Вот вам дурак библиофил:

Он много ценных книг скопил,

Хотя читать их не любил.

— На корабле, как посужу,

Недаром первым я сижу:

Скажите: «Ганс-дурак»^{6}, и вмиг

Вам скажут: «А! Любитель книг!»

Хоть в них не смыслю ни аза,

Пускаю людям пыль в глаза.

Коль спросят: «Тема вам знакома?»

Скажу: «Пороюсь в книгах дома».

Я взыскан тем уже судьбой,

Что вижу книги пред собой.

Царь Птолемей^{7} собрал подряд

Все книги мира, говорят.

Весьма гордился Птолемей

Сокровищницею своей,

Но в грамоту не слишком вник —

И мало почерпнул из книг.

Я книги много лет коплю,

Читать, однако, не люблю:

Мозги наукой засорять —

Здоровье попусту терять.

Усердье к лишним знаньям — вздор

Кто жаждет их — тот фантазер!

Хоть неуч я, а все ж могу

В академическом кругу

Блеснуть словечком «item»[2]. Да,

Латынь, конечно, мне чужда.

Родной язык доступней, но

Я знаю: «vinum» есть «вино»,

«Cuculus» — олух, «sus» — свинья,

«Dominus Doctor»[3] — это я.

Но уши прячу, чтоб не счел

Меня ослом наш мукомол.