Обычно Тамерлана представляют как грубого, невежественного завоевателя, непонятно каким образом достигавшего побед, имея под рукой лишь «дикие азиатские орды», состоявшие большей частью из воинов, набранных в окрестностях современного города Самарканда. В связи с этим приведем выдержки из обстоятельной книги М.И. Иванина «О военном искусстве и завоеваниях монголо-татар и среднеазиатских народов при Чингисхане и Тамерлане» (СПб., 1875). Глава из этой книги воспроизведена в уже неоднократно цитировавшемся сборнике «Тамерлан», откуда мы и заимствуем нижеследующие цитаты.
«Войска Тамерлана состояли из пехоты и конницы… пехота… в дальних походах была снабжена лошадьми; конница или по крайней мере значительная часть ее была приучена сражаться в пешем строю, следовательно, соответствовала нашим драгунам… Конница разделялась на простых и отборных воинов, составлявших легкую и тяжелую конницу. Сверх того были особые телохранители Тамерлана, вроде гвардии… Кроме этих главных родов войск были еще:
1) понтонеры или судовщики… они употреблялись для устроения судов и наведения мостов;
2) метатели грегорианского или греческого огня;
3) разного рода рабочие, умевшие устраивать осадные машины и обращаться с метательными орудиями… Этот род войск был доведен до большого совершенства. Из хода осад, предпринятых Тамерланом, видно, что ему были известны почти все способы, употреблявшиеся греками и римлянами… Он имел слонов, с которых посаженные на них воины стреляли грегорианским огнем.
4) Для действий в горах Тамерлан имел особого рода пехоту, составленную из горских жителей…
Войска, как и у Чингисхана, были разделены на десятки, сотни, тысячи, тумыны (по-русски — „тьмы“, отсюда „темник“, предводитель „тьмы“, заметим, что в казачьих войсках деление на десятки и сотни сохранялось до XX века, причем это было особенностью исключительно казачьих войск. — Авт.)… предводимые десятниками, сотниками, тысячниками и эмирами (по-русски — князьями, темниками. — Авт.)… Отборные воины или тяжелая конница были вооружены шлемами, латами, мечами, луком и стрелами… Каждый десятник… был вооружен кольчугой, мечом и луком… Сотники были обязаны иметь… меч, лук… палицу, булаву, кольчугу и латы… Награды воинов за отличия состояли: в похвале, прибавке жалованья (в диких ордах, оказывается, было постоянное жалованье. — Авт.), подарках, увеличении доли при раздаче добычи, повышении в чине, в почетном титуле, названии богатырем… а при отличии целых частей войска — в раздаче литавр, знамен и прочее…
В то время, когда почти все народы, не имея правильного строя, сражались толпою… войска Тамерлана имели правильный строй и несколько линий, которые они постепенно вводили в бой… и свежий резерв, составленный из лучших войск».
Заметим, что поскольку среди народов, с которыми воевал Тамерлан, были и европейские народы, то это же самое можно было бы сказать и яснее: в то время как в Европе еще сражались толпою, «дикие азиатские орды кочевников» уже имели правильный строй и хорошую военную организацию. И это не насмешка, а правда, но только вместо «диких орд» надо поставить русских или турок-татар, и тогда получим хорошо известную ситуацию XIV–XV веков, когда прекрасно организованные казачьи войска монголов-русских и турок-татар-балканцев наносили поражения западноевропейским рыцарским армиям.
«И если неприятель успевал опрокинуть центр передней линии, то легко мог быть… поставлен в такое же положение, в каком находились римляне в сражении при Каннах, когда, опрокинув центр карфагенской конницы, они начали ее слишком стремительно теснить и были охвачены с флангов пехотой и конницей Аннибала, отчего и потеряли сражение… Что при Каннах произошло не случайно, то и при описанном боевом порядке могло происходить по расчету».
Мы не имеем возможности отвлекаться здесь на античную историю, но отметим, что совершенно уместное сравнение тактики Тамерлана с тактикой Ганнибала возникло у Иванина не случайно. Добавим к его словам, что у Ганнибала, так же как и у Тамерлана, были на вооружении слоны, поражавшие воображение современников…
«Сам гений войны, казалось, подсказал Чингисхану и Тамерлану этот способ производить битвы. Он так хорошо придуман, что почти все сражения того времени были решительны и наносили совершенное поражение неприятельским армиям».
Но от Чингисхана до Тамерлана по скалигеровской хронологии прошло больше 150 лет! Неужели «неприятельские армии», в числе которых были лучшие европейские и азиатские войска, за 150 лет так и не смогли усвоить монгольскую тактику или противопоставить ей что-то? Это было бы очень странно, и остается сделать вывод, что завоевания Чингисхана и Тамерлана были одним и тем же завоеванием, возможно продолжавшимся десятки лет, но без перерыва, который дал бы возможность противнику перестроиться.
По нашему мнению, все это относится к завершающему этапу монголо-османских завоеваний XIV–XV веков — знаменитым походам будущего константинопольского = стамбульского турецкого султана Магомета II. Он в данном случае представлен историками как малозначащий «подставной хан Султан Махмуд-хан при Тамерлане».
Он же — прообраз Филиппа II, отца Александра Македонского, Ганнибала и Махмуда Газневи («Магомета казака», XI век). Очень может быть, что он действительно был из македонцев (уроженец славянской Македонии?) и его войска состояли из казаков, в числе которых в те времена, вероятно, были не только русские, но и южные славяне, албанцы и т. д.