Побежала раным-рано

На Дунай-реку Ульяна.

Проезжали там гусары:

«Эй, поедем, девка, с нами!»

– Я бы рада, я бы рада,

Да боюсь родного брата.

«Отрави ты брата ядом

И поедем с нами рядом.»

Я бы рада, я бы рада,

Да откуда взять мне яду?

«В темном лесе под ракитой

Змей гнездится ядовитый:

«Принеси его ты в хату

И изжарь на завтрак брату.»

Едет, едет брат из бору,

Тащит дерево-колоду.

Встречу брату выбегала

И ворота отворяла;

Отвела коней на место.

«Это что, сестра, за вести?»

– На-ка рыбки, брат Ванюша:

Пополудновай, покушай! –

«Где взяла ты рыбу эту:

Ни голов, ни перьев нету?»

– Я головки отрубила,

Под окошком их зарыла.

Как отведал он жаркое,

Побледнел одной щекою;

Как еще кусок откушал,

Побледнел и весь Ванюша;

А как третий съел кусочек,

Побледнел, что бел платочек.

«Принеси, сестра, напиться:

Хочет сердце прохладиться.»

Принесла воды из лужи –

Стало Ване еще хуже.

«Постели, сестра, постелю:

Клонит сон меня что с хмелю.»

– Ляг на камень головою

И усни уж, Бог с тобою!

В Бояно́ве зво́ны зво́нят:

Палачи Ульяну гонят;

В Мутеницах зазвонили:

С ней они в дороге были;

А звонить в Годо́не стали –

Палачи ее пригнали.

Как тесали гроб Ивану,

На возу везли Ульяну.

– Вы живьем меня заройте,

Только песенки не пойте!

Как Ульяну зарывали,

Девки песенку слагали;

Как совсем ее зарыли,

Девки песенку сложили.