– Что он хотел?

– Сожрать мою печень? Почем мне знать?

– Ну, говорил он что-нибудь?

Дин помедлил, пытаясь вспомнить:

– Он не то чтобы говорил, скорее… лаял.

– Что, как собака? – удивился Сэм.

Но когда лицо у Дина осталось каменным, он понял, что это не шутка.

– Что, серьезно? Как демонический сторожевой пес?

– Наполовину собака, наполовину человек? Вроде человекопса. Больше пес, чем человек. Без разницы. Неважно. Сейчас важнее всего не попадаться ему, пока не достанем свиток. Возвращение в 2010 живьем будет неплохим бонусом.

К тому времени, как Винчестеры добрались до своей маленькой квартирки, было уже почти три ночи. Минут тридцать они сравнивали заметки и обсуждали события последних суток. Сэм рассказал Дину всё, что узнал в библиотеке и от Уолтера, придержав информацию о Абаддоне.

Учитывая все новости, Винчестеры столкнулись с парой проблем. Хотя они знали, где произойдут торги, но не имели понятия, кто будет непосредственным покупателем. Они знали, что в продажу будет вовлечен банкир, но придется побегать, чтобы выяснить, кто он такой. Даже если удастся его найти, куда легче забрать свитки до сделки, чем пытаться похитить их в отеле, особенно если учесть, что работу Дин потерял. А еще у них не было оружия и ни малейшего понятия, как связаться с Доном, когда они все же завладеют Свитком Войны.

Единственное удачное обстоятельство пришло с неожиданной стороны: соседи за стеной так отчаянно миловались ночь напролет, что аж стена тряслась. На самом пике шума от стены отделилась кровать-трансформер, которая до этого оставалась незаметной.

– Хорошие новости состоят в том, – заметил Сэм, – что вор ее тоже не нашел.

Потом он тут же занял кровать и моментально уснул.

Дин устроился на потрепанном диванчике. «Такое ощущение, что я несколько лет не спал». Мыслями он вернулся к ногастой брюнетке из фойе «Уолдорфа». В 2010 году женщина, путешествующая в одиночестве, не редкость, в 1954 – другое дело. Дин гадал, что это за женщина и откуда она. Было что-то особенное в том, как она вела себя. Дина привлекла ее уверенная походка и то, как она посмотрела прямо на него, чуть ли не в него. Дин подумал, что после разбирательств с одержимым охранником стоит, вероятно, пошататься в округе и попытаться снова встретить ее. Он уснул, пытаясь сочинить фразу для знакомства, которая подошла бы ко времени.

Утро Винчестеры встретили, сидя на ступенях Нью-Йоркской публичной библиотеки и попивая кофе. Дин поверить не мог, что кофе стоит пять центов, а целая пицца – семьдесят пять. Он будто бы в продуктовый рай попал.

Они обсудили следующий шаг. Решили, что Сэм отправит телеграмму по адресу из «Уолл-Стрит Джорнал» и сообщит о заинтересованности в приобретении свитков.

Дин хотел вернуться в отель и найти Джеймса – едва ли демон совершенно случайно вертится около места грядущего аукциона. Но перед возвращением в «Уолдорф» он зашел в магазин поношенной одежды, чтобы приобрести костюм, а потом планировал чисто выбриться. Если он хочет появиться в «Уолдорфе» в качестве постояльца, нужно выглядеть соответственно.

***

Сэм нашел пункт обслуживания «Вестерн Юнион» и отправил продавцу свитков телеграмму «ЗАИНТЕРЕСОВАН В БИБЛЕЙСКИХ СВИТКАХ УПОМЯНУТЫХ В РЕКЛАМЕ В УСД ТЧК СРЕДСТВА В НАЛИЧИИ ТЧК СЕРЬЕЗНЫЙ ПОКУПАТЕЛЬ ТЧК ПОЖАЛУЙСТА ОТВЕТЬТЕ СРОЧНО ТЧК СИНГЕР»

На самом деле не было у них никаких средств, но Сэм решил подумать об этом позже. Он склонялся к мысли, что небольшое упоминание Бобби будет вполне к месту, а еще больше прежнего хотел, чтобы Бобби был здесь и мог им помочь.

Сэм сообщил клерку, где его можно найти, и сказал, что зайдет через час посмотреть, есть ли ответ. Потом он отправился в «Гимбелс». Побродив в отделе мужской одежды, Сэм обнаружил шерстяной костюм за двадцать восемь долларов. Деньги у него были (чаевые Дина и его же выигрыш в покер принесли около сотни долларов), так что Сэм решил, что костюм этого стоит. Он переоделся прямо в магазине, а свою одежду упаковал в фирменный пакет. Выйдя из универмага, Сэм завернул в парикмахерскую. Правда, «снимите немного сверху» обернулось десятком сантиметров. Сэм уставился на себя в зеркало: «Совершенно другое дело». Парикмахер напомадил ему волосы, зачесал их назад, и Сэм был готов к выходу.

Когда он вернулся в «Вестерн Юнион», его ждала телеграмма: «СИНГЕР ТЧК РАССМОТРИМ ЩЕДРОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ ТЧК ВСТРЕЧА НА 21 КЛАБ В 11 ТЧК СПРОСИТЬ ФЕЛДМАНА»

Сэм поднял глаза и на наружной стене ближайшего здания увидел часы: половина одиннадцатого утра. Спросив у прохожего дорогу, он направился на север по Шестой авеню, рассчитывая прибыть на место как раз вовремя.

Оказавшись на нужной улице, Сэм полюбовался статуэтками жокеев, прикрепленными на крыше крыльца ресторана. Он никогда не бывал здесь раньше. Всякий раз Винчестеры посещали Нью-Йорк исключительно по охоте. Им никогда не приходилось по-настоящему насладиться городской культурой.

Сэм вошел в темный ресторан. По периметру располагались кабинки, стены которых были декорированы красной кожей. Общий зал был щедро увешан всякими игрушками. Метрдотель провел Сэма к столику в кабинке, за которым уже сидел одетый в темно-коричневый костюм молодой человек на вид никак не старше двадцати пяти лет. Странно, как такой паренек мог заниматься продажей античных библейских текстов.

– Мистер Фелдман? – спросил Сэм.

– Нет, я его атташе, мистер Бенджамин Шохат, – мужчина поднялся и пожал протянутую руку. – Я здесь от имени мистера Фелдмана. А вы, я полагаю, мистер Сингер? – у него был мелодичный, похоже, ближневосточный акцент.

– Да. Приятно познакомиться, – ответил Сэм, сел и знаком попросил официанта принести стакан воды. – Я заинтересован в свитках и собираюсь принять участие в аукционе, но сперва я хочу их увидеть.

Приближаясь к кабинке, Сэм заметил, что с собой у Шохата ничего нет. Если удастся убедить Шохата отвести его в отель и показать свитки, дело в шляпе.

Мистер Шохат всмотрелся в его лицо:

– Вы ведь работаете на кого-то, верно?

– Я пока не располагаю свободой что-то утверждать, – ловко сымпровизировал Сэм. – Но если бы я говорил от чьего-то имени, этот кто-то был бы очень серьезным покупателем с крупным капиталом. Этот человек захотел бы, чтобы я сперва осмотрел покупку.

– Невозможно, – фыркнул мистер Шохат. – Они в хранилище, под надежной охраной.

– В отеле «Уолдорф Астория», – с улыбкой выложил, метафорически выражаясь, карты на стол Сэм.

– Откуда вы знаете? – Шохат явно был раздосадован, хотя попытался скрыть это.

– Я много чего знаю. Я бы хотел увидеть свитки.

– Откуда мне знать, что у вас достаточно средств?

Сэм встал:

– Думаю, я уже доказал свои серьезные намерения, мистер Шохат. Извольте попросить мистера Фелдмана связаться со мной, если он хочет заключить сделку.

Шохат с каждой секундой нервничал все больше. Было видно, что он в растерянности и боится, среагировав неосторожно, упустить крупную рыбу.

– Хорошо, подождите, – поспешно проговорил он. – Сядьте, пожалуйста, – он отхлебнул воды. – У мистера Фелдмана уже есть заинтересованный клиент, и цена начального предложения сто тысяч американских долларов. Желаете предложить больше?

Поскольку денег у Сэма вообще не было, он мог назвать любую цену, какую только заблагорассудится. Он снова уселся за стол и небрежно проговорил:

– Если свитки подлинные, цена будет удвоена.

Шохат, явно впечатлившись, откинулся на спинку кресла. Сэм сообразил, что в эпоху костюмов за двадцать восемь долларов и больших пицц за семьдесят пять центов двести тысяч долларов – огромная сумма. Он подождал, пока Шохат обдумает предложение.

«Мне просто нужно приглашение на аукцион, и всё».

С остальным они с Дином справятся самостоятельно.

– Я свяжусь с вами, – наконец, сказал Шохат и встал. – Мне надо обсудить это с мистером Фелдманом. Я не могу вести дальнейшие переговоры за него.

– Хорошо, – Сэм тоже поднялся.

Мистер Шохат любезно приподнял котелок и удалился.

***

Дин удобно расположился в большом кожаном парикмахерском кресле. Он был впечатлен, насколько чисто его побрили. «И почему мужчины забросили опасную бритву?»

Дин купил поношенный темный костюм, белую рубашку и черный котелок. Собственно, он никогда не увлекался шляпами, но котелок ему понравился. Интересно, можно туда спрятать какое-нибудь оружие?

Выйдя на улицу чисто выбритым и приодетым, Дин почувствовал себя абсолютным инкогнито. Теперь можно слоняться по отелю незамеченным, получив еще один шанс добраться до свитков.

Несколько минут спустя он вошел в изукрашенное фойе «Уолдорф Астории». Никто не насторожился. «Похоже, маскировка работает». С помощью ключей, которые он не позаботился вернуть накануне, Дин добрался до задней лестницы, тихо проскользнул в полуподвал и немедленно сообразил, что план не сработает.

Очевидно, кто-то принял его вчерашнее вторжение очень серьезно: теперь перед хранилищем стояли три охранника, и все вооруженные. До того, как охрана успела заметить его, Дин юркнул в приоткрытую дверь слева. Он обнаружил, что попал в сырую кладовку, в центре которой на металлическом стуле спиной к Дину полулежит человек. Дин осторожно приблизился.

«Да это Джеймс, охранник, – узнал он. – Крепко спит. Стоп. Разве демоны спят?» Будучи безоружным, Дин решил не будить спящую собаку. Потом он заметил в углу мешок из грубой ткани и припомнил любопытный факт: промозглыми нью-йоркскими зимами дворники использовали соль, чтобы растопить снег на тротуарах около важных зданий, таких, например, как этот отель. Похоже, весь запас соли отеля хранился как раз здесь.

Дин вскрыл мешок и высыпал половину соли. Придется действовать быстро, чтобы план сработал. Он поднял мешок.

– Пресвятая Мария, ты что делаешь? – спросил Джеймс, внезапно проснувшись и утирая с уголка губ слюну.

Дин колебался, по-прежнему удерживая мешок над головой охранника. Потом он быстро принял решение и опустил мешок. Несколько секунд прошли в молчании, затем Дин откашлялся.

– Соль хочу взять, – проговорил он.

Джеймс потер глаза, которые были нормального зеленовато-голубого цвета.

«Никаких признаков одержимости». Тем не менее, Дин знал, что демон может по-прежнему находиться в Джеймсе, поджидая удобный момент.

– Помнишь меня? – спросил Дин.

Джеймс наклонился вперед и взъерошил короткие волосы:

– Нет, приятель. А должен?

«Похоже, у него кошмарное похмелье», – странное дело, Дин даже ему посочувствовал.

– Да нет. Подумал, вдруг мы в одну церковь ходили.

Джеймс поднял голову. Лицо у него было красное и опухшее.

– Забирай свою соль и оставь меня в покое, – проговорил он без намека на узнавание.

«Он в самом деле не узнает меня, – подумал Дин. – Может, Бобик все же вылез?»

Он послушался: поднял мешок с солью и направился к двери. Он подумывал «случайно» уронить мешок на колени Джеймсу, проходя мимо, но быстро подавил порыв. За дверью дежурили трое охранников, каждый из которых вполне мог всадить в Дина пулю, сообразив, что он вернулся в отель.

Вернувшись на лестничную клетку, Дин сбросил мешок на пол и принялся обдумывать ситуацию. Если Джеймс все еще одержим, этот демон был одним из самых странных на памяти Дина. Обычно одержимый человек сохранял память демона и наоборот.

«Может, это вообще не демон? Может, это что-то другое? Этим можно было бы объяснить лай».

Вернувшись в фойе, Дин зашел в бар, заказал «7&7»[2] и опустился в мягкое темно-красное кресло.

– Можно к вам присоединиться?

Дин поднял глаза. Перед ним стояла вчерашняя девушка. Одета она была в сшитый по фигуре бордовый костюм с юбкой, которая заканчивалась чуть ниже колен. Не дожидаясь ответа, девушка села напротив.

– В один день вы коридорный, а в другой – посетитель бара. Занятно, – она окинула Дина взглядом, будто моментально отметила каждый предмет его гардероба, а заодно черты лица.

Дин подался вперед:

– Занятно, что вы заметили.

Девушка улыбнулась, но не покраснела:

– Как такое забыть? Не часто мужчина предлагает купить мне выпить через тридцать секунд после первой встречи.

– А вы подождите немного. Вот стукнут шестидесятые, и таких девушек, как вы… – Дин осекся: «Зачем портить ей задорные шестидесятые?» – В любом случае, прошу прощения, что действовал так прямолинейно. Я совсем не такой.

– Вы уже лжете мне? Не слишком хороший знак.

– Ладно, я именно такой и есть, – Дин снова откинулся в кресле.

– Всё нормально, это забавно. Означает, что вас не особенно сложно понять.

– Это типа комплимент был?

Девушка рассмеялась:

– Вроде того.

Дин снова соврал:

– Я не расслышал вчера ваше имя.

– Джулия. Джулия Уайлдер.

Она протянула миниатюрную, затянутую в перчатку ладонь, и Дин вежливо пожал ее, ухмыляясь при мысли о странной формальности жеста. Он сперва чуть было не выдал настоящее имя, но передумал:

– Я Малькольм. Малькольм Янг[3]. Приятно познакомиться.

– Вы не ответили на мой вопрос, Малькольм. Как получилось, что вчера вы были коридорным, а сегодня стали гостем отеля?

– Быстрое продвижение по службе, – небрежно откликнулся Дин.

Джулия подозвала официанта:

– Шотландский виски, пожалуйста. С одним кубиком льда.

Дин приподнял бровь. Грубый напиток для такой маленькой женщины. Джулия наклонилась к Дину, будто прочитав его мысли:

– Мы с отцом ездили по всему миру. Я очень сведуща в спиртных напитках. Необычно для женщины, знаю.

Дин улыбнулся:

– На самом деле я хотел сказать, что это производит впечатление.

– Ну что, Малькольм Янг, расскажите о себе.

– В общем, тут и рассказывать-то нечего. Я приехал в Нью-Йорк по делам, вместе с братом.

– И чем вы занимаетесь? Ну, кроме переноски багажа?

Дин одернул пиджак:

– Семейный бизнес. Дезинсекция. Я был в костюме коридорного, чтобы исследовать отель, не привлекая внимания постояльцев.