Он развернулся и подбежал к другому борту. Там, подхваченный громадной волной, второй корабль неистово метался по воде, игнорируя течение и ветер. Что-то изнутри сотрясало его так, что было невозможно удержать правильный курс.

Капитан поднес к глазам подзорную трубу, которую всегда брал с собой на борт. В первую очередь он сосредоточил свой взгляд на втором корабле, масляные лампы которого позволяли хорошо рассмотреть все, что там происходит.

Капитан другого корабля, довольно неприветливый тип, назначенный Брилном, вооружил свою команду морскими копьями. Трое орков в кормовой части судна зажгли факелы из промасленной ветоши. Будучи отважными воинами, они выглядели очень, очень обеспокоенными произошедшим.

Брилн грязно выругался. Он помахал подзорной трубой пытаясь привлечь кого-нибудь со второго корабля, но никто не заметил его. Охваченный огнем корабль сейчас нуждался в более пристальном внимании. Его команда пыталась сделать хоть что-то, чтобы восстановить контроль на ситуации.

Брилн снова перевел взгляд на второй корабль. К его удивлению, он будто исчез с поля зрения. И если все остальные происшествия еще можно было объяснить, то внезапно затонувший корабль ни как не вписывался в привычные рамки.

Проклиная весь свет почем зря, Брилн прокричал своему первому помощнику: "Сигнальную лампу, скорее!"

Но стоило ему только отдать приказ, как их корабль вдруг настиг страшный удар словно они напоролись на риф. Брил упал возле борта. К его ногам свалился первый помощник. Другому моряку повезло меньше, он перелетел через борт корабля прямиком в ненасытное море.

Еще один страшный удар потряс палубу. Брилн пытался устоять на ногах. "Шторм разбудил всех существ. Забудьте про лампы. Подготовьте сонный порошок, посыпьте им пищу и наконечники копий! Я хочу, чтобы эта тварь внизу затихла или нам придется так же туго, как и другим!"

Пока первый помощник и другие моряки бросились выполнять его приказ, Брилн обратил свое внимание на второй корабль. С ним все быль намного хуже. "Почему они не утихомирили зверя", задавал он себе один и тот же вопрос?

Но беглый осмотр палубы расставил все по своим местам. Почерневшие обломки отметили то место, где раньше хранилась бочка с травяным порошком, используемым для того, чтобы успокоить зверей. Дождь не мог добраться до порошка сквозь закрытый брезентом контейнер, спрятанный под дверным навесом в капитанскую каюту, но молния могла и смогла. Весь отсек был разрушен и других способов сохранить их одичалый груз в покое не оставалось.

Постепенно трепыхания флагманской палубы стали замедляться. Страшное открытие постигло Брилна. Он уже мчался ко входу в трюм, когда появился первый помошник. Другой орк выглядел уставшым, но на его лице застыла победная улыбка.

– Он просто гулял! Мы вовремя его поймали.

Капитан оборвал его торжественную речь. – Кто самый лучший стрелок?

Первый помощник нахмурился. – Я, Капитан! И вам это известно!

– У нас еще осталось немного порошка! Можешь перебросить несколько мешочков туда? - Брилн махнул рукой в сторону другого корабля. – У них ничего не осталось!

– Есть, сэр! – отрапартовал первый помощник.

В этот момент с палубы снова раздался оглушительный рев. Брилн поднес к глазам подзорную трубу. Орки помчались в сторону трюма, где уже стояли наготове несколько вооруженных копьями моряков. Палуба позади них встала на дыбы. Брилн аж задохнулся от потрясения. Он не заметил новой вспышки молнии. Что же могло случиться?

Из-под разбитых досок немедленно появился ответ. Огромная рука обшарила палубу, затем резко втянулась обратно в трюм. Как только это произошло, корабль неистово закачался на волнах.

Несколько членов команды заспешило к дыре. Первый помощник оглянулся на Брилна.

– Два мешка, – прокричал он сквозь раскаты бури, - куда закинуть?

– Куда-нибудь на палубу, где они смогут их заметить, только быстрее!

Матрос закрепил на стреле мешочек с порошком и приготовился стрелять. Даже сквозь такой шторм, опытный оркский лучник мог скорее поразить цель, нежели промахнуться мимо. Но прежде чем помощник Брилна спустил тетиву, другой корабль снова встал на дыбы. Несколько моряков, все это время не сводивших глаз с отверстия в палубе, внезапно заскользили к рельсам. Двое упали внутрь и лишь один из них спасся, ухватившись в последний момент за край.

Первый помощник отошел в сторону и попытался сосредоточиться. С катающимися туда-сюда орками было довольно проблематично ни одного из них не задеть выстрелом. Корабль снова накренился, и чуть не перевернулся от очередного толчка. Но стоило ему выпрямиться, как лучник спустил тетиву.

Брилн пронзительно заревел. Стрела попала точно в цель, в ярде от зияющей дыры. Один из моряков заметил ее и со всех ног бросился к спасительному мешочку. Было очевидно, что флагман мог прислать только что-то им в помощь.

– Быстрее, второй мешок, – скомандовал капитан. Несмотря на то, что можно было бы обойтись и одним, он хотел не допустить повторения подобного инцидента.

Первый помощник вновь взял лук наизготовку. Внезапно обшивка корабля треснула вдоль борта и из новой дыры показалась жуткое копыто, которое, впрочем, быстро исчезло из виду. Конечно, бушующее море не могло упустить такую возможность и в дыру стало быстро наливаться вода. Спустя несколько ударов сердца трюм был заполнен полностью.

– Забудь про порошок, - проревел Брилн.

Больше ему ничего говорить не пришлось. Опустив руки, первый помощник отдал приказ лечь на курс к тонущему судну. Волна ненадолго выправила корабль, но его груз изо всех сил пытался выбраться наружу. Доски вновь раскололись от очередного удара копытом. Дыра стала в два раза больше. Теперь уже можно было не сомневаться в судьбе несчастного корабля. Ордынское судно быстро уходило под воду. В какой-то момент палуба стала в один уровень с водной гладью.

Орки прыгали в бушующие волны, пытаясь во чтобы то ни стало добраться до основного корабля. Несколько тут же скрылись под водой и больше уже не показались на поверхности.

Дикий рев вновь раздался из трюма. Гигантская рука показалась над останками палубы. Но как бы зверь ни был силен, он не мог выбраться наружу. Палубу начали захлестывать волны. Море постепенно уносило корабль в сторону от остального флота. Один за одним скрывались под водой бортовые фонари, открывая виду лишь силуэт злополучного судна.

Полный отчаяния рев, прорезался сквозь шторм. На какой-то момент показалось, что чему-то удалось выбраться из тонущего корабля. Брилн схватился за поручень, на какой-то момент спасительная операция вылетела из его головы и на смену пришел страх от ожидания новой угрозы, теперь уже для его собственного корабля. Он на мгновение представил, как гигантское чудовище приближается к ним. Но это был лишь огромный воздушный пузырь, вырвавшийся из затонувшего корабля. Он ушел под воду так быстро, что зверь попросту не успел среагировать.

Флагман поравнялся с двумя выжившими моряками. Брилн сомневался, что многим будет под силу справиться с бушующей стихией. Позже он обязательно отдаст им последние почести, а пока предстояло задуматься, чем грозят ему эти ночные события. Он потерял пятую часть своего ценного груза.

– Восемь должно хватить, - пробормотал капитан. – Восемь всегда хватало…

Но так было до появления вождя. Так было до Гарроша. Брилн надеялся, что больше не будет потерь. Ведь если их больше не будет, Гаррош простит ему эту маленькую оплошность. А если Гаррош это сделает, Брилн попросит великого лидера орков лишь об одном – позволить ему принять участие в разгроме Альянса в Ясеневом лесу. Тогда его смерть определенно не будет напрасной.

В нас происходят изменения, отметил Малфурион продолжая шагать по Дарнасу. И видимо не в лучшую сторону…

Верховный друид точно знал, когда случились эти нежелательные перемены в настроениях ночных эльфов, и что стало тому виной. Шаласир. Они не могли забыть Шаласир…

Ночные эльфы привыкли погибать в битвах или в результате несчастного случая. То, к чему они не привыкли, так это расставаться с жизнью от старости. Тиранда поговорила с Джеродом и узнала в какую беду попала Шаласир.

Болезнь была далеко не единственным постигшим ее несчастьем, а всего лишь финальным аккордом. Джерод и его возлюбленная страдали от множества мелких болей, становившихся все сильнее с каждым разом, что было довольно знакомо Малфуриону, на плечах которого и по сей миг лежала тяжкая ноша.

Он попытался представить, как это все выглядит в глазах окружающих. Угрюмая мрачная атмосфера окутала его. Малфурион мог вообразить их мысли, каждый переживал не только за ожидавшую его судьбу, но и причинах, ее вызвавших.

Он был ничем не лучше их. Другой возможности спастись от неизбежности не было, кроме как прибегнуть к помощи Сестер Света.

Тиранда уже пыталась сдержать наростающий страх. Она также смотрела на пример младших рас – людей, как им удавалось справиться со старением и болезнями. На самом деле людям тоже изрядно от них доставалось, но они все-таки сопротивлялись и в большинстве случаев им удавалось спастись. Но на данный момент ни Верховный друид, ни Тиранда не были уверены, что их собственной расе удастся выдержать этот сложный тест.

Малфурион заставил себя отогнать дурные мысли. Он должен был сосредоточиться на собрании. Приготовления как раз заканчивались и прибывшие представители других рас уже были на расстоянии вытянутой руки. Теперь Малфуриону предстояло занять себя специфическими задачами, но он не сомневался, что справится.

- Верховный друид Малфурион Ярость Бури…

Было практически невозможно подобраться к Верховному друиду незамеченным, но обратившийся к нему гость только что это сделал. К счастью, Малфурион отличался крепкими нервами. Он просто повернулся и, даже не удивившись, уставился на стоявшего рядом человека.

Мужчина был в полном расцвете сил с крепкой челюстью и узко посаженными глазами. Он носил простую свободную коричневую одежду. Несмотря на то, что он пришел без оружия, его выправка свидетельствовала об изрядном боевом опыте.

Малфурион вспомнил, что его зовут Эдрик.

Эдрик слегка поклонился и его длинные, коричнево-черные волосы колыхнулись вперед. – Мой повелитель Генн Седогрив надеялся, что ему удастся перекинутся с вами парой слов, если у вас найдется для него время в такой день.

Верховный друид нахмурился. - Вообще-то, Эдрик, я должен поговорить с ним прямо сейчас. Где он?

Мужчина выпрямился. – Я оставил его возле Террасы Воинов, на дороге, ведущей в наше убежище, - на лице Эдрика застыла ехидная гримаса, - хотя по большому счету, Верховный друид, я надеялся, что вы именно так и поступите. Он знает, что времени мало.

- Тогда веди нас.

Эдрик повиновался, однако Малфурион успел заметить, как присутствие всего лишь одного человека взволновало ночных эльфов, почти также как новость о постигшем их расу проклятье старости. И все это невзирая на то, что другие члены Альянса были частыми гостями в Дарнасе со дня его основания. Ни для кого не было секретом, что Эдрик был одним из помощников Генна, как впрочем никто не скрывал, кем же он был еще. Как молодой человек, он твердо смотрел вперед, как будто кроме дороги ничего не существовало. Малфурион знал, что на самом деле все было с точностью наоборот; Эдрику было не по себе среди жителей Дарнаса, а может и еще хуже.

Эдрик передвигался также тихо как это делали ночные эльфы, что было совсем не свойственно людям. Он не проронил ни слова с тех пор как они вошли в город, но Малфурион отметил, что лес действует на него успокаивающе. Верховный друид пришел в восхищение от того, что человеку куда более привычна дикая природа, нежели пребывание в городских стенах.

Деревья по обычаю приветствовали ночного эльфа: плавно качаясь на ветру ветви шумели обильной листвой. Для Эдрика это не прошло незамеченным. Малфуриону было приятно. Он по особенному махнул рукой, зная, что деревья смогут почувствовать его приветствие.

И они откликнулись на него. На языке деревьев Малфурион услышал: - Он ждет… он ждет за Трехголовым отростком.

У всех деревьев были свои имена. Большинство из них были мало понятны даже Верховному друиду. То, что слышали ночные эльфы, было всего лишь примерное определение того, что эти имена значили на самом деле. В большинстве случев они были физическим обозначением их древестных характеристик и было невозможно найти два дерева с одинаковыми именами.

Малфурион уже был знаком с Трехголовым отроском, которое было одним из самых старых деревьев в этой части леса, но оно не преминуло с гордостью сообщить ему об их первой встрече несколькими неделями ранее. Друид обернулся к нему как раз в тот момент, когда из-за дерева вышел Генн Седогрив.

- Да здравствует Король Гилнеаса, - торжественно поприветствовал его Верховный друид.

- Гилнеаса... – пробормотала мускулистая суровая фигура. Генн Седогрив напоминал дряхлого медведя. Совершенно лишенный привлекательности, он все же оставался командующим, его глаза были быстры и остры, что совершенно не подходило для человека пожилого возраста. В отличие от ночных эльфов, Генн намного короче остригал бороду. Он был выше Эдрика, примерно одного роста с ночными эльфами.

- Гилнеаса... – повторил король. – От него осталось лишь название, Верховный друид.

- И все равно! – звонко отрапартовал Эдрик.

- Поживем-увидим, - взглянув на соратника добавил Генн, – так что здесь делает Верховный друид? Я же просил тебя назначить нам встречу, а не приводить его сюда!

Малфуриону пришлось вмешаться, пока недопонимание не создало больших проблем. – Я попросил твоего человека сопроводить меня к тебе, Генн. В любом случае мне нужно поговорить с тобой и твоя просьба пришлась весьма кстати. Так что последовав за Эдриком, я выиграл немного времени.

- Все дело в собрании, Верховый друид.

- Ну конечно. Гилнеас был одной из самых важных причин, почему я стремился довести его до конца. Особенно ваше вступление в Альянс.