Я старался как можно скорее попасть в Пасифик Пойнт и в нескольких километрах от Эл Ранчо проехал мимо служебной машины Долана, даже не сбавив скорости.

Было еще раннее утро, когда я вышел из больничного лифта, поднявшись на верхний этаж.

Возле палаты Джека Леннокса уже никто не дежурил.

Леннокс сидел на постели среди подушек, перед ним стоял поднос с завтраком. Лицо его обросло щетиной, глаза провалились под белым шлемом бинтов. Но на подносе не осталось ничего съедобного.

— Извините, что потревожил вас, мистер Леннокс!

— Ну а теперь в чем дело?

— Мы задержали Гарольда Шерри и спасли вашу сотню тысяч долларов. Он сделал полное признание.

Воздух в палате, казалось, замерз: такой непроницаемой стала тишина. Снаружи по-прежнему шумела жизнь, звуки из больницы смешивались с шумом транспорта, проносившегося по улице в каких-нибудь двадцати метрах от здания.

Леннокс посмотрел на открытое окно, словно раздумывая, не выпрыгнуть ли из него. Я обошел кругом его кровать, но теперь он упорно не отводил глаз от темного экрана телевизора, висевшего перед ним на стене.

Сделав над собой заметное усилие, Леннокс спросил:

— Что сказал Шерри?

— Он обвинил вас в тяжких преступлениях,

— Еще бы! Шерри психопат и враль, к тому же он ненавидит меня. Ненавидит всю нашу семью, Он изводил Лорел, когда она была ребенком, и я даже избил его за это. С тех пор он старается мне отплатить... Какие сказки он вам рассказывал?

— Например, что весной 1945 года вы стреляли в двух человек. Эллисон Руссо убили, а второго, Нелсона Бегли, ранили в голову, и он сильно обгорел в пожаре, возникшем на «Кэнон Саунде».

Леннокс пренебрежительно махнул рукой:

— Вранье от начала до конца!

— Не уверен. Нелсон Бегли опознал вас в присутствии свидетелей.

— Как он ухитрился это сделать? Ведь Бегли умер.

— Бегли видел ваше выступление по телевизору во вторник вечером. А в среду он подъехал к вашему дому вместе с Гарольдом Шерри. По словам последнего, вы сбросили Бегли с обрыва, затем организовали встречу с Шерри, намереваясь его убить. К вашему несчастью, Шерри остался жив.

— И вы поверили этой ерунде?

— Я не люблю делать поспешных выводов. Сначала я хотел побеседовать с вами, но вы не очень-то откровенны.

— Чего вы ожидали? Обвиняете меня в двух убийствах, к которым я не имею никакого отношения. Может, вы воображаете, что я упаду на колени и признаюсь во всем?

— Три убийства,— добавил я.— Об одном еще не было речи. Секретарь вашей матери Тони Лэшмен тоже убит, потому что . видел, как Гарольд Шерри и Нелсон Бегли в среду подъехали к вашему дому.

Впервые Леннокс испугался.

— Я даже не знал, что Тони убили.

— Его тело находится в морге на первом этаже этого здания. Там же и Бегли. Как только вы достаточно окрепнете, я с удовольствием провожу вас туда и покажу их обоих.

— Вы удивительно любезны. Почему вы отсюда не убираетесь?

— Мы еще не закончили. Я хочу услышать от вас, как был убит Бегли и почему. Ведь у меня к нему своего рода личный интерес: я вытащил его труп из воды.

— Я его туда не бросал.

А Шерри утверждаем что сбросили,

— Слова Шерри дешево стоят. Может быть, он сам Столкнул его со скалы?

— Чего ради?

— Такому психопату, как Шерри, не нужно мотива. Но уж если вам необходим мотив, то Шерри мог пойти на это, чтобы потом свалить все на меня!

— Бегли был козырной картой в игре,Шерри, он ни за что бы с ним не расстался! — рассмеялся, я.

— Вы не знаете Шерри и его отношения ко мне.

— Полагаю, что догадываюсь. А также знаю, что Бегли он не убивал.

— А я убивал?

— Либо убили, либо кого-то покрываете.

Он пристально взглянул на меня, стараясь разгадать мои мысли.

— Кого вы выгораживаете, мистер Леннокс?

Не успел он мне ответить, как пронзительно зазвонил телефон, стоявший на ночном столике у кровати, Леннокс взял трубку;

— Джек Леннокс слушает... Умер?.. Чего ради ему вздумалось вести бульдозер? Понятно... Правда? А где она? Успокойся и никого к себе не пускай.

Он положил трубку на аппарат и откинулся на подушки. Никаких признаков горя я не заметил на его красивом лиде. Наоборот, от сильного возбуждения порозовели его щеки, глаза заблестели. Мне показалось, что он чем-то был вдохновлен.

Вскоре он выпрямился на кровати.

— Звонила жена. Сегодня утром умер мой отец. Я его единственный наследник, так что ко мне переходят все деньги.

— Вам повезло.

— Не издевайтесь надо мной, милейший.

Он медленно обвел взглядом палату, наверняка считая, что она слишком мала для такой важной особы, как он.

— Что вы согласитесь сделать за сотню тысяч?

Я молчал.

— Будете ли вы молчать о нашем сегодняшнем разговоре?

— Вы мне предлагаете сто тысяч?

Он кивнул, наблюдая за мной, совсем как кот, следящий за птичкой.

— Те самые сто тысяч, которые вы обещали разделить с Гарольдом Шерри?

— Может быть, это удастся устроить.

—- И полагается ли мне вместе с деньгами пуля, как это было запланировано в отношении Гарольда?

Он сморщил нос, что должно было означать улыбку, и пробормотал:

— Идите к черту! Вы несерьезный человек.

— Слишком поздно предлагать сделки, мистер Леннокс. Гарольд уже беседует с сотрудниками шерифа, и никакие ваши миллионы не смогут замять скандал, в особенности после прорыва нефти. Так что в скором времени эти люди явятся и к вам. Что вы собираетесь еще мне сказать?

Он долго молча лежал в подушках и смотрел в потолок. Вспышка энергии и радость, охватившая е’го при известии о смерти отца, погасли, оставив его совсем инертным. А когда он снова заговорил, его голос звучал просительно, что наверняка далось ему с трудом:

— Вы ведь знакомы с моей дочерью Лорел, не правда ли?

— Да, немного знаком.

— И она вам нравится?

— Очень.

— Хотели бы вы оказать Лорел услугу? Я прошу вас сделать это не ради меня, а только ради нее.

— Вы отлично знаете, что все эти дни я был занят ее поисками. Со вторника.

— Можете прекратить поиски. Сейчас жена сообщила мне по телефону, что вчера вечером Лорел вернулась домой. Я одновременно узнал, что дочь моя жива, а отец умер.

Мое сердце сильно забилось.

— Где же она была?

— Бродила вокруг, как я понял, собираясь с силами, чтобы вернуться.

— В каком она состоянии?

— Не в очень хорошем. Мэриан пришлось дать ей снотворное, потому что Лорел не совсем избавилась от мысли покончить с собой.

Снова наступило молчание. Леннокс лежал совершенно неподвижно, вытянув руки вдоль тела, словно пытаясь понять и разделить затруднения дочери.

— Не покончила ли Лорел с кем-то еще? — осторожно намекнул я.

— Да... в этом-то все дело.

— Столкнула Нелсона Бегли с обрыва?

Он едва заметно кивнул.

— У нас на самом утесе расположен внутренний дворик с низенькой оградой. Лорел сидела там, .стараясь отчистить какую-то птицу от нефти. Бегли, вероятно, заметил Лорел с дороги и поднялся туда. Неожиданно появившись, он испугал ее, и она столкнула его вниз.

— Гарольд Шерри видел, как это случилось?

— Вряд ли. Он сидел в машине на дороге. Единственной свидетельницей была мать Лорел.. Но Шерри сообразил, что могло произойти, тем более что мне никак не удавалось успокоить Лорел, она кричала и рыдала. Вот он и запросил сто тысяч долларов, чтобы «позабыть» о случившемся. А к этому присоединились и другие дела, о которых просто не стоит вспоминать за давностью лет.

—' Вы не хотите мне о них рассказать?

— Нет. Я хотел уплатить сто тысяч, чтобы все осталось между нами, и до сих пор не отказываюсь от этого.

— Кто предложил план «похищения»?

— Я. Это соответствовало нашим представлениям о Гарольде Шерри. А потом я не мог придумать иного способа раздобыть деньги.

— План имел и другое преимущество,— усмехнулся я.— Если бы вам удалось вчера застрелить Шерри, вас никто не стал бы обвинять.

Он бросил на меня заинтересованный и даже одобрительный взгляд, но промолчал.

Я не успокаивался:

— Мне все еще не ясно, почему Лорел столкнула Бегли с утеса.

— Да и мне тоже, признаться. Жена предполагает, что Лорел могла запомнить его еще с детских лет. Возможно, она даже видела, как он застрелил ее няню.

— Лорел находилась в доме Руссо, когда это произошло?

— Возможно. Эллисон часто забирала ее к себе домой поиграть с сынишкой.

— Ну а в тот самый вечер?

— Я не помню.

— Это ведь был вечер накануне вашего отплытия на «Кэнон Саунде». Неужели вы позабыли свой последний день на берегу?

— Как ни странно, позабыл. Весь день я пил. Практически меня пришлось погрузить на борт судна.

— Если ваша дочь провела тот вечер в доме Руссо, то ведь кто-то должен был забрать ее оттуда и отвезти домой. Кто же это сделал, вы?

— Я уже сказал, что ничего не помню.

— В то время Элли Руссо была вашей подружкой, не правда ли?

— Ничего подобного.

— Если она не была вашей подружкой, почему же вы стреляли в Нелсона Бегли?

Леннокс резко выпрямился:

— Это Сомервилл наболтал?

— Кто сказал — не имеет значения. Вопрос состоит в том: почему вы стреляли в Нелсона Бегли на судне?

Он болезненно поморщился и тяжело вздохнул.

— Значит, Сомервилл. Ему это непростительно. Хорошо, короткое время Элли была моей подружкой или девушкой, называйте как угодно. Точнее говоря, пока я ожидал своего назначения на берегу. Когда я утром поднялся на борт «Кэнон Саунда», то понятия не имел, что Элли убита. Узнал я об этом лишь через несколько недель, когда к нам пришла первая почта. Мы уже находились в азиатских водах. Поскольку на судне я был офицером связи, то свои письма распечатывал в числе первых. Кто-то прислал мне газетные вырезки об убийстве Элли, в которых имелось подробное описание подозреваемого в убийстве.

— Которое соответствовало внешности Бегли?

— Совершенно верно. Мой неизвестный корреспондент прислал такие же вырезки и Сомервиллу, после чего тот стал сильно нервничать. И затем эта история с цистерной... Что касается меня, то я не потерял головы. Я вызвал Бегли к себе в рубку, достал из сейфа пистолет сорок пятого калибра и держал Бегли под при-' целом, пока вел допрос. Он признался, что в тот вечер находился поблизости от дома Элли. Когда я показал ему газетные вырезки, он не выдержал и побежал. Я бросился следом за ним и машинально нажал спуск. И слегка ранил Бегли, но от выстрела начался пожар на судне. Однако виноват в пожаре, согласитесь, был все-таки Сомервилл, ибо из-за его недосмотра прохудилась цистерна. И если Сомервилл после стольких лет молчания надумал поднимать скандал, то пострадает в

первую очередь он сам. С сегодняшнего, дня я глава нефтяной компании, в которой он работает.

Я усмехнулся, не скрывая издевки. Вряд ли Джеку Ленноксу удастся долго козырять своим званием. Я отлично понимал, что в его рассказе правда искусно переплетена с откровенной ложью, но не в моих интересах было сейчас выводить его на чистую воду.

— Кто же прислал эти вырезки вам и Сомервиллу?— спросил я.

— Не знаю.

— Было ли еще что-нибудь вложено в конверт? Записка?

— В моем ничего не было.

— А почерк на конверте?

— Адрес был напечатан на машинке.

— Зачем вам прислали эти вырезки, как вы считаете?

— Чтобы причинить боль.

— Значит, отправитель должен был знать, что вы и Сомервилл были с Элли в близких отношениях, не правда ли?

— Полагаю, что так.

— Сколько человек знало, что вы были ее любовником?

— Никто не ’знал.

— Ну а дети, Лорел и Том?

Леннокс наклонился ко мне, глаза его широко открылись, словно я своим вопросом нанес ему неожиданный удар.

— Вы допускаете, что эти вырезки мог послать маленький мальчик? Или Лорел? Но ведь ей было тогда всего три годика, а Тому не больше шести?

— Разумеется, я этого не допускаю, но они оба могли,разболтать о том, что видели.

Леннокс откинулся на подушки и задумался над моими словами.

— Подумайте, кому именно могли они рассказать?

— Нет, это немыслимо! Но вообще-то...— Он беспокойно завертелся на постели.— Я недавно спрашивал вас, согласны ли вы оказать огромную услугу моей дочери?

— Но вы не уточнили какую?

— Не согласились бы вы какое-то время заботиться о ней? Может быть, отправиться с ней в небольшое путешествие?.

— Об этом я подумаю.

— Для раздумий нет времени. Это надо сделать немедленно, сегодня же утром. Я могу предоставить в ваше распоряжение реактивный самолет и пилота. И разумеется, я вам хорошо заплачу.

— А куда вы хотите нас отослать?

— За границу, разумеется. Пожалуй, лучше всего в Англию, у нас там прочные связи.

— Этот план никуда не годится,— возразила.— Если Лорел действительно убила Бегли, то правильнее всего ей остаться здесь и явиться в суд. Учитывая сложившиеся обстоятельства: прорыв нефти, смерть деда и ее эмоциональное состояние, вряд ли ее строго осудят за это убийство.

— Что ей могут дать?

— Этого я не могу предсказать, но при помощи опытных адвокатов и врачей можно будет добиться того, что Лорел отдадут на поруки мужу.

— Возьмет ли. ее муж на себя такую ответственность?

— Полагаю, возьмет. Он ее любит.

— Дорогой мой, но этого слизняка впору самого брать на поруки! Если бы он был ей подходящим мужем, она бы от него так часто не сбегала.

— Зачем гадать на кофейной гуще? Будущее покажет, останется ли Лорел с Томом Руссо или найдет себе другого спутника жизни. Мы с вами уклонились от главной темы разговора.

— Но ведь вся эта история появится в печати?

— Несомненно, особенно если увезти Лорел за границу.

Леннокс долго молчал.

— Вы правы, этот план никуда не годен. Но мне хотелось бы попросить вас. сделать кое-что другое. И для меня, и для Лорел. Я хочу, чтобы начиная с этой минуты вы следили за ней и оберегали ее. Я сам не могу этим заняться, а отношения между Лорел и Мэриан довольно натянутые. Это началось еще с тех пор, когда Лорел была подростком и стала проявлять независимый характер... Обещайте мне забрать ее от матери!

Я изучающе уставился на него и несколько секунд спустя медленно произнес:

— Я сделаю все от меня зависящее.

— Вот вам чек на тысячу долларов на расходы. Не знаю почему, но вам я верю, более того, я в вас уверен.

Я взял у него чек на мое имя, недоумевая, когда он успел его выписать, поблагодарил за доверие и вышел из палаты.

Проходя по больничному вестибюлю, я встретился с Сильвией Леннокс, которая только что сюда приехала. Она выглядела, как человек, недавно перенесший тяжелую болезнь. Глаза у нее ввалились, а о лице и фигуре можно было смело сказать: кожа да кости.

— Вы не нашли Лорел?

— Еще не нашел.

— Как Джек?

— По-моему, ему гораздо лучше.

— Сегодня утром умер мой муж, Вильям. Вы знаете об этом?

— Да, очень сожалею.

— Представьте себе, я тоже сожалею. Это меня удивляет. Ведь я была полна злобы против него, много раз желала ему смерти!

— Его погубили не ваши пожелания.

— Я это знаю, мистер Арчер. Я не схожу с ума, хотя вчера днем у вас и могло Сложиться такое впечатление...— Она тяжело вздохнула и тихо продолжала: — Вчера я была уверена, что дошла до предела своей жизни, исчерпала все свои возможности, дарованные мне' природой. А теперь поняла, что это не так. Я чувствую жалость по поводу смерти Вильяма. Я даже в известной мере сочувствую этой особе.

— Почему вы ей об этом не скажете?

— Потому что она мне все равно не поверит.

— Но мне же сказали.

— Потому что вы свидетель. Вы видели меня вчера у конца моего жизненного пути. А теперь поймите, что я не намерена все время пребывать в таком состоянии. Я еще повоюю...— Она подошла совсем близко и добавила: — Но я никак не могу примириться с тем, что случилось с Тони Лэшменом. Как вы думаете, почему его убили? .

— Заставили его замолчать. Он тоже был свидетелем, и очень опасным. А теперь, с вашего разрешения, миссис Леннокс, я удаляюсь.

— Но ведь мы еще будем встречаться, не так ли? Вы мне очень нравитесь, мистер Арчер, хотя я и не знаю,, чем именно.

Я поблагодарил ее и откланялся.

Мне следовало покончить с одним делом.