Они прошлись по всем помещениям «Одинокого волка», не встретив ни души. Но более или менее сносные кровати здесь имелись. Время было позднее. Эцио и его спутники, утомленные плаванием и недавним кровавым побоищем с пособниками Микелетто, решили заночевать здесь. В кладовой нашлись вино и еда: хлеб, лук и колбаса. Даже Леонардо был настолько голоден, что не отказался от ужина.
Наутро Эцио поднялся рано. Ему не терпелось найти лошадей и отправиться в погоню за Микелетто. Филин – капитан их каравеллы – был в гавани, следя за починкой своего истрепанного бурями корабля. Он знал о существовании Кастильо-де-ла-Мота и как мог рассказал примерный маршрут. Филин сразу предупредил, что их ожидает многодневное изнурительное путешествие. Капитан помог раздобыть лошадей, однако на подготовку ушло еще двое суток, потому что пускаться в путь без запасов провизии было равносильно самоубийству. Им предстояло ехать на северо-запад, пересекая горные цепи Центральной Испании, где все горы были либо коричневого, либо бурого цвета. Не располагая картами, путешественники ехали от городка к городку, от селения к селению, сверяясь со списком названий, которым снабдил их Филин.
Выехав из Валенсии, после нескольких дней почти беспрерывной езды они достигли красивой гористой местности, раскинувшейся вокруг крошечного городка Куэнка. Там они сменили своих безнадежно загнанных лошадей на других. (Леонардо горячо сокрушался об участи несчастных животных.) Дальнейший путь привел их на совершенно плоскую Мадридскую равнину а потом и в сам королевский город. На подъезде к Мадриду их хотели ограбить местные разбойники, никак не ожидавшие, что вскоре будут бездыханными валяться на обочине. Оттуда Эцио и его спутники поехали дальше на север, в Сеговию, над домами которой возвышался замок Алькасар. Там они провели ночь в качестве гостей сенешаля королевы Изабеллы Кастильской.
Дальнейший путь вновь свел их с разбойниками – на сей раз мавританскими. Эти молодцы сумели каким-то образом ускользнуть от солдат короля Фердинанда и вот уже двенадцать лет промышляли разбоем. Фердинанд, король Арагонский, Сицилийский, Неаполитанский и Валенсианский, прославился созданием испанской инквизиции. Он же изгнал из страны евреев, что губительно сказалось на торговле и ремеслах. С помощью своего Главного инквизитора Томаса де Торквемады и через брак с уродливой Изабеллой он объединил Арагон с Кастилией, открыв путь к превращению Испании в единое государство. Амбиции Фердинанда распространялись и на Наварру. Эцио не представлял, как честолюбивые замыслы короля-фанатика аукнутся в стране, где у Чезаре было столько родственных связей, не говоря уже о том, что королем Наварры был француз, доводившийся Чезаре шурином.
Преодолевая усталость, трое путешественников ехали дальше, моля Бога, чтобы они успели расстроить замыслы Микелетто. Но при всей их спешке Корелья имел ощутимый выигрыш во времени.