Она ушла минут за десять-двенадцать до того, как я выскочил на безлюдную улицу, сел в машину и объехал весь квартал. Пешеходов нигде не было видно. Лорел Руссо бесследно исчезла.

Я доехал до Вилшира, потом сообразил, что напрасно теряю время, и возвратился домой. В телефонной книге я отыскал адрес Томаса Руссо. Он жил на границе Вествуда, километрах в пяти-шести от меня. Я выписал его адрес и номер телефона.

Гудки прозвучали раз десять, как сигналы тревоги, прежде чем в квартире подняли телефонную трубку.

— Том Руссо у телефона.

— Говорит Лью Арчер. Вы меня не знаете, но я звоню по поводу вашей жены.

— Лорел? Что-то случилось?

— Пока ничего, но я беспокоюсь за нее. Она взяла у меня в квартире снотворное.

Он быстро спросил:

— Вы ее приятель?

— Нет, просто знакомый.

— Что она делала в вашей квартире?

— Хотела поговорить с вами по телефону, а когда ее турнули, она ушла, прихватив с собой снотворное.

— Что за снотворное?

— Нембутал, по 0,05 грамма.

— Сколько штук?

— Больше тридцати. Достаточно, чтобы отравиться насмерть.

— Это я понимаю, я фармацевт.

— Может ли она их принять?

— Не знаю.

Но в его голосе я уловил страх.

— Она прежде не пыталась покончить е собой?

— Простите, с кем я разговариваю?

— Это значит, что, вероятно, пыталась.

— Вы из полиции?

— Я частный детектив.

— Наверно, вас наняли ее родители?

— Меня никто не нанимал. Я повстречался с вашей женой на пляже у Пасифик Пойнта. Видимо, прорыв нефти страшно расстроил ее, и она попросила меня довезти ее до Лос-Анджелеса. Когда ее турнули...

— Пожалуйста, перестаньте повторять это дурацкое слово. Я вовсе не «турнул» ее, только сказал, что не могу принять ее обратно, если она несерьезно решила вернуться. Я не в состоянии вынести кратковременное примирение, за которым последует новый разрыв. Последний чуть не доконал меня.

— А ее?

— Она относится ко мне не так, как я к ней... Я--.

Послушайте, с какой стати я посвящаю вас в свои семейные дела? „

— Скажите, мистер Руссо, к кому бы еще она могла позвонить или поехать?

— Мне нужно время, чтобы сообразить, а его как раз и нет. Сегодня у меня ночное дежурство в аптеке. Я уже должен быть там.

— Какая аптека?

— На Сейв Мор в Вествуде.

— Я приеду туда. Будьте добры, приготовьте список людей, с которыми она могла попытаться войти в контакт.

Руссо обещал это сделать.

Я ехал в Вилшир в правом ряду, внимательно вглядываясь в пешеходов на тротуарах в надежде заметить Лорел. Оставив машину на стоянке на Сейв Мор, я сразу же вошел в аптеку через вращающуюся дверь. Неоновая вывеска придавала помещению какой-то искусственно-сказочный колорит. Похоже на космическую станцию, подумал я.

С десяток молодых людей толпились у витрины с товарами — прыщеватые юнцы с прическами «преподобный Джон», девицы, стриженные под мальчишек, в узких, большей частью залатанных брюках. Мужчина в застекленной кабине фармацевта по возрасту был где-то посередине между ними и мной.

— Мистер Руссо?

Он резко вскинул голову, потом вышел из-за стеклянной перегородки и остановился около кассы.

— Чем могу быть полезен?

— Я Арчер. Вам жена больше не звонила?

— Нет, сэр. На всякий случай я предупредил голливудский приемный покой и другие больницы.

— Значит, вы допускаете возможность попытки самоубийства?

— Она что-то говорила в этом роде. Не сейчас, а раньше... Понимаете, Лорел никогда не была счастливой девушкой.

— Она сказала, что, когда позвонила вам, ей ответила женщина.

Он взглянул на меня темно-карими печальными глазами, какие бывают у преданных псов.

— Это была моя приходящая прислуга.

— Она приходит так поздно?

— Вообще-то, она моя двоюродная сестра. Сегодня она задержалась, чтобы приготовить ужин. Мне надоела ресторанная еда.

— Сколько времени вы жили врозь с Лорел?

— На этот раз пару недель. Но мы с ней не разведены, нет!

— Где же она жила?

— По большей части у друзей. Ну и у отца с матерью или у бабушки в Пасифик Пойнте.

— Вы составили список ее друзей и родственников» о котором я вас просил?

— Да.

Он протянул мне листок бумаги, и наши взгляды встретились. Он смотрел на меня с явным недоверием.

— Вы действительно хотите заняться этим делом?

— С вашего разрешения.

— Могу ли я узнать почему?

— Она же скрылась с моими таблетками. Вообще-то я мог бы задержать ее, но я немного рассердился.

— Понятно.— Но его глаза смотрели мимо меня.— Вы хорошо знаете Лорел?

— Совсем не знаю. Впервые увидел ее сегодня днем. Но она произвела на меня огромное впечатление» Вы понимаете, что я имею в виду?

— Да, как на всех.— Он втянул в себя воздух и с шумом выдохнул.— В этом списке записаны в основном родственники Лорел, о своих приятелях она мне никогда не рассказывала... ну, о тех, какие были у нее до замужества. Я знаком с ее единственной настоящей подругой, Джойс Хэмпшир. Они вместе ходили в школу где-то неподалеку от Оринджа. Это частная школа.

Он глазами снова впился в мое лицо, настороженно и задумчиво.

— Джойс была у нас на свадьбе. И она единственная из всей своры считала, что Лорел не должна со мной разводиться.

— Сколько времени вы женаты?

— Два года.

— Почему жена ушла от вас?

— Не знаю. Да и она сама не смогла бы этого объяснить. Наша жизнь почему-то пошла кувырком, исчезли добрые взаимоотношения.

Он перевел взгляд на склянки и коробки с медикаментами на полках, бесчисленное множество которых было выставлено за перегородкой.

— Где живет Джойс Хэмпшир?

— У нее квартирка недалеко отсюда, в местечке, называемом Гринфильд Майнор, это под Казета Моникой.

— Вы можете позвонить ей и предупредить, что я к ней заеду?

— Это я могу сделать. Как вы считаете, не следует ли мне обратиться в полицию?

— Толку от этого будет мало... Слишком ничтожны причины для действия полиции. Но если вы считаете нужным, позвоните. Ну и на всякий случай в центр по самоубийствам.

Пока Руссо разговаривал по телефону, я изучал напечатанный на машинке перечень имен:

Джойс Хэмпшир, Гринфильд Майнор.

Вильям Леннокс, Эл Ранчд (дед).

Миссис Сильвия Леннокс, Сихорс Лейн, Пасифик Пойнт (бабушка).

Миссис и мистер Джек Леннокс, Клифсайд, Пасифик Пойнт (отец и мать Лорел).

Капитан Бенжамин Сомервилл и миссис Элизабет, Бел Эйр (ее дядя и тетка).

Я постарался выучить список наизусть. Руссо говорил по телефону:

— У меня не было с ней никакой ссоры. Я сегодня не видел ее... Я вообще не имею к этой истории никакого отношения, даю вам честное слово...

— В любом случае я предпочитаю лично переговорить с ней,—твердо заявил я, когда он, закончив беседу с Джойс, предложил мне тоже воспользоваться телефоном.— Насколько я понял, она тоже не имеет сведений о Лорел?

Руссо покачал головой, в глазах у него снова вспыхнули огоньки ревности.

— Почему вы зовете ее Лорел?

— Вы же сами так ее зовете.

— Но вы говорили, что едва с ней знакомы.

Он был расстроен, но старался скрыть свое негодование.

— Практически мы вовсе не знакомы.

— Тогда что же вынуждает вас проявлять такое участие к ее судьбе? Я не говорю, что вы не имеете на это права, но просто не могу понять, если вы действительно едва с ней знакомы.

— Я уже говорил, что чувствую известную ответственность за случившееся.

Он опустил свою темноволосую голову.

— Я тоже... Я сознаю, что совершил ошибку, когда она позвонила мне сегодня вечером и пожелала вернуться домой. Мне следовало ей* сказать, чтобы она не мешкала.

Он был из тех людей, чей гнев и подозрения легко обращались на самого себя. Его красивое лицо казалось замкнутым и разочарованным, словно он стал сожалеть о напрасно прожитой юности. .

— А прежде она сбегала от вас, мистер Руссо?

— Мы разлучались и раньше, если вы это имеете в виду. Инициатива всегда исходила от нее.

— Были ли у нее неприятности с наркотиками?

— Ничего серьезного.

— Что значит «ничего серьезного»?

— Ну, Иногда прибегала к барбитуратам. Она мучилась от бессонницы и вообще употребляла их как успокоительное. Однако повышенными дозами никогда не увлекалась.— Закрыв глаза, он обдумал положение вещей и покачал головой.— Думаю, это всего лишь блеф. Она захотела меня напугать.

— Меня напугать ей удалось без труда. А не упоминала ли она о самоубийстве сегодня, во время разговора с вами по телефону?

Руссо ответил не сразу, лицо его как-то заострилось.

— Кое-что она говорила...

— Не могли бы вы точно припомнить ее слова?

Он глубоко вздохнул.

— Говорила, что если я хочу ее снова увидеть в живых, то должен разрешить ей вернуться домой и ожидать ее возвращения. Но ведь я не мог этого сделать, мне надо было спешить сюда и..

Я прервал его:

— В живых?

— Да, так она сказала, но в тот момент я не отнесся к этому серьезно.

— А вот я не могу быть таким хладнокровным. Она была страшно подавлена, но все же мне кажется, она будет рада, если я ее разыщу.

Он сразу поднял голову.

— Откуда такая уверенность?

— Она оставила открытой дверцу моей аптечки, значит, не слишком-то старалась скрыть факт исчезновения этих таблеток.

Я снова посмотрел на его список с именами.

— Что вы скажете о ее родне? Бел Эйр, Эл Ранчо, Сихорс Лейн — все это весьма фешенебельные места.

Руссо кивнул:

— Они богачи...

А его понурые плечи словно добавили: «Я же бедняк».

— Скажите, ее отец не тот ли самый Джек Леннокс, владелец нефтяной скважины, из которой прорвало нефть?

— Скважина принадлежит деду Лорел, Вильяму Ленноксу. У его компании множество таких скважин.

— Вы с ним знакомы?

— Встречался один раз. В прошлом году он пригласил меня на прием в свой дом в Эл Ранчо. Меня, Лорел и остальных членов семьи. Празднество закончилось рано, так что мне даже не удалось с ним поговорить.

— Лорел в хороших отношениях с дедом?

— Когда-то была. До того, как у него появилась новая жена. А что?

— Мне показалось, авария с нефтью страшно расстроила ее. Она ужасно переживает из-за гибели птиц.

— Знаю. И все потому, что у нее нет детей.

— Она это говорила?

'— В этом не было надобности. Мне очень хотелось иметь ребенка, но Лорел не чувствовала склонности к материнству, ей было проще заботиться о птицах. Теперь я и сам рад, что мы бездетны.

В его словах звучало злорадство, возможно не вполне осознанное. Очевидно, произнеся эту фразу, он решил поставить крест на все планы счастливой семейной жизни.

— Знакомы ли вы с родителями Лорел, мистером Джеком Ленноксом и его женой?

— Да. Кстати, портрет ее отца сегодня был напечатан на первой странице «Таймс».

— Я видел его... Так к кому бы она поехала, к ним или к своей бабушке Сильвии?

— Трудно сказать, что она может сделать. Целых два года я пытался разобраться в Лорел, но так и не научился предугадывать ее поступки. Никогда не знаешь, какой следующий номер она выкинет.

— Она в хороших отношениях с капитаном и миссис Сомервилл в Бел Эйре?

— Это ее дядя и тетка. Одно время она как будто очень их любила, но не сейчас. Я не лучший источник информации такого рода, потому что толком не знаю ее семью. Но после того как старик подыскал себе вторую жену, начались всякие неурядицы и смута. Лорел очень тяжело переживала это событие.

— Почему?

— Она вообще не выносит неприятностей. Любых неприятностей. Вы бы видели, как она страдала, когда ей приходилось присутствовать при ссорах или скандалах.

Даже самое обычное недоразумение в доме выводит ее из равновесия.

— Часто ли у вас бывали такие недоразумения?

— Нет, я бы этого не сказал.

Рядом со мной у стойки появилась женщина с рецептом в руке. На голове у нее был желтый парик, на ногах — черные сапожки. Мне показалось, что Руссо при ее появлении почувствовал облегчение. Он тут же взял рецепт и прошел на свое место за перегородкой.

— Пока! — сказал я.

К моему изумлению, он вернулся ко мне, подошел вплотную и постарался придать сугубо личное значение сказанным словам:

— Если вы сегодня увидите Лорел, то скажите ей, нет, попросите ее возвратиться домой... Без всяких условий. Я просто хочу видеть ее дома. Повторите ей в точности мои слова.

За перегородкой зазвонил телефон. Руссо схватил трубку, послушал и покачал головой.

— Я не могу туда поехать, вы прекрасно знаете это. И не хочу, чтобы они приезжали сюда. Эта работа — всё, что у меня есть. Подождите минутку...

Руссо снова подошел ко мне, лицо его побледнело и стало растерянным.

— Сейчас родители Лорел находятся в моем доме. Я не могу отсюда уйти. Не могу и не хочу, чтобы они приезжали в аптеку. Кроме того, я просто не способен разговаривать с этими людьми. Вы сделаете мне огромное одолжение, мистер Арчер, если съездите и побеседуете с ними вместо меня, ведь именно вы последний виделись с Лорел. Это совсем недалеко отсюда. И я готов заплатить вам за труды столько, сколько, по-вашему, это будет стоить.

— Ол-райт, я возьму с вас сто долларов.

У него вытянулась физиономия.

— Просто за то, чтобы с ними поговорить?

— Я надеюсь сделать больше. Сотню я беру за день работы.

— У меня нет с собой таких денег.— Он заглянул в бумажник.— Сейчас я могу дать вам,пятьдесят долларов.

— Ол-райт, остальное заплатите позже.

Женщина в желтом парике недовольно заявила:

— Хотела бы я знать, отпустите вы мне лекарство по рецепту или собираетесь болтать до утра?

Руссо принялся извиняться. Он взволнованно кивнул мне и занялся нетерпеливой дамой.

Я пошел к своей машине, чувствуя себя более уверенно, поскольку муж Лорел стал моим законным клиентом. Для человека в его положении, пробивающего путь в науку воловьим трудом и огромным трудолюбием, выложить такие деньги, пусть под нажимом, можно было только из-за настоящей любви к жене.

Проезжая по Вествуду, я задавал себе вопрос, в чем корень моего волнения за судьбу Лорел. Ответ был ясен. Похоже, она принадлежала к категории тех женщин, с которыми ты связываешь свои неосознанные горести и печали.

Казалось, ее глаза смотрят на меня из темноты, как глаза птицы или призрака давно умершей женщины.