хуже — а на самом деле это мы лучше вас! Вы ставите нас в подчиненное положение, в глубине души держите за второй сорт, избегаете общаться как с равными, гордитесь

своими преимуществами и достижениями? Фигу: это мы вас презираем, и у нас есть

достоинства и достижения не хуже ваших.

Противопоставление субэтнических групп.

Свои районы проживания, где опасно появляться белым. Свои этнические сообщества

торговцев (овощами, или вообще продуктами на рынках, или цветами, и т. д.), или