Топанга Корт, где жила Марта Манган, находился далеко от Экскалибур Армза. Это было нагромождение оштукатуренных зданий, выстроенных между шоссе Пасифик Пойнта и выветрившимися скалами.

Я остановил машину возле центрального здания. В объявлении предлагались семейные квартиры с суточной и недельной оплатой, некоторые с питанием.

Когда я открыл дверь, зазвенел колокольчик. Я очутился в холле: передо мной было бюро, а из затемненной комнаты раздавались звуки телевизора.

На бюро лежала пустая регистрационная 'карточка, и я мысленно ее заполнил: «Лью Арчер, охотник на воров, опытная ищейка, одинаково успешно обнаруживающая мертвые тела и сбежавших родственников, экстренная помощь в самых деликатных операциях»,

Но тут до меня донесся женский голос:

— Кто там?

— Вы знаете Джозефа Сперлинга? — обратился я к женщине.

— Джо? Держу пари на любую сумму, что я его знаю. Как поживает Джо?

Я не ответил, прислушиваясь к медленным шагам, приближавшимся к арке. Появилась женщина в парике, она была в кимоно, по сравнению с которым радуга казалась блеклой. Выйдя на свет, она часто-часто заморгала, как ночная птица.

— Так вы ведь не Джо Сперлинг, кого же вы пытаетесь обмануть?

— Я и не утверждал, что я Джо.— И представился ей.— Просто у нас с Джо сегодня утром была небольшая беседа.

— Ну а как он все-таки поживает? Я его очень давно не видела.

— Выглядит хорошо, но, видимо, стареет,

— Можно подумать, что мы не стареем!

Она посмотрела на меня удивительно ясными глазами, что не сочеталось с ее испитой физиономией.

— Вы сказали, что разговаривали с Джо? Обо мне?

— Да, о вас и вашем муже.

По ее лицу пробежала волна тревоги, оставив за собой множество морщинок.

— У меня нет мужа. Больше нет.— Она шумно вздохнула.— Что, Рольф Манган угодил в скверную историю?

— Может быть.

— Меня это не удивляет. Он так внезапно, так бесследно исчез, что я подумала, не сидит ли он в тюрьме. Или что-то еще?

— Что-то еще,— подтвердил я, чтобы поддержать в ней интерес.

На ее физиономии появилась расплывчатая ухмылка, в то время как опытным взором она изучала меня,

— Вы случайно не из породы сыщиков?

— Из частных.

— И хотите получить информацию о Рольфе?

Я кивнул. В сумеречном мире за аркой телевизионные голоса посвящали зрителей в свои очевидные тайны: «Я бы любил вас, однако вы больны неизлечимой болезнью, с которой никто не справится».— «Я бы тоже любила вас, но вы напоминаете мне моего отца, который тиранил меня в детстве».

— Где Рольф?

— Не знаю,— солгал я.

— Зачем он вам понадобился?

— Ничего серьезного. Во всяком случае, я надеюсь, что ничего.

Она склонилась над бюро, ее огромная грудь вполне могла бы сойти за подушку.

— Играете со мной в прятки? Я хочу точно знать, в чем дело. И какова в этой истории роль Джо Спер-линга?

— Припоминаете твидовый костюм, который когда-то Джо Сперлинг сшил Рольфу ко дню рождения?

Она насторожилась.

— Это было очень давно. Так что в отношении этого костюма?

— Сегодня утром он оказался в океане.

— Да? Ну и что, ведь это старая вещь.

— Вы видели его в последнее время, миссис Мангам?

— Не знаю. После ухода Рольфа я выбросила большинство его вещей. С тех пор я часто переезжала.

— Значит, вы не знаете того мужчину, который его носил?

Вцепившись пальцами в край бюро, она приподнялась. Что-то вроде обручального кольца глубоко, напоминая шрам, врезалось в ее толстый, как сарделька, палец.

— Выходит, его кто-то носил?

— Маленький старичок со шрамами от ожога на лице и голове. Вы знакомы с ним, миссис Манган?

Выражение ее лица стало бессмысленным, словно мой вопрос окончательно отбил у нее способность соображать.

— Не знаю, кто бы это мог быть,— лениво пробормотала она.— Вы же сказали, что костюм находился в океане.

— Точно. Я сам его там нашел.

— Прямо тут? — Она ткнула пальцем в сторону приморского шоссе.

— Нет, в нескольких километрах к югу отсюда, возле Пасифик Пойнта.

Она помолчала, по ее физиономии было видно, как медленно до нее доходит суть разговора.

— А что с этим мужчиной?

— С каким мужчиной?

— С маленьким старичком со следами ожога. Вы же сами только что о нем мне сказали.

— А что вас, собственно, интересует?

— С ним все в порядке?

— Разве вы его знаете?

— Я бы сказала, что не знаю его. Но я могла отдать ему этот костюм.

— Когда?

— Сначала ответьте на мой вопрос! — резким тоном потребовала она.— С ним все в порядке?

— Нет, он же был в костюме, когда я нашел его в воде. Старичок утонул.

Я наблюдал за ее лицом, рассчитывая уловить признаки шока или горя, но оно было лишено всяких эмоций. Глаза у нее были блекло-голубые, как городское небо, под которым она столько раз переезжала с одного места на другое.

— Как случилось, что вы отдали ему этот костюм?

Немного помедлив, она проговорила:

— Не очень-то ясно я об этом помню. Если хотите знать правду, то я много пью, а выпивка начисто все вышибает из головы, если вы понимаете, что я имею в виду. Однажды он подошел к моим дверям, когда я была слегка навеселе. Этакий жалкий старикашка, практически в лохмотьях. Мне захотелось что-нибудь дать ему, чтобы он согрелся, но ничего, кроме этого старого костюма Рольфа, мне не попалось под руку.

Я внимательно всматривался в ее лицо, стараясь разобраться в трех вопросах, возникших у меня: утаивает ли она -что-то и недоговаривает, не является ли она одной из тех природных лгуний, которые врут намного убедительнее, чем говорят правду, или не подготовлена ли заранее ее история?

— Значит, он приходил сюда, не так ли, миссис Манган?

— Совершенно верно. Стоял как раз на том самом месте, где сейчас стоите вы,

— Откуда он пришел?

— Он не сказал, а я не поинтересовалась. Как я поняла, он просто бродил по побережью. Когда мы простились, он отправился на юг.

— Как давно это было?

— Ой, я даже не запомнила.

— Ну, приблизительно когда?

— Недели две назад, а может, и больше.

— Был ли вместе с ним молодой человек? Широкоплечий, лет тридцати, примерно моего роста?

— Нет, никакого второго мужчины я не видела. .

В ее голосе послышались плаксивые нотки, глаза забегали, она старалась не смотреть на меня.

— Почему вы задаете мне все эти вопросы? Для него я была всего лишь добрым самаритянином. Нельзя винить женщину за щедрость и великодушие.

— Но вы же сначала ничего такого не помнили? Решили, что выбросили костюм мужа вместе с остальными его вещами. А теперь внезапно сообразили, что отдали его умершему.

— Так уж у меня работает голова. Но уж как там не считайте, когда я отдавала ему костюм, он был жив-живехонек!

— А сейчас он мертв.

— Знаю.

Мы смотрели через бюро друг на друга. Позади нее призрачные голоса продолжали рассуждать о проблемах городских жителей: «А папа не единственный человек, который ко мне плохо относился. Я знал об этом, твое заболевание не единственное последствие твоего тяжелого детства».

Женщина была далеко не первой молодости, ее мозг был насквозь проспиртован из-за постоянной привычки пить, тело расплылось, утратив всякую привлекательность. Но чем-то она мне нравилась. Я не думал, что она способна кого-то убить. Но, вне всякого сомнения, она станет выгораживать виновного, если, к примеру, он был бы ее любовником или сыном.

Я ушел с твердым намерением нанести ей повторный визит.