– Проклятые орки заплатят за содеянное, – с удовольствием заметила Шандрис. – И больше никакие уловки им не помогут!

– Желая отомстить за отважных Среброкрылых и других защитников Ясеневого леса, давайте не забывать тот факт, что сейчас Ордой командует Гаррош Адский Крик, а не Тралл, – ответила Тиранда. – Ведь это две совершенно разные Орды, Шандрис. Мы должны действовать очень осторожно и обдумывать каждый свой шаг.

– Ох, обязательно. Уничтожая орков, мы будем обдумывать каждое свое действие и стараться, как можно меньше пачкаться в их крови.

Верховная жрица нахмурилась. Халдрисса промолчала, а Денеа с большинством остальных Часовых согласно кивнула в ответ на эти слова генерала.

– Расскажите нам все, что удалось выяснить, – сказала Тиранда командиру. – И где, по вашему мнению, на нашей линии обороны могут быть слабые места.

Халдрисса сразу же начала рассказывать все, что знала. Как только она запнулась, дерзкая Денеа высказала свои собственные предложения, включая и то, что если сейчас они выдвинутся в путь, то смогут оттеснить Орду аж до самых Среброкрылых. Халдрисса не перебивала свою помощницу, а лишь удивлялась тому, почему в данный момент Денеа лучше понимает сложившуюся ситуацию. В отличие от Халдриссы, Денеа ни разу не запнулась и все, что она предложила, звучало очень разумно. Шандрис и Верховная жрица молча слушали ночных эльфиек. Когда они закончили, Тиранда Шелест Ветра посмотрела на своего генерала:

– А что скажешь ты?

– Похоже у нас крепкая линия обороны. Но, возможно, разумнее атаковать первыми; ведь долго обороняться от Орды мы не сможем. Я отправлю разведчиков, в то время как мы будем расставлять наших людей по всему периметру, который заняла командир Халдрисса. А река сможет нас защитить в случае, если мы должны будем отступать по той или иной причине. Мы оставим здесь лучников, которые смогут нас прикрыть, если это понадобится.

– Гоблинский туман, – напомнила ей Халдрисса.

– На этот раз нам не сможет помещать ни один туман – ни естественный, ни искусственный, – пообещала Верховная жрица. – Элуна позаботится об этом.

Командир с облегчением выдохнула. Внезапно она почувствовала себя очень уставшей. Тиранда с сочувствием на нее посмотрела, задержав свой взгляд на глазной повязке:

– Халдрисса, ты хорошо мне служила на протяжении всего столетия… и многим пожертвовала. Ты заслужила отдых.

– Я знаю все об обязанностях командира, – предложила себя Денеа прежде, чем Халдрисса смогла отказаться от столь любезного предложения. – Она сможет спокойно отдохнуть, зная, что командование в надежных руках.

– Тогда договорились. – Верховная жрица посмотрела на командира. В ее глазах Халдрисса увидела только уважение и сострадание. Тиранда действительно считала, что ей нужно отоспаться, а спорить с правительницей ночных эльфов Халдрисса не могла.

– Как пожелаете.

Тиранда уточнила:

– Это нужно не мне, а тебе, Халдрисса. Нам еще понадобится твоя помощь. Ты лучше всех знаешь Ясеневый лес.

– Спасибо, Верховная жрица. – Закаленная в бою воительница на такие слова из уст кого-то другого могла бы и обидеться, но командир знала, что Тиранда говорила от чистого сердца. Это успокоило Халдриссу, поэтому она извинилась и направилась в сторону лагеря.

Хоть она и ушла отдыхать, но свою глефу оставила при себе. Помощь Верховной жрицы и ее генерала была неоценима, но Халдрисса действительно находилась в Ясеневом лесу намного дольше остальных. Здешние леса она считала своим домой больше, чем сам Дарнас. Она очень привязалась к Ясеневому лесу, поэтому видеть его страдания для нее было очень тяжело.

Но закрыв глаза, она никак не могла избавиться от ощущения, что, несмотря на присутствие Верховной жрицы, в ее любимом Ясеневом лесу произойдут ужасные события…

Тиранде практически сразу же стало не хватать Халдриссы, но она старалась этого не показывать. Как и Шандрис, все остальные офицеры были значительно моложе Тиранды. Некоторые из них выросли на эпических рассказах своих родителей о Войне Древних. Они, конечно же, видели последствия этой войны и понимали, почему большинство их народа ненавидит Высокорожденных, но им было не понять, насколько сильным было чувство дежавю у Верховной жрицы. Она снова здесь, чтобы защитить мир от злых существ, которые посчитали, что эти земли должны принадлежать только им. Сначала была королева Азшара. Затем – Смертокрыл Разрушитель. Эти оба злодея заставили ночных эльфов бороться за свое выживание.

И хотя сейчас вместо демонов Тиранда столкнулась с Ордой – это ее никак не утешало. Ведь кровь все равно оставалась кровью, а смерть – смертью.

Я старею, – подумала она, а затем быстро отогнала от себя эти мысли. Успокоившись, она почувствовала благословение Элуны. Тиранда даже не заметила, как вновь появился луч мягкого, бледного света, который часто озарял ее сверху вниз, когда она молилась Матери Луне. А заметила она его только тогда, когда несколько Часовых опустились перед ней на одно колено.

– Пожалуйста, поднимитесь. – Тиранда не любила такие моменты, так как они противоречили ее убеждениям. Чаще всего она успевала предотвратить коленопреклонения, но в подобные моменты она уже ничего не могла сделать. Такой лести ни она, ни лунная богиня никогда не требовали… хотя даже Тиранда с радостью преклоняется перед Элуной. Верховная жрица считала, что не заслуживает такого же почтения; она была всего лишь слугой Матери Луны.

Шандрис вместе с амбициозной молодой Денеа и несколькими другими офицерами из Ясеневого леса и Дарнаса ушли формировать войска. Позиции Часовых уже были укреплены.

Неожиданно перед самым отъездом Тиранде был предложен корабль с воинами разных рас, который стал одним из самых приятных прибавлений к армии, что была собрана для защиты Ясеневого леса. Терамор попросил помощи у членов свиты каждого представителя. И откликнулось так много желающих, что они все еле-еле поместились на корабле. Кроме людей Джайны Праудмур вместе с ночными эльфами были готовы сражаться все три клана дворфов… включая Громовой Молот и их грифонов… гномы, дренеи и другие люди.

Тиранда посмотрела вдаль – за реку, на лес с противоположной стороны. Там начал собираться туман. Он появился почти в тот момент, когда приехало ее войско, как будто Орда ждала именно ее прибытия.

Элуна, помоги нам, – помолилась она. Верховная жрица внимательно осмотрела находившихся на передовой воинов. Все они имели то серьёзное, настороженное выражение лица, которое она хорошо помнила со времен тех войн, в которых участвовала сама. Раздался предупреждающий звук горна.

Тиранда начала искать его источник, но вместо этого увидела приближающуюся к ней Шандрис, рядом с которой бежала Аш’алах, кошка Верховной жрицы.

– По седлам! – закричала Шандрис, как только подъехала. – По седлам, быстро!

– Что происходит?

Шандрис указала на восток. Как будто беззвучная быстрая река, гоблинский туман хлынул вперед. Огромные деревья исчезали из виду, как только густой туман их окутывал. За то время, что Тиранда наблюдала, туман практически подобрался к реке. Она запрыгнула на своего ночного саблезуба, когда с юго-востока раздался еще один звук горна. Никто уже не удивился тому, что с той стороне туман тоже двинулся вперед.

Крик впереди просигнализировал о том, что туман также наступает и оттуда. Тиранда логически предполагала, что механизмы гоблинов должны были каким-то образом соединяться, чтобы создавать такой туман. А когда подул ветерок, то она учуяла ту вонь, о которой рассказывали защитники Ясеневого леса. Этот туман больше всего походил на огромное пятно дыма, как будто где-то в лесу был пожар.

– Вам лучше держаться позади, – предложила Шандрис.

– Я пришла сюда не для того, чтобы прятаться за чужими спинами. Я тут, потому что во мне нуждаются, Шандрис… особенно, сейчас.

Тиранда подняла руки к небу. И хотя луны было не видно, но ее все равно осветил яркий луч серебряного света. Она полностью сосредоточилась на молитве. Ее просьба была огромной, но Тиранда все равно надеялась, что Элуна ее выполнит. Шандрис ахнула от удивления, но мгновением спустя взяла себя в руки. Несколько Часовых посмотрели в ее сторону, но генерал жестом приказала им вернуться к своему наблюдению.

Лунное сияние освещало Тиранду. Верховная жрица сияла ярче солнечного света. Сияние начало распространяться – сначала вперед, а затем направо и налево от нее. Свет Элуны осветил силы Альянса, в противовес надвигающемуся гоблинскому туману. Зловонный туман начал пересекать реку и успел дойти до ее середины, когда встретился с лунным светом.

Тиранда смотрела прямо перед собой. Как только свет Элуны приблизился к туману, она почувствовала остальных жриц, которые наконец-то к ней присоединились. Совместными усилиями план Тиранды начал осуществляться.

Также как и против зла Повелителя Кошмара, Верховная жрица использовала свет Матери Луны, чтобы рассеять творение гоблинов. По сравнению с отвратительной мглой Кошмара и его устрашающими тенями, туман Орды оказался слабым противником. Лунное сияние без проблем его рассеивало и через пару секунд над рекой не осталось и следа от этого тумана.

Защитники захлопали в ладоши. Их аплодисменты стали громче, когда Элуна снова открыла леса на горизонте. Туман гоблинов очень быстро исчезал.

И хотя на какое-то мгновение оставшийся туман внезапно начал сгущаться, но и это не помогло ему противостоять мягкому сиянию Матери Луны. Свет неумолимо двигался вперед, несмотря на то, что Часовые и их союзники больше не видели явных признаков тумана.

Хотя Тиранда не могла видеть, что случилось вдалеке, но она почувствовала полное исчезновение тумана гоблинов. Зачем Орде было тратить столько усилий на этот туман? Она должна была радоваться этой первой, такой очевидной победе, но Верховная жрица не могла отделаться от чувства, что это только начало.

Недалеко от нее Шандрис что-то неразборчиво кричала. В следующее мгновение мир вокруг Тиранды перевернулся. Она услышала рев и ее первой мыслью было:

Смертокрыл! Смертокрыл сражается за Орду!

Однако она понимала, что такого не может быть. Огромный дракон никогда бы не использовал такое представление. Смертокрыл, который презирал все живое, предпочел бы одним махом сжечь всю область вместе со всем живым.

Верховная жрица прекратила молиться, поэтому свет тоже исчез. В своей левой руке и ноге она почувствовала боль. Когда Тиранда попыталась посмотреть, что же случилось, то увидела только туман.

Нет… это был не туман, а пыль. Однако кроме пыли в воздухе также летали большие камни и куски земли, что падали на нее и всех остальных. Недалеко от себя Тиранда увидела, по меньшей мере, трех Часовых, которые лежали мертвые или без сознания.

Ночной саблезуб обнюхал Тиранду и начал лизать ее бедро в том месте, где Верховная жрица увидела торчащий осколок камня. Морщась, она вытянула его, а затем быстро помолилась над образовавшейся раной. Рана зажила, оставив только кровавый след.

На руке же у Тиранды была лишь кровь. Оосзнав, что с ней все хорошо, Верховная жрица стала высматривать Шандрис.

Первый признак ночной эльфийки заставил Тиранду вздрогнуть от страха. Ночной саблезуб Шандрис лежал, развалившись, его череп был расколот очень большим камнем.

– Шандрис! – Забыв обо всем на свете, Тиранда бросила свое ездовое животное и перелезла через мертвую кошку. – Шандрис!

В ее жизни было лишь два самых важных ночных эльфа – это Малфурион и сиротка, которая стала ей дочерью. Тиранда никогда не рассказывала Шандрис, как сильно она за нее переживает, когда та выполняет свои служебные обязанности. Поэтому Верховная жрица часто молилась, чтобы Шандрис была в целости и сохранности. А сейчас…

Но и здесь не было никаких признаков Шандрис. Тиранда посмотрела вперед, думая, что ее дочь могло выбросить из седла. Она увидела еще одно тело… Часовая… и судя по тому, как она лежала, мертвая Часовая… но это была не Шандрис. Хотя Верховная жрица понимала, что это неправильно, но все равно поблагодарила Элуну, что это была не Шандрис.

Затем Тиранда обернулась на раздавшийся стон со стороны мертвого ночного саблезуба. Она бросилась к задней части животного, где раньше не додумалась посмотреть. Большая часть кошки была погребена под обломками того, что ее убило.

Покрытая пылью рука Шандрис сливалась с землей и находилась прямо под одной из задних лап кошки. Когда Тиранда подошла, рука шевельнулась. Верховная жрица снова поблагодарила Элуну.

Когда она опустилась на колени, чтобы понять, что она может сделать, на помощь прибежало несколько Часовых. Очевидно, они видели, что произошло, но не могли сюда добраться раньше. Быстро и осторожно они убрали мертвого ночного саблезуба с генерала.

Тиранда положила руку на спину Шандрис и начала молиться. Она не знала, какие травмы получила Шандрис, да и не хотела этого знать. Она лишь надеялась, что Элуна вылечит ее дочь, несмотря ни на что.

Шандрис снова застонала, но на этот раз намного громче. Когда Тиранда закончила молиться, младшая ночная эльфийка была окутана светом Элуны. Но как только Верховная жрица убрала свою руку, сияние исчезло. К облегчению Тиранды дыхание Шандрис было сильным и непрерывным.

И только сейчас Верховная жрица услышала, что творилось вокруг них. Отовсюду доносились крики и свистели летящие стрелы. Она надеялась, что стрелы принадлежали Часовым, а не Орде, но логически понимала, что они были и тех, и других. Часовые пронеслись мимо нее, некоторые из них были верхом, но все имели обеспокоенные выражения лиц.

Рев, который напомнил ей о Смертокрыле, прокатился через всю местность. Но теперь Тиранда поняла, что это был не один рев, а множество одновременно раздающихся звуков.

Она посмотрела в сторону реки… и увидела, что за ней лес заполонили орки, таурены с огромными тотемами, тролли… включая их лекарей… и многие другие. Ворота плотины были открыты и сквозь них мчалась Орда.