– Чико, ну ты и нахал, – ответила Лиззи и повернулась к бармену, чтобы попросить его налить новый бокал вина. – Контролировать все, что находится в твоем поле зрения, хорошо лишь на игровом поле, но сейчас мы не на занятиях, и я сама буду решать, что пить, с кем и где.

– Не хочешь – не пей мое шампанское. – Чико оперся спиной о барную стойку. – Хочешь еще что-нибудь мне сказать или уже выпустила весь пар?

У Лиззи был такой вид, словно она сказала далеко не все, что собиралась, но передумала и лишь стиснула зубы. Глядя на нее, Чико решил, что Лиззи нравится ему такой – когда она взвинченная, вся на адреналине, напоминающая взведенную пружину. Последний раз он видел ее в боевом настроении, когда ей было пятнадцать. Но сегодня все было по-другому, потому что Лиззи была возбуждена и не могла этого скрыть.

– Почему ты улыбаешься? – спросила она.

– Из-за тебя. – Чико внезапно пришло в голову, что Лиззи испытывает желание вовсе не к нему, а к Тьяго. Стоило немедленно проверить эту версию. – Потанцуем?

Она удивилась:

– Ты серьезно?

– Абсолютно, – прошептал Чико, глядя ей в глаза, и улыбнулся.

Лиззи резко втянула воздух и, не отводя взгляд, так же тихо ответила:

– Ни за что.

– А мне кажется, нам следует потанцевать.

– Не сомневаюсь, что именно это вам кажется, сеньор Фернандес, однако мой ответ по-прежнему «нет».

– Но ведь сегодня праздник, мисс Фэйн, – возразил Чико, тоже обращаясь к Лиззи с официальностью, за которой скрывалась легкая насмешка. – Думаю, капитаны соперничавших команд должны станцевать первый танец на этой вечеринке.

– Такова ваша традиция? Вы всегда танцуете после матчей поло? Представляю, сколько вы могли бы продать билетов, если бы сыграли, а после станцевали с Неро Каракасом.

Неро был одним из главных соперников Чико на турнирах поло. Лиззи готова была немало заплатить за то, чтобы увидеть, как эти двое танцуют друг с другом.

– Туше, мисс Фэйн. – Чувственный рот Чико тронула улыбка. – Но после сегодняшнего матча хорошо бы создать новую традицию. – Лицо его и голос стали жесткими. – И ты моя должница.

– Танец в благодарность за спасение жизни? – переспросила Лиззи, вспомнив происшествие на игровом поле. Она пожала плечами. – Я у тебя в долгу.

– Нет, за то, что не выгнал Дэнни, – напомнил Чико.

– Теперь рад, что оставил ее, ведь так? – заметила Лиззи, триумфально улыбнувшись.

– Дэнни хорошая наездница, – согласился Чико, не отводя глаз.

– Вот что делает конкуренция, сеньор.

– Будешь ли ты снова называть меня Чико?

– Сомневаюсь.

– Уверен, ты хотела сказать «возможно».

– Разве? – Лиззи смотрела на него затуманенными глазами.

– Мне хочется на это надеяться. Но, может, сначала станцуем, а проблему обсудим после?

– А кто сказал, что я буду с тобой танцевать?

– Я сказал. – Чувствуя, что терпение уже заканчивается, Чико схватил ее за руку и повел за собой на танцпол.

– Полагаю, я в долгу перед тобой за то, что ты сделал меня капитаном команды.

– Тебе обязательно нужно найти повод, чтобы станцевать со мной? – Он рывком привлек ее к себе. – Вообще-то я и не задумывался о том, чтобы получить с тебя долг натурой. Но раз уж ты упомянула, а люди вокруг рады, что мы танцуем вместе, можно попросить тебя улыбнуться?

Лиззи сжала губы, притворившись, что раздумывает над этим предложением.

– Хорошо.

– Какое облегчение для меня! – поддел ее Чико.

Его ощущения обострились до предела, когда миниатюрное тело Лиззи прижалось к нему. Наверное, она тоже испытывала что-то подобное, потому что Чико ощущал ее дрожь.

– Все еще улыбаешься, надеюсь? – прошептал он, когда заиграла музыка.

– На моем лице огромная улыбка, – заверила Лиззи.

– Только не переборщи, а то никто тебе не поверит.

– Постараюсь достичь золотой середины.

– Уж постарайся.

Чико пытался подтруниванием скрыть свое вожделение. Но понять, что чувствует Лиззи, было непросто. Танцевала она скованно, хотя знойная латиноамериканская музыка, казалось, призывала к плавным, ритмичным движениям, предлагала забыться, расслабиться, думать о сексе…

Когда первая мелодия отзвучала, Лиззи задумчиво произнесла:

– Если бы ты не спас меня сегодня…

– Тебя бы не было здесь сейчас, и мне бы не пришлось с тобой танцевать.

– Неужели я настолько плохо танцую?

– Немного чопорно.

– Я могу потрясающе танцевать.

«Но для меня не хочешь», – подумал Чико.

– Спасибо тебе. От всей души.

– Не благодари. Возможно, на следующем матче ты спасешь меня, – прошептал он на ухо партнерше, чтобы найти предлог вдохнуть аромат ее волос. – Мы все ошибаемся. Поло – опасная игра.

Судя по выражению глаз Лиззи, ей казалось, что нет ничего опаснее, чем танцевать с ним. Отлично. Так и должно продолжаться.

Едва музыка снова смолкла, она отстранилась.

– А теперь, полагаю, я должна поблагодарить тебя еще и за танец? Так я никогда не сумею с тобой расплатиться.

Чико рассмеялся, пожал плечами и снова привлек Лиззи к себе.

– Это же вечеринка. Расслабься.

«С тобой?» – прочел он в ее глазах.

А затем, к его большому удивлению, она раскрепостилась и начала отплясывать, кружась и весело вскрикивая. Заметив, что Тьяго наблюдает за Лиззи, Чико прижал ее к себе. Проклятие! Все мужчины на этой вечеринке глазели на нее. Лиззи – из тех тихонь, что, отбросив сдержанность, могут поддать жару. Это ему подходит.

Танцевать с Чико было так здорово! Лучше, наверное, может быть лишь секс с этим мужчиной. Но танец куда безопаснее – чувственные ощущения без неприятных последствий. Это подходило Лиззи больше. Она могла двигаться, как ей угодно, выражать себя через танец так, как ни за что не смогла бы в обычной обстановке. Танец позволял передать свою сексуальность – так Лиззи еще никогда себя не вела. До чего же восхитительно опасно было чувствовать себя тесно прижатой к Чико, каждая часть тела которого словно несла в себе эротический заряд. А больше всего возбуждало то, что рядом с ней, танцующей самозабвенно, Чико сохранял полный контроль над собой. О чем он думал? Неизвестно. Но, как он и предложил, на этот вечер Лиззи решила воспользоваться шансом хорошенько расслабиться.

Музыка стала жарче, ее танец тоже. Чико смотрел на Лиззи, и она не отводила взгляд. Этот мужчина ей нравится. Он чувственный и очень опытный, живет на полную катушку. Самоконтроль Чико говорит о том, каким восхитительным любовником он может быть.

Ритм стал еще быстрее, сложнее, вызывая все более непристойные мысли. Единственное, что имело сейчас значение, – это музыка, танец и Чико. Его прикосновение к ее руке и спине. Ладонь Лиззи, целиком утопающая в его ладони. Ощущение безопасности и правильности происходящего, принадлежности этому мужчине, пусть только на время танца. Когда очередная песня подошла к концу, Чико, меняя позу, задел бедром – возможно, случайно – то место, где у Лиззи сильнее всего пульсировало желание. Она негромко ахнула от удовольствия. Чико расслышал и кинул на нее внимательный взгляд. Теперь Лиззи отчаянно хотелось остаться с ним наедине, обнаженной, отдаться на милость его чутких рук. Она уже не могла думать ни о чем другом.

Заметил ли Чико ее реакцию? Должно быть, да. Ведь когда танцуешь так близко друг к другу, как они, тонко чувствуешь своего партнера. Но, скорее всего, Чико принял это как должное, или ему вообще нет дела до нее.

Фантазии все дальше уносили Лиззи. Они с Чико казались идеальной парой. Да, он гораздо выше и мощнее, но так легко представить их вместе. Его загорелое тело нависает над ней, его руки так нежны.

Он бы контролировал ее наслаждение так же, как укрощает своих диких пони. От этой мысли перехватило горло. Оркестр плавно перешел к исполнению другой, более медленной мелодии. Лиззи понимала, что нужно остановиться, поблагодарить Чико за танец и вернуться за свой столик, или выпить коктейль у стойки бара, или разыскать Дэнни. Есть тысяча более безопасных способов времяпровождения, чем оставаться с этим мужчиной.

Но она решительно отмела все эти варианты. Прочь сомнения сегодня вечером! Чико не спешит ее выпускать из своих объятий, разве не об этом Лиззи всегда мечтала? И теперь, когда реальность превзошла все самые тайные грезы, не будет ли глупостью упустить такую возможность?

Лиззи представила себя с Чико в постели: оба обнажены, их горячие тела сплетены. Она придвинулась к нему ближе, убеждая себя, что этого требует танец, а на деле не в силах противиться влечению его мускулистого тела, ритмично соприкасающегося с ее собственным. Но тут ее охватило сомнение, заставив вздрогнуть: а что насчет других его женщин? Чико сознательно остается холостяком? Хочет ли он духовной близости с кем-то? Наверное, у него в прошлом есть много таких воспоминаний на эту тему, которыми он не станет делиться.

Лиззи мысленно пообещала себе, что не будет расспрашивать Чико о его женщинах. Впрочем, он уж точно просто утоляет с ними свой плотский голод и уходит прочь.

– Так как насчет ранчо Фернандес?

Его слова, сказанные прозаичным, деловым тоном, вырвали Лиззи из ее фантазий. Она осознала, что музыка уже смолкла, танец закончился. Нужно высвободиться из объятий Чико. Но время словно остановилось.

Остановилось лишь для нее, а не для Чико. Пока она счастливо цепенела от эротических фантазий в его объятиях, он хладнокровно пытался понять, зачем она приехала на его ранчо.

Обнаружив, к своему стыду, что уютно прижалась к груди Чико, Лиззи вскинула голову и посмотрела ему в глаза:

– А почему бы нам не поговорить прямо тут? Для меня было нелегко решиться приехать сюда. Колледж, в котором я учусь, наградил меня грантом для оплаты твоего тренировочного курса – за этим я сюда и явилась. Бабушка одобрила эту поездку. А так как этот грант субсидируется тобой, то, полагаю, ты не одобряешь его выдачу, пока как следует не изучишь получателя.

– Это за меня делают мои помощники.

Ну разумеется, так и есть! Ей следовало об этом подумать. Мир, в котором живет Чико, настолько сложнее, изменчивее, чем ее мирок. Нельзя добиться того, что есть у Чико, не контролируя все очень тщательно. У него все запланировано наперед, он не может позволить себе быть беспечным. Слишком многое стоит на кону, чересчур велик риск.

– Но почему ты выбрала именно мой курс? В твоем колледже есть ведь и другие гранты.

Конечно, он знал, что Лиззи могла поехать еще куда-нибудь, где так же умело и тщательно выращиваются лошади.

– Ты – лучший тренер, – честно призналась она. – А я хочу стать лучшей. Я хочу пойти по твоим стопам.

– Собираешься соперничать со мной? – улыбнулся Чико, и тон его обманчиво смягчился.

– Да, я хочу начать свой бизнес. Но конкурировать с тобой? – Лиззи рассмеялась. – Не имея стартового капитала в несколько миллионов долларов?

– Ты очень прямолинейна.

– По-другому не умею.

Чико внешне выглядел расслабленным, но Лиззи казалось, что никогда еще он не был так опасен.

– Должен тебя предупредить: я люблю соревноваться, – прошептал он ей на ухо, когда снова зазвучала музыка.

Лиззи невольно затрепетала, когда рука Чико легла ей на талию.

– И мне нравится, когда ты высказываешься откровенно. Для меня очень важно выслушивать всех членов моей команды. Если тебе еще когда-нибудь понадобится помощь…

Как можно хладнокровно вести беседу, если пальцы Чико совсем рядом с ее ягодицами? Догадывается ли он, как этот танец на нее действует? «Может, он лишь насмехается надо мной, забавляется? – мелькнуло в голове у Лиззи. – Вдруг это все – игра?»

«Что роднит музыку и секс? – думал Чико. – Наверное, ритм. Музыка – идеальная прелюдия к сексу». Дыхание Лиззи участилось, ее сердце бешено колотилось возле груди Чико. Интересно, о чем она сейчас думает? Кажется, сам воздух вокруг них пропитан сексом. Остальные танцоры сосредоточены друг на друге и, без сомнения, на том, чем неизбежно закончится для них этот вечер. Неужели Лиззи полагает, что и он тоже сегодня просто пожелает ей спокойной ночи?

Чико прижался губами к ее уху и прошептал:

– Не сопротивляйся мне.

– Перестань, – шепнула Лиззи в ответ.

– Перестать? Конечно, сейчас так и сделаю, если ты этого хочешь.

Она помотала головой, то ли сдаваясь, то ли стараясь его урезонить, но не отстранилась, а лишь произнесла:

– Ты ужасный человек!

– Я рад, что мы наконец друг друга поняли, – парировал он.

Все мысли Лиззи были лишь о том, как Чико поцеловал ее в офисе и как ей хочется нового поцелуя. Она вспоминала, какое волнение охватило ее, когда Чико прижал ее к стене своим сильным телом, и жаждала большего. Даже эти размышления до крайности возбудили ее, и Лиззи не спешила успокоиться.

– Еще один танец?

Она не сразу сообразила, что Чико к ней обращается. Чувственные ощущения пронизывали каждый нерв в теле, потому Лиззи было трудно сосредоточиться, чтобы ответить. Да и что бы она ни сказала, это вряд ли сотрет насмешливую улыбку с лица Чико. Он понимал свою власть над Лиззи. Оставалось надеяться, что он не догадается, как сильно она его хочет. А может, уже догадался? Ведь он, как никто другой, чутко улавливает чужие настроения.

Чико немного сдвинул руку на ее талии, и Лиззи, тихо застонав, закрыла глаза, наслаждаясь ощущениями. Эта ее реакция наверняка все объяснила Чико. Но останавливаться не хотелось, хотя разум подсказывал, что для спасения от самой себя нужно найти повод и покинуть вечеринку. Но нет. Еще рано. Она еще немного побудет здесь.