– Убери ее от меня! – проскрежетал он с сильным акцентом, развернувшись и вжавшись спиной в дверь.

– Попытаюсь, – Дин наклонился ближе и понизил голос. – Но между нами… Я уверен, ты увидел Кью.

Глазастый уставился на него так, будто тот из летающей тарелки вышел. Сэм проглотил смешок.

– Давай, Глазастый, – подбодрил Дин. – Расслабься. Присядь. Мы просто хотим задать тебе несколько вопросов.

Мексиканец настороженно глянул на него, отлепился от двери и присел на уголок неразобранной кровати Сэма – так далеко от Шочи, как только можно было, оставаясь в том же помещении.

– Предложил бы тебе выпить, – сказал Дин, – но сомневаюсь, что с прошлой ночи в этом округе осталась хоть капля спиртного.

– Я ничего не знать, – его пальцы плясали на колене, будто он изображал сражение невидимых игрушечных фигурок.

– Просто расскажи, что ты видел той ночью, – сказала Шочи.

– Ничего, – повторил он.

Шочи заговорила по-испански. Тон казался одновременно доверительным и угрожающим.

– Женщину, – проговорил Глазастый. – Я видел женщину.

– Как она выглядела? – спросил Сэм.

– Сначала она красивая, – он вскинул глаза на Сэма и отвел взгляд. – Потом… – он дернул плечами. – Потом не очень.

– Послушай, у нас тут не почасовая оплата, – поторопил его Дин. – Рожай уже.

– Платишь? – с неожиданной надеждой осведомился Глазастый.

Шочи зашипела по-испански и шагнула к нему, замахнувшись.

– Хорошо-хорошо!– Глазастый втянул голову в плечи и вскинул обе руки. – Я видеть женщину. Она красивая, со светлой кожей и кудрявыми черными волосами. Этот пограничник, он смотреть на нее, и он ее знать. Он знать. Потом она превращаться. Она превращаться в чудовище. Как… как…

Он повернулся к Шочи и сказал что-то по-испански.

– Что? – спросил Дин.

– Что-то про скорпионов? – предположил Сэм.

Шочи кивнула:

– Он говорит, что женщина стала норой, полной скорпионьих хвостов.

– Очаровательно, – оценил Дин. – Жду не дождусь знакомства.

– Расскажи, что случилось с внедорожником, – велел Сэм.

– Я не смотреть, я бежать, – ответил Глазастый, прикипев взглядом к рукам.

– Еще что-нибудь про нее можешь сказать? – спросил Дин. – Хоть что-нибудь?

– У нее… у нее было тату.

– Татуировка?

– Да, тату. На шее. Una mariposa.

– Бабочка? – Сэм обратился за подтверждением к Шочи.

Та кивнула.

– Хорошо, – одобрил Дин. – Сэм, запиши обязательно, – он повернулся к Шочи. – Послушай, он не говорит ничего, чего бы мы не знали сами. Не думаю, что мы вытянем что-нибудь полезное из этого наркоши.

– Еще одно, – возразила Шочи. – Мне нужна его кровь. Для гадания.

Едва заслышав такое, Глазастый снова рванул к двери. На этот раз он сообразил про замок и почти выскочил на улицу к тому времени, как Сэм сгреб его за пояс и втянул обратно. Он молотил руками и брыкался, и вопил, как обезьяна-ревун. Дин ногой захлопнул дверь, подобрал измусоленный кляп и пихнул его обратно в рот Глазастому. Несмотря на худосочное сложение мексиканца, понадобились объединенные усилия Винчестеров, чтобы удержать его. Его кожа была влажной и липкой, и он вонял гнилыми зубами и жженной пластмассой. Шочи вытащила каменный нож с рукоятью в форме змеи и прижала лезвие к грязной шее.

– Ты же не собираешься его убивать? – уголком рта поинтересовался Дин.

– Хотелось бы, но… – отозвалась Шочи. – Нет. Мне нужно немножко крови.

– Она права, – согласился Сэм. – Если он был около твари, когда она открывала дверь между мирами, какая-то часть остаточной магии, вероятно, к нему прилипла. Гадание на отравленной крови может помочь выяснить, куда направляется Страж.

– Отравленная кровь? – переспросил Дин. – У этого парня кровь настолько отравленная, что ее можно дальнобойщикам продавать, чтобы за рулем не спали.

Руки Шочи, затянутые в перчатки, были уверенными, как у хирурга, когда она надрезала кожу на шее Глазастого и собрала кровь на плоской поверхности лезвия. Позаимствовав крышечку из-под выпитой Дином бутылки воды, она слила капельки в нее.

– Отпустите. От него больше никакого проку.

Братья ослабили хватку. Глазастый вытаращился на них, будто ожидал подвоха.

– Ты ее слышал, слизняк, – подбодрил Дин. – Свободен.

Глазастый даже кляп вытаскивать не стал, просто рванул к двери, распахнул ее и выскочил на парковку, где и пропахал носом асфальт в каком-нибудь метре от мотоцикла, запутавшись в собственных больших ступнях. Дин, покачав головой, закрыл за ним дверь.

– Напиши фамилии тех двоих, – велела Шочи Сэму.

Сэм вырвал листочек из блокнота, исполнил требуемое и положил его на ковер у ног Шочи. Она опустилась на колени, держа в одной руке крышечку, а в другой нож, сказала несколько слов (Дин был уверен, что не по-испански), и кровь в крышечке начала закручиваться миниатюрным водоворотом. Когда Шочи перевернула крышечку над центром страницы, кровь потекла к одной из фамилий, будто бумагу наклонили. Алые струйки надвинулись на фамилию, заливая ее.

«БРЮЕР»

– Вот ваш ответ, – проговорила Шочи.

– Хорошо, – отозвался Сэм. – Брюер в Юме[2]. Надо выезжать.

Шочи встала и спрятала нож.

– До того, как мы поедем, – сказала она. – Можно я помоюсь?

– Э, ага, – разрешил Дин. – Без проблем. Чувствуй себя, как дома.

– И тебе лучше помыться, – заметил Сэм. – Я не собираюсь четыре часа сидеть в машине с парнем, который воняет, словно грязный половик из бара.

– Леди вперед, – Дин указал на закрытую дверь ванной.

– Спасибо, – Шочи взялась было за дверную ручку, но задержалась. – Кстати, Дин, у меня один вопрос: что такое «кью»?

– Послушай, – Дин подавил смешок. – Ты не можешь состоять в Клубе Монстров, если не видела «Кью, Летающий Змей».

– Это фильм, – пояснил Сэм. – И, наверное, тебе его лучше не смотреть.

– Крылатый змей? – Шочи нахмурилась. – Они сняли фильм про Кецалькоатля[3]?

– Они сняли фильм про убогую резиновую куклу, летающую по Нью-Йорку и пожирающую людей, – поправил Сэм.

– Ой, да ладно, – отмахнулся Дин. – Обожаю этот фильм.

– Чувак, – возразил Сэм. – Мы смотрели эту киношку, когда мне было лет, наверное, пять, и даже тогда я не купился на это чудо-юдо ни на минуту.

– Поможете мне победить в этой схватке, – подмигнула Шочи. – И я вас с настоящим познакомлю. Тогда меня пустят в Клуб Монстров?

– Если мы победим, дело в шляпе, – пообещал Сэм. – Пожизненное членство обеспечено.

Шочи улыбнулась и исчезла в ванной.

? Селена (Кинтанийя-Перес) – певица мексикано-американского происхождения, солистка группы «Selena y Los Dinos», признанная публикой «Королевой жанра техано».

? Юма – округ в штате Аризона, США, и его столица.

? Кецалькоатль – «пернатый змей», божество древней Америки, один из главных богов ацтекского пантеона и пантеонов других цивилизаций Центральной Америки.ГЛАВА 14

Они втроем стояли около дешевой придорожной забегаловки – длинного и узкого остекленного здания пятидесятых годов, которое в где-то в середине семидесятых перекрасили в жуткое сочетание коричневого и оранжевого цветов. На другой стороне дороги располагалось кафе «У Дэнни»[1], так что маленькая закусочная была практически пуста. На выцветшей и облезшей табличке над дверью значилось: «Гриль-бар «Кукушка-подорожник[2]», там же красовалось слегка измененное изображение знаменитого мультяшного персонажа, который всегда оставлял в дураках койота[3]. Дин решил, что это странно соответствует ситуации.

Было еще только девять часов, но жара быстро становилась невыносимой. Шочи сменила черный топ на белый, из-за чего отсутствие бюстгальтера сделалось только заметнее. Ее длинные распущенные волосы приятно пахли, оставшись все еще влажными после душа; она носила те же потрепанные кожаные брюки и оружейный ремень.

– Знаешь, я вообще-то не такой уж параноик, – Дин указал на пистолеты. – Но ты уверена, что брать их с собой на завтрак будет хорошей идеей? Не думаю, что кто-нибудь попытается пристрелить тебя в закусочной.

– У меня есть разрешение, – отозвалась Шочи. – Ваша страна очень лояльна к оружию.

– Но ты даже не гражданин США, – возразил Сэм. – Так?

– Нет. На самом деле это мой первый визит в Соединенные Штаты, – призналась Шочи. – Но у меня местная водительская лицензия. И свидетельство о рождении, где сказано, что я родилась в Лос-Анджелесе. У меня много кто в должниках.

– Пойдем, ребята, – Сэм толкнул дверь и жестом пригласил Шочи войти.

Единственная официантка – крохотная, похожая на птичку женщина за пятьдесят с огромной ярко-рыжей копной старомодно завитых, как у пуделя, волос – жестом предложила им сесть. Она вытаращилась на пистолеты, но оказалась достаточно умна, чтобы промолчать по этому поводу. Братья уселись по разные стороны стола в ближайшую к двери оранжевую кабинку из кожзама, и Шочи выбрала место рядом с Сэмом. Дин понятия не имел, с чего это обстоятельство так его обеспокоило, поэтому попытался сосредоточиться на меню. Плотный жирный завтрак для похмелья – то, что доктор прописал.

– Ну, как прошли пляски с бубном? – поинтересовался Сэм. – Что-нибудь полезное?

– Уэуэкойотль – хитрый шутник, – Шочи разглядывала меню. – Трудно пробиться сквозь его ложь. Он сказал, что мне нужно вернуться в Мехико, чтобы найти Стража, а гадание утверждает, что она идет в Юму за Брюером, – она закрыла папку и сдвинула ее на край стола. – Однако он действительно сказал кое-что интересное. Кажется, он намекает, что за действиями Стража кроется более значимая сила. Если так, нас ожидает более сложный бой.

Официантка подошла налить кофе и принять заказы. Шочи попросила чизбургер с двойной порцией бекона.

– И картошку с соусом чили, – она посмотрела на Сэма. – Можем на двоих взять, ладно?

– Картошка с чили на завтрак? – тот покачал головой. – Дин, кажется, ты встретил, наконец, девушку своей мечты.

– Звучит обалденно, – похвалил Дин. – То, что доктор прописал. И чизбургер с беконом я тоже возьму.

– Нельзя сражаться с силами тьмы, набив пузо салатом, – заявила Шочи.

– Аминь, сестренка, – Дин приподнял свою чашку.

Сэм закатил глаза:

– Сражаться вообще не получится, если помрешь от сердечного приступа.

– Ты и вправду думаешь, что люди вроде нас доживают до сердечных приступов? – парировала Шочи.

Над столом повисло неловкое молчание.

– Хорошо, а тебе что принести, золотце? – с отчаянной улыбкой спросила официантка у Сэма.

***

Шочи ехала за «Импалой» на мотоцикле. Дин наблюдал за ней в зеркало заднего вида, задаваясь вопросом, каким местом он только думал, позволив ей болтаться хвостом. Задаваясь вопросом, каково это было бы – с ней.

– Поворачивай, – сказал брат. – Ну, здесь!

В последний момент «Импала», визжа шинами, вписалась в съезд, на который указал Сэм. Мотоцикл Шочи плавно скользнул следом.

Гилберто Брюер был ветераном, морпехом с парой рейдов на Средний Восток на счету, потом он вернулся домой и заступил на пограничную службу, так что Сэм смог вытянуть всевозможную информацию о нем через всяческие организации по делам ветеранов. Никогда не был женат. Здравствующих родственников нет. Случаи бродяжничества и наркомании за последние пятнадцать лет, то включался в окружную программу по борьбе с метадоновой зависимостью, то выходил из нее. По большей части выходил. На данный момент проживал в паршивой квартирке на городской окраине.

Пришлось несколько раз проехаться по кварталу, чтобы найти нужное место, да и то, ориентируясь по номерам близстоящих зданий. Как будто живущие здесь люди не желали, чтобы их нашли. Хорошенько рассмотрев окрестности, Дин понял, что винить этих людей не стоит. Здание было неопрятное, выстроенное задешево в восьмидесятых и уже разваливающееся: ободранная штукатурка, зарешеченные окна. Всего квартир оказалось шесть, все в один ряд, будто дешевый мотель. Вместо номеров буквы. Брюер проживал в последней, в конце линии, квартира Е. Кажется, так.

Шочи въехала на парковку вслед за «Импалой», сняла шлем и начала укладывать волосы в форме восьмерки на макушке, закрепляя всю конструкцию длинными шпильками и бархатцами, как и обещала. Получившаяся в итоге корона, украшенная цветами, странно контрастировала с ее задиристым, по сути, не женским нарядом.

– Вот, – она достала из рюкзака пригоршню толстых серебряных цепочек. – Надевайте. Не хотите носить цветы, эти хотя бы защитят голову и шею.

Дин надел переплетенные цепочки через голову:

– Чувствую себя вторым Мистером Ти[4].

– Просто затолкай под рубашку, – посоветовал брат, пряча собственные цепочки под ворот.

– Возьмите оружие, которое я вам дала, – велела Шочи. – Будьте наготове.

– Ну не знаю, – засомневался Сэм. – По-моему, чувак перепугается, если мы войдем с колючими бейсбольными битами.

– Насчет этого не волнуйся.

– А ты что? – поинтересовался Дин. – Чем будешь драться со Стражем Границ? Острым словечком?

– Именно, – Шочи развернулась и направилась к нужной двери.

– Вот раскомандовалась, – пробурчал Дин, раздраженный легкостью, с которой Шочи присвоила бразды правления.

– Я б не прочь, чтобы она мной покомандовала, – заметил Сэм, закинув через плечо сумку.

Когда они подошли к двери, Шочи уже барабанила в нее затянутым в перчатку кулаком.

– Эм, – заикнулся Дин. – Это план такой… или…

Дверь приоткрылась, явив взору предохранительную цепочку и кусочек бледного небритого лица. На них упал подозрительный взгляд налитого кровью глаза.

– Что вам нужно?

Шочи ногой распахнула дверь, вышибив цепочку из гнезда. Винчестеры обменялись взглядами, пожали плечами и вошли в квартиру. Помещение было темное и полуподвальное, воняло заплесневелым ковром и грязными носками. По сути своей, одна способная вызвать клаустрофобию комнатка с кухонькой на одной стороне и ванной на другой. Стены были неприятного тускло-персикового цвета, как кожа бракованной куклы. Мебель представляла собой жалкое скверное сочетание товаров из лавки подержанных вещей. Ни телевизора, ни компьютера, ни стерео, ни книг. Никаких видимых развлечений, если не считать, разумеется, разных связанных с наркотиками штучек, разбросанных на кофейном столике.