И снова наступила середина лета. У Эцио снова был день рождения, сорок восьмой по счету Аудиторе, Макиавелли и да Винчи собрались в обновленной и немного перестроенной штаб-квартире братства на Тиберине. Это уже было не тайное укрытие, а место, горделиво открытое для всеобщего обозрения.

– Мы празднуем в слишком узком кругу, – посетовал Леонардо. – Жаль, что ты не позволил мне придумать какое-нибудь пышное действо в твою честь…

– Отложи этот замысел еще на пару лет, – улыбнулся Эцио. – Мы пригласили тебя не только на мой день рождения, но и совсем по другой причине.

– По какой же? – спросил заинтригованный да Винчи.

Макиавелли почесал свое чуть кривоватое, но вполне зажившее плечо.

– Леонардо, мы хотим передать тебе приглашение.

– Еще одно?

– Мы хотим, чтобы ты вступил в наши ряды, – торжественно произнес Эцио. – Мы приглашаем тебя стать полноправным членом братства ассасинов.

Леонардо мрачно улыбнулся:

– Значит, мои бомбочки имели успех.

Он ненадолго задумался, потом сказал:

– Друзья! Я благодарю вас за это приглашение. Вы знаете: я уважаю ваши цели и, пока жив, буду их поддерживать. Я никогда и никому не разглашу известные мне тайны ассасинов. Но… я иду иным путем, и это путь одиночки. Так что простите меня.

– Твоя поддержка для нас почти столь же ценна, как и твое вступление в братство, – сказал Аудиторе. – Мы с тобой давние друзья. Неужели ни я, ни Никколо не сумеем тебя убедить?

– Нет, Эцио. И потом, я уезжаю из Рима.

– Уезжаешь? И куда же ты собрался?

– Вернусь в Милан, а потом отправлюсь в Амбуаз.

– Во Францию?

– Говорят, это благородная страна. Там я решил окончить свои дни.

Эцио развел руками:

– Тогда, дружище, мы не смеем тебя удерживать… Получается, сегодня мы встретились, чтобы разойтись в разные стороны.

– Почему? – удивился Леонардо.

– Я возвращаюсь во Флоренцию, – ответил Никколо. – Моя работа там еще далека от завершения. – Он подмигнул Эцио. – И я по-прежнему намерен написать книгу.

– Как ты ее назовешь?

– «Государь», – сказал Макиавелли, пристально посмотрев на Аудиторе.

– Попроси Клаудию вернуться в Рим.

– Обязательно. Она скучает по древнему городу. Клаудия возьмет часть забот на себя, чтобы тебе было легче исполнять роль наставника братства.

Макиавелли взглянул на водяные часы:

– Пора.

Все трое встали и торжественно обнялись.

– До свидания.

– До свидания.

– До свидания.