***

На улице сизо.

Не в смысле следственного изолятора,

А в смысле общего природы набухания грозой,

И как она всё электричество своё по капле, капле всё накапливаттора и накаппливатора,

Собой являя, как наука доказала, что-то вроде конденсатора-аккумулятора,

И, пива я купив, на остановке «Фомичева» нахожусь и рассуждаю там,

Как будто обращаясь к неким гипо-, так сказать, -тетическим браткам,

И обращаюсь к ним, такое дело говоря:

— Не знаю, как вы, друзья, а я

Все девяностые годы в какой-то морок как обморок был погружен:

Позорный период жизни автора этих строк:

Одна суета, одна хуета, одна бесконечная еботня —

Какой-то являлся просто морлок.

И долго, зараза, ведь длился он!

Пытался очнуться — никак не мог.

И я сижу на остановке, и я продолжаю так,

Я говорю себе “Ништяк, чувак, ништяк!

Чего-нибудь, короче, — говорю себе я — нужно срочно учудить.

Какую-нибудь чучу отчебучить.

Какую-нибудь эх едрить затеять растудыть,

А то совсем поглотит сумрак неминучий.”

И я сижу на остановке, никуда не едя, просто так,

А потому, что больше нет в окрестностях скамеек,

.........................

..............................................

и так далее: август-сентябрь 1997, Северное Тушино.