Отсо с тридцатью воинами из двух деревень, боевым арьергардом, шли весь день; то поднимаясь, то спускаясь по склонам, они стремились к условленному месту. Громадный васк с нескрываемой радостью узнал о подвигах координатора и в свою очередь доложил:

— По твоему совету я послал гонцов во все долины, и большая их часть вернулась.Пока враг захватил только четыре селения. Основные их силы обогнули горы, чтобы атаковать бриннов. Все отступили, соблюдая порядок, к Трем озерам, где живет самое многочисленное племя. Однако переход по лесу…

— Ты не мог бы набросать мне карту?

— В общих чертах могу. Смотри, сейчас мы здесь, на северо-западном краю наших гор. Перед нами большое, поросшее травой плато, которое мы преодолеем пешком за один день, если берандийцев там еще нет. После крутого склона начинается лес. За пятнадцать дней, если нам повезет, мы выйдем к реке и, построив плоты, сможем спуститься до Трех озер. Главное, добраться туда раньше противника. То, что Неталь был в Саре, как ты мне рассказал, хорошая весть! Берандийцам гораздо легче добраться до Трех озер с севера, но они наверняка будут ждать своего герцога.

— Где сейчас твои люди?

— Они часов на десять опережают нас и сейчас пересекают плато. Сегодня вечером они должны разбить лагерь возле одного небольшого озерка.

— Ты обеспечил патрулирование и боковое охранение?

Васк посмотрел с упреком:

— Я же не сумасшедший! Разумеется!

— Завтра утром я вас оставлю и попытаюсь добраться до леса раньше вас и, конечно, раньше берандийцев, чтобы, если удастся, найти гравилет Хассила.

— Один? Ты же не знаешь дороги!

— Мне не нужен проводник. Достаточно этого,- он отцепил от пояса переговорное устройство, подержал его на вытянутой руке и медленно повернулся вокруг. В какое-то мгновенье на приборе зажегся зеленый огонек.

— Видишь, он загорается только тогда, когда я поворачиваюсь к гравилету.

— Очень хорошо. Но разве он скажет тебе, где тропы, где можно переходить реки вброд, где можно пройти по утесам?

— Да, ты прав.

— Поэтому я пойду с тобой.

— А твои люди? Ты что, оставишь их?

— Здесь Эррекальт, он меня заменит. Я искренне считаю, если ты встретишься со своим другом, у нас будет больше шансов на победу. У тебя в гравилете есть другое оружие?

— Гораздо больше, чем я взял с собой.

— Итак, я иду с тобой. Я один бывал в этом лесу и знаю не только тропы, ведущие к Трем озерам, которые знает и Эррекальт. Мы отправимся на рассвете.

Синий свет начал с трудом пробиваться сквозь облака, когда они закончили приготовления. Акки нес легкий фульгуратор (второй и тяжелый он оставил Эррекальту), большой лук, колчан со стрелами и боевой топор. Отсо, кроме лука, взял пращу, меч и короткое копье.

После недолгого прощания они направились на запад. Шли весь день широким шагом. Природный горец, васк был хорошо тренирован; Акки, прошедший школу координаторов, не уступал ему. Плато постепенно снижалось, и здесь высокая трава все чаще перемежалась с островками деревьев.

Животных почти не попадалось, хотя они пересекали множество троп, которые были знакомы Отсо. Акки неизменно удивлял васка точностью своих наблюдений.

— Тебе часто приходилось охотиться, Акки?

— Нет, кроме одного периода в моей жизни, четыре года назад, когда я пятнадцать ваших месяцев провел среди диких ирхисамов на планете Дзея, в другой галактике. Они еще в каменном веке, а я был кровным братом Келоя, одного из их воинов. Я многому научился.

— Теперь мы тоже братья по крови, Акки, и я надеюсь, что ты и от меня чему-нибудь научишься. Вот и склон.

Плато резко кончилось и, насколько хватал глаз, вправо и влево обрывалось почти отвесно к лесу, что находился на тысячу метров ниже. Сверху лес казался огромной зелено-красной массой, рассеченной извилистыми линиями рек.

— Тропа уходит влево. Она довольно скверная, поэтому я пойду первым и покажу тебе ряд приемов.

Спуск действительно был трудным, и не раз пришлось использовать длинный кожаный ремень, который Отсо носил свернутым на поясе. С наступлением ночи на половине высоты они разожгли костер. Было свежо, сквозь покрытое облаками небо едва просвечивали звезды. Они довольно сносно устроились на ночлег. Небольшой выступ защитил их от моросящего дождя. Даже для хорошо тренированных людей переход был утомительным.

Как только рассвело, они продолжили спуск и незадолго до полудня подошли к подножию утеса. Сразу же за усыпанным обломками скал склоном начинался лес. Ближние деревья были наполовину засыпаны щебнем.

На опушке лианы и кустарник сплелись в непроходимую сеть, так что пришлось топором и саблей в течение нескольких часов прорубать проход к поляне.Какое-то животное, похожее на лань, выскочив из чащи, упало, пронзенное двумя стрелами.

— Это же олень-прыгун! Молодая самка. Очень хорошо!- радостно воскликнул васк.- Больше того- замечательно, ведь в Берандии они предназначены только к столу дворян. Ты сам увидишь, Акки. Их нет у нас в горах.

Пока васк свежевал оленя, координатор срубил колючие ветки и соорудил из них изгородь вокруг привала.

— Хорошо, Акки. Видно, что ты знаком с жизнью дикарей. В этом лесу действительно есть опасные животные!

Жаркое получилось на славу. Поев, они растянулись под небольшим навесом из широких плоских листьев, по которым вскоре застучали капли дождя.

— В низинах дождь идет почти каждую ночь, — заметил васк.

Акки не ответил. Достав передатчик, он стал регулировать его.

— Алло! Хассил! Алло, Хассил!

— Алло, Акки! Я хорошо тебя слышу. Где ты находишься? Как обстановка?

Он быстро рассказал.

— Ну, а ты?

— Я перемотал одну из програвитационных групп, если это тебе что-либо говорит.

Акки присвистнул: это считалось сверхтонкой работой, даже в хорошо оборудованной мастерской.

— Ты надеешься на успех?

— Будет достаточно, чтобы я мог взлететь и добраться до места, где найду тебя, если это не будет слишком далеко. Итак, ты уже в лесу? Будь осторожен, здесь имеются очень опасные животные. Два вида уже отведали, кто такие иссы!

— У меня с собой есть фульгуратор. До скорого, Хассил. Конец передачи.

Они не стали дежурить, надеясь, что изгородь из колючих ветвей помешает любой внезапной атаке, но тем не менее спали с оружием наготове. Утром, поджаривая на огне без дыма окорок оленя-прыгуна, Отсо разом вскочил и напряг слух.

— Ты слышал?

Акки тоже прислушался. Вдали, приглушенная шумом леса, последовала череда разрывов.

— Берандийцы! Они атакуют твой народ!

— Нет, не в той стороне. Может быть, это Хассил!

— Он еще очень далеко! Мы бы не услышали!

— Тогда они встретились с группой бриннов или…

— Или Бушераном, его людьми и Анной,- закончил координатор.- Посмотрим! Как ты думаешь, до них очень далеко?

— Трудно сказать, в этих лесах сразу не определишь. Час или два ходьбы? Кто знает! Будем осторожны, тем более сейчас.

Они направились туда, откуда слышались взрывы. Лес их принял- враг и сообщник одновременно. Они пробирались между стволами, Акки не успевал восхищаться пышными цветами, проглядывавшими среди листвы, давая себе слово вернуться за образцами для ботанического сада Дворца Миров на планете Рессан. Васк шел впереди, держа стрелу на тетиве лука. Подлесок расступился, обнаружив опушку,они приблизились к возвышенности,погребенной под кустарником. Отсо замер: какой-то прерывистый лай разорвал тишину.

— Собака, — прошептал он. — Нужно избавиться от нашего запаха.

Он достал из сумки маленькую коробочку, наполненную бледно-зеленой мазью с сильным запахом, и они намазали ею руки и лица. Спустя несколько минут из кустарника с шумом вырвалась собака. В растерянности, держа нос по ветру, она бросалась в разные стороны. Стрела пронзила ей горло, и, хрипло тявкнув, она упала.

— Идем!

Они проскользнули между деревьев словно тени, используя малейшее укрытие, и почти наткнулись на жалкий труп в лохмотьях. Рядом лежал сломанный лук.

— Один из людей Бушерана! Убит пулей в голову!

Они двинулись дальше. Васк держал лук наготове, Акки сжимал в руке фульгуратор. Среди неясного шума подлеска послышались голоса.

Лес редел, и вскоре они увидели посреди поляны группу берандийцев. Их было человек двенадцать, они толпились вокруг лежавшего на земле связанного мужчины. Это был Бушеран. Акки искал глазами Анну и увидел ее — она была привязана к стволу дерева с притянутыми выше головы руками. К дереву рядом была привязана Клотиль; она казалась сильно измученной, бесконечно усталой и отчаявшейся.Герцогиня,напротив, высоко держа голову, презрительно улыбалась.

Главарь берандийцев с силой ударил ногой Бушерана.

— Ну что, Бушеран? Мы поймали тебя! Герцог будет доволен! Итак, гордый капитан, будем молчать и дальше?

Пленник приподнялся и, вскинув голову, плюнул в лицо говорившего. В ответ на Бушерана обрушился град ударов, и он упал.

— Итак, поиграем в змею, что плюется? Ты будешь плевать, но по-другому, когда свершится герцогский суд!

Отсо потихоньку потянул координатора назад.

— Скольких ты сможешь уничтожить своим оружием?

— Всех, но для этого нужно перейти на другое место. Отсюда лучи могут задеть девушек.

— Хорошо, действуй. Включай свой луч, когда полетит моя первая стрела. Я буду считать до двухсот, чтобы дать тебе время. Если они тем временем пошевелятся, мы поступим так, как будет лучше.

Акки отступил метров на десять и начал обходить поляну. Он был почти на нужной позиции, когда один из мужчин отделился от группы и позвал:

— Ир-Хой! Ир-Хой! Куда пропала эта чертова собака?

— Она не потеряется! — крикнул предводитель. — Подберите этого и свяжите дам! Мы уходим!

— Ир-Хой!

Продолжая звать, берандиец подошел к месту, где прятался Отсо. Вздрогнув от неожиданности, он схватился за меч. Удар меча Отсо поверг его на землю.

Акки прыгнул через лианы. Он услышал приглушенный крик и обернулся. Это увидела его Анна. Потерянная таким образом секунда могла стать роковой. Враги сумели рассредоточиться. Он стал косить их лучом фульгуратора, обугливая тела и стволы деревьев. Трое упали, четверо, еще шесть, еще восемь… Одного берандийца сразила стрела васка. Вдруг голубой луч исчез…

Акки выругался — фульгуратор у него еще никогда не отказывал, и нужно же такому случиться именно теперь! Он со злостью прицепил оружие к поясу и протянул руку за луком. Что-то с силой ударило в бедро, и он упал в кустарник, ощутив боль в боку.

Задет, подумал Акки, это стрела!

Он пополз, стараясь спрятаться за дерево. Действительно, оперенное древко торчало в боку, однако липкой теплоты крови он не чувствовал. Координатор осторожно ощупал стрелу и с облегчением перевел дух: стрела наткнулась на корпус передатчика, смяв его. Он выдернул хрупкое древко из одежды.

С луком в руках Акки пополз вперед. На поляне остались только полуобгоревшие трупы. Бушеран и девушки, все еще привязанные к деревьям, похоже,были целы. Ни следов берандийцев, ни Отсо. Огонь зловеще потрескивал, пожирая низкие заросли. Нужно было спешить. Слышались выстрелы, размышлял Акки, однако те, кто был здесь, имели только луки. Возможно, поблизости есть другие… Словно в подтверждение его мыслей с востока снова донеслись выстрелы. Бушеран попытался приподняться. Качнулись заросли над лужайкой, просвистела стрела и воткнулась в дерево. При вспышке молнии Акки различил в листве лицо берандийца и выстрелил. С протяжным криком лучник рухнул в траву, смяв скрывавшую его листву.

— Внимание, Отсо! Еще один успокоился!

— Не стоит гадать по звездам- все здесь. Поздравляю, ты владеешь луком не хуже васка! Надо освободить пленников, пока другие не вернулись!

Васк бросился к Бушерану, Акки — к девушкам. Анна с радостью смотрела на координатора.

— Я говорила, Клотиль, что не нужно терять надежду! Я знала, что он придет!

Акки рассек веревки. Анна растирала онемевшие запястья.

— Быстро, уходим! Сколько было берандийцев, когда вас захватили?

— Человек сорок, у семерых были ружья.

Подошел Бушеран:

— Спасибо, Акки, за меня и за них.

— Уходим, — оборвал васк. — Мы еще в опасности.

Они пошли на запад, в сторону, противоположную той, откуда доносились выстрелы.Несмотря на усталость, девушки и капитан двигались довольно быстро. Подлеска здесь почти не было, и они лавировали между высокими и стройными стволами, кроны шумели метрах в двадцати над их головами.

— Это и есть Безжалостный лес, Отсо? Он не идет в сравнение со многими другими, которые мне доводилось видеть!

— Не торопись со словами — ты еще ничего не видел. Пока мы на высокогорье!

Поздно вечером они решили, что достаточно оторвались от преследователей, если они были.Привал устроили под огромным деревом.Его крона образовала вокруг ствола своего рода радиальные перегородки.Отсо и Акки воспользовались ими, чтобы соорудить с помощью листьев небольшую хижину, укрытие от ночного дождя.

После того как были съедены остатки оленя-прыгуна, координатор, развязав маленький непромокаемый мешок, оказал помощь Бушерану, который страдал от ударов. Таблетка принесла ему облегчение. У Клотиль на левой ноге оказалась рана. Акки промыл ее и продезинфицировал.

Координатор первый встал на пост неподалеку от хижины. Он сидел и дремал под укрытием из листьев линглии, полагаясь на свой слух. Дождь прекратился, однако ночь была непроглядной, лес вокруг стоял в неподвижном молчании. Акки вспомнил другую ночь,в миллионе световых лет отсюда, когда он вместе с Келоем,диким охотником, ожидал прибытия звездного корабля фроонов, незаконно перевозившего колонистов. Ночь была такой же черной, такой же молчаливой до самого рассвета и до начала отчаянной битвы…

Сейчас положение было немногим лучше. Смогут ли они продержаться до возвращения «Ульны»? С одной стороны, отряды васков, отчаянно храбрых, но побежденных превосходящим оружием и организацией, и их союзники- гуманоиды, о которых он ничего не знает, кроне того, что физически они похожи на иссов. С другой- несколько миллионов берандийцев, имеющих регулярную армию с более современным оружием, во главе которой стоит умный, безжалостный и чрезмерно честолюбивый человек.И пытающийся изменить соотношение сил он, Акки, затерянный в лесу с двумя мужчинами и двумя девушками, и Хассил, также затерявшийся со своим неисправным гравилетом. А между ними многие километры лесов…

В конечном результате сомневаться не приходилось. Если координаторам не удастся исправить положение, то с возвращением «Ульны» Элькхан, командир звездного корабля, примет необходимые меры. Берандийцы будут уничтожены. Однако, подумал Акки, лучше бы этого не допускать. Среди берандийцев есть доброжелательные люди,даже если в настоящее время они не могут ничего сделать против своего герцога-узурпатора.

Он вспомнил молодых моряков, с которыми встретился в таверне,- из них могли бы получиться прекрасные астронавты! Были также старый Роан, Бушеран, Анна…

Анна! Эта маленькая дикарка, дочь затерянной планеты, трагически погибавшей цивилизации, очаровала его! Она обладала своеобразным умом и, что встречается еще реже,сильным характером. Он представлял ее себе такой, какой она могла бы быть, окончив один из университетов Новатерры или Рессана. Кем бы она смогла стать? Конечно, не исследователем! Ее ум не был к этому готов, хотя благодаря урокам своего крестного на Нерате она наверняка была среди наиболее просвещенных.Возможно, она могла бы стать управленцем где-нибудь на одном из миров Союза, рядом со старым Аззлемом, синзуном Теранкором или Хорбу Клэром, новатеррианином, его кузеном.

Весь день они бежали,спасаясь от ее сородичей и обменявшись лишь несколькими словами, так что он ничего не узнал об одиссее Анны и ее товарищей. У них еще будет время поговорить. Впереди, чтобы встретиться с Хассилом, дней пятнадцать пути или, если они решат идти прямо к Трем озерам, — целая неделя.

Сзади них, вдалеке, ночь пронзило жуткое протяжное рычание. И словно по этому сигналу снова полил дождь, он хлынул как из ведра, поглощая шорох падающей листвы. Отсо на ощупь подошел к Акки.

— Клаин охотится. Надо быть осторожным.

— Кто такой клаин?

— Я его никогда не видел, только слышал. Бринны говорят, что это огромный зверь, который видит в темноте.

— Он далеко?

— Клаин живет в лесу, он редко заходит на высокогорья, где мы сейчас. Но все же надо быть осторожными.

— Ничего! Я починил фульгуратор.

— Какой толк от того, что ты убьешь клаина, если один из нас будет уже мертвым! Бринны боятся клаинов больше чумы! Никто не может оспаривать место вождя, пока не убьет клаина. Так что обычно вожди бриннов умирают глубокими стариками! Я не могу назвать даже одного кандидата. И имей в виду, что если спрейли опасны, только когда на них нападают, то клаины сами всегда готовы напасть!

— Буду настороже. Иди отдыхай. Мое дежурство еще не кончилось.

— Нет, я останусь.

— Как хочешь.

Они сидели спина к спине, время от времени обмениваясь короткими фразами, как вдруг совсем близко снова послышалось рычание.

— Он идет по нашему следу. Разбудим остальных и будем готовы ко всему.

— Как он может находить наши следы при таком дожде?

— Не знаю, но он их чует. Послушай!

Протяжное рычание раздалось совсем рядом.Из хижины послышались беспокойные голоса.

— Что случилось? — испуганно спросила Клотиль.

— Ничего, какое-то животное охотится. Не беспокойся, там Акки!

На этот раз это был голос Анны.

Акки улыбнулся в темноте. Послышались легкие шаги, и Бушеран наклонился к ним:

— Осторожно! Это клаин, самый опасный из хищников на Нерате!

— Я знаю,- сказал Отсо.- Акки, дай свой лук Бушерану. И держи наготове свое оружие. Внимание, вот он!

Какой-то сгусток тьмы двигался в подлеске всего в десятках метров от них. Акки тихо поднялся и проверил регулировку своего фульгуратора: полная мощность! Бушеран и Отсо бесшумно вынули стрелы из колчанов.

— Что там? — звонким голосом спросила Анна.

Словно черная молния, хищник бросился на них. Акки едва смог увидеть его тень, метнувшуюся на фоне неба между двумя деревьями, — упругое, длинное тело пронеслось в нескольких метрах от земли. Тонкий синий луч неуверенно скользнул по этой тени. С рычанием и шумом животное повалилось на хижину. Клотиль закричала от ужаса, затем наступила тишина.

Дрожащими руками координатор сорвал с пояса электрический фонарик: зверь, очень походивший на какую-то помесь тигра с медведем, лежал на боку. Огромная разинутая пасть с десятисантиметровыми клыками вгрызлась в центральный столб хижины. На боку, передних лапах и крупе чернели вздувшиеся полосы — след фульгуратора.

— Анна! Клотиль!

— Я здесь! Клотиль тоже… Надеюсь…- Голос Анны был спокоен и только чуть дрожал.

Они бросились к девушке. Бушеран, опустившись на колени, приподнял голову сестры.

— Надеюсь, это обморок, — закончила Анна.

Действительно, Клотиль скоро пришла в себя и медленно поднялась.

— Какое малодушие! Упасть в обморок от страха! Плохая же я сестра для гвардейского капитана, не правда ли? Но я так устала!

Они устроились в новой хижине, сделанной из остатков старой. Затем мужчины вернулись и стали рассматривать клаина. Две стрелы торчали в его туловище.

— Хороший выстрел, капитан,- сказал васк. — Ваша стрела попала точно в шею. Как вам удалось с такой точностью и так быстро прицелиться в темноте?

— Но ваша стрела тоже не так далеко от уязвимого места! А ваша позиция была хуже моей. По правде говоря, я не целился, стрелял инстинктивно.

— Я тоже, — рассмеялся васк.

— Если бы мне сказали два месяца назад,что я буду сражаться плечом к плечу с гвардейским капитаном берандийского герцога!

— Экс-капитаном, Отсо. У нас тоже есть храбрые ребята.

— Верю, но зачем вы с нами воюете?

— Мы бы не стали воевать, если б не этот Неталь… Герцог был против, и будь он жив…

— Старая история,- вмешался Акки.- Она так же стара и плачевна, как и все то, что я видел на тринадцати планетах! В каждой стране, у каждого народа свои особенности и обычаи, и соседи очень часто становятся врагами. Однако, как только наступает общая опасность, различия стираются… на какое-то время. После этого все начинается вновь, по крайней мере до тех пор, пока не согласятся с законами нашего Союза. Но все это будет потом, все это еще можно решить. А пока — нужно уцелеть!

Они вышли на рассвете, хорошо отдохнув, несмотря на неспокойную ночь. Лес делался еще гуще, почва, понижаясь, становилась все более влажной. Им приходилось обходить болота, где кучи гниющей листвы превращались в черную ядовитую грязь. Лианы тянулись из этих болотистых стариц,взбирались на стволы, свисали словно занавесы, через которые нужно было прорубаться мечами или топорами.

— Сейчас ты увидишь настоящий Безжалостный лес,Акки,- сказал васк. — Но прежде чем в него углубиться, нужно поохотиться и запастись мясом, так как дальше дичь будет попадаться все реже.

— Хорошо. Я снова возьму свой лук. Пусть Бушеран и Клотиль идут с тобой, а Анна останется со мной, так каждая из групп будет иметь оружие. Здесь можно найти дерево, подходящее для изготовления луков?

— Подойдут ветки глии. Из них делают лучшие на планете луки,- сказал Бушеран.- Я пойду на запад. Встретимся здесь на заходе солнца. Если берандийцы станут нас преследовать, идите в сторону Трех озер. Мы вас там найдем.

Они разошлись, Акки двигался впереди с луком наготове, Анна следовала за ним с фульгуратором в руках. Им пришлось изрядно побродить, прежде чем они наконец встретили небольшое стадо оленей-прыгунов. Они были светлой масти, изредка встречающейся по берегам болот. Акки подстрелил двух оленей. Потребовалось больше часа, чтобы вырезать лучшие куски и упаковать для переноски. На этот раз Анна с оружием наготове шла впереди. Они возвращались к месту встречи.

Они были еще довольно далеко, когда послышались взрывы. Акки бросил свою ношу на землю.

— Наши друзья! На них напали!

Он закинул оленину на развилку дерева и сделал топором зарубку, чтобы ее было легче найти. Выхватив у Анны фульгуратор, он устремился сквозь чащу. Перестрелка смолкла.

На месте встречи никого не оказалось. С осторожностью раздвигая ветви, они вскоре нашли труп берандийца. Стрела с красным оперением, стрела Отсо, вонзилась ему в правый глаз. Акки осмотрел следы пуль на стволах деревьев.

— Здесь были наши друзья. Они заметили врагов и первыми открыли стрельбу. На их стороне крови не видно — на этот раз им удалось ускользнуть. Пойдем дальше.

Они быстро приблизились к месту боя. Еще трое убитых лежали на земле. С волнением они склонились над ними. Это снова были берандийцы, однако на этот раз, хотя и все стрелы имели красное оперение, было похоже, что стреляли с противоположных сторон.

— У Бушерана теперь есть лук. Ну да, он его взял, по всей вероятности, у первого найденного нами солдата. Около дерева, изрешеченного пулями, красное пятно крови. Кто-то из наших ранен! Отсо, Бушеран или Клотиль? Пригнитесь!

Пули просвистели над их головами. Акки упал ничком и открыл огонь. В дыму обугленных деревьев он увидел падающие тени.

— Анна, быстро отползите назад метров на двести. Потом можете бежать не опасаясь — стволы деревьев вас защитят. Я прикрою отход!

Сам он рванулся влево, откуда мог видеть, что происходит за завесой дыма. Там никого не было. Затем что-то зашевелилось позади куста, и он увидел ствол пулемета, медленно поворачивавшийся в его сторону. Акки выстрелил, куст вспыхнул огнем. Мужчина выскочил и был тут же сожжен.

Приподнявшись на локтях, Акки осмотрел лес. Насколько он мог разглядеть, ничего живого поблизости не было. Он оглянулся. Анна исчезла. Тогда он резко выпрямился и зигзагами побежал среди деревьев. Рядом просвистела пуля. Укрывшись за толстым стволом, он наудачу провел лучом фульгуратора. Затем снова побежал и вскоре догнал Анну.

Они долго торопливо шли. Проходя мимо тайника с олениной, Акки выбрал несколько сочных кусков. К ночи они вышли к мутным берегам какого-то болота.

Нечего было и думать продолжать путь в темноте. Два больших дерева у самого края воды свесили над маслянистой жижей длинные спутанные ветви.

— Переночуем здесь, — сказал Акки. — Это наш шанс на спасение.

С помощью лианы Акки легко забрался на дерево. В нескольких метрах от земли одна из толстых ветвей разделялась на три, образуя основу для настила. Он быстро сплел из лиан нечто вроде гамака, спустился на землю и собрал несколько ветвей линглана.

— Вы сможете подняться, Анна?

Она улыбнулась ему:

— Все мое детство прошло на деревьях в Вермонте!

Действительно, она забралась наверх гораздо скорее его. Акки быстро развел огонь из хвороста.

— Вы не подниметесь ко мне, Акки?

— Нужно подкоптить мясо, пока не испортилось.

— Тогда почему вы меня загнали наверх?

— Запах может привлечь хищников.А наверху вы в безопасности. Оставайтесь там! — приказал он, увидев, что она делает попытку спуститься.

Он тонкими ломтями нарезал мясо оленя и соорудил импровизированную коптильню.Анна спустилась пониже и уселась верхом на одной из нижних ветвей.

— Можно я останусь здесь, мой господин? — спросила она с притворной покорностью.

— Если хотите. Раз уж вы не желаете спать, расскажите мне вашу одиссею.

— О! Мне почти нечего рассказывать. Когда вы оставили нас, мы пошли через лес, чтобы спасти крестного. Нас было шестеро. Мы услышали выстрелы, а потом увидели ваш гравилет.Мы шли всю ночь и к утру оказались в Безжалостном лесу. Бушеран хотел просить убежища у васков, чтобы обеспечить мне безопасность. Но я воспротивилась, зная, что для него это будет трудно. Да и я сама не желала попасть в заложницы к врагам Берандии.

— К счастью, все обошлось. Могло быть много хуже!

— Возможно. Как бы там ни было, я с этим не согласилась, и никто не оспаривал моих приказов. Я хотела объединиться с графом Роаном, тогда бы мы нашли помощь у верных вассалов крестного, иначе говоря, собрать армию против Неталя. Но очень скоро по сведениям от изгнанников, что мы встретили в лесах, я поняла, что это невозможно. Первой заботой Неталя было посадить в тюрьмы всех, кого он подозревал в верности мне. Мы также узнали, что решено начать войну против васков и бриннов, что собирается армия, которой еще никогда не видела Берандия. Тогда я согласилась отправиться к горцам. Я знала, что могу там встретить вас, но было уже слишком поздно. Передовые части берандийцев к тому времени подошли ко входам в долины. Тогда мы решили обогнуть горы, чтобы добраться до страны васков с запада. Для этого нужно было пройти через лес и миновать прибрежные равнины, которые были уже во власти узурпатора.

Однажды мы встретились с его солдатами и потеряли двоих солдат из трех, что были с нами. Мы едва спаслись, и с тех пор наша жизнь стала жизнью беглецов без всякой надежды на отдых. Своих лошадей мы уже давно обменяли у изгнанников на одежду и оружие. Приходилось все время идти, иногда бежать, прятаться,постоянно испытывая страх. Что касается меня, то я знала о приказе взять меня живой, не причинив вреда. Для Бушерана же и лучников это было смертью. Для Клотиль того хуже.

Не знаю, как мы выжили. Однажды мы три дня были без пищи, прятались в кустарнике, в то время как разведчики Неталя прочесывали лес. Мы питались мясом зверей, которых удавалось убить. Мы не осмеливались спать, только дремали по очереди. Однажды увидели ваш гравилет, пролетевший очень высоко над лесом. Это нам придало смелости: вы нас искали.

— Это был Хассил, Анна. По правде говоря, мы вас не искали. Шансы найти вас были уж очень невелики!

— Тем не менее это дало нам надежду. Мы прошли через северные отроги и приблизились к проходу, который вел к васкам. Вот тут-то мы услышали взрывы, а позднее увидели высокие столбы дыма над горами и поняли, что война нас опередила! Поскольку бринны неизменно отказывались покидать свои низовья, мы подумали, что васки отступили и пошли в сторону земли бриннов. Именно тогда одна из групп берандийцев нас и догнала. Остальное вы знаете. А вы, Акки?

— Расставшись с вами,мы полетели в сторону гор.Мне посчастливилось оказать помощь одному молодому васку, на которого напал хищник, так что нас очень хорошо приняли. Потом началась война, Хассила постигла неудача. Он был сбит. После нескольких неудачных стычек я решил добраться до него и его сбитого гравилета. В нем ведь много всякого оружия! А по пути наши с вами дороги пересеклись.

— Как вы думаете, Бушеран и Клотиль смогут выбраться из леса?

— С ними отважный человек, очень сильный и храбрый. Эти васки — прекрасный маленький народ, несмотря на свои довольно странные идеи. Так что я надеюсь на добрый исход. И еще я надеюсь, что это будет последняя война на вашей планете, по крайней мере, последняя война между расами.

— Вы за этим присмотрите, не так ли? — с иронией заметила Анна.

— Вы меня не понимаете или не хотите понять! Отсо и Бушеран созданы, чтобы понимать друг друга.Они являются, или явятся,двумя влиятельными людьми среди своих народов. И, как вы верно заметили, я за этим прослежу. Садитесь, мясо готово, насколько я смог это сделать. Прошу вас!

Он взял дымящиеся куски мяса и поднялся. Они молча ели, запивая из фляжки Акки, особенно пригодившейся здесь — она очищала и обезвреживала воду.

— Теперь спите. Я немного подежурю.

— А где вы будете спать?

— Я сделал гамак на двоих. Но не беспокойтесь…

— О! Я вовсе не боюсь. А беспокоит меня только одно: вдруг неуместное рыцарство заставит вас провести ночь верхом на ветке! Доброй ночи, сеньор координатор галактики.

— Доброй ночи, герцогиня Берандии. Святой Тсо! Что вы сделали со своими волосами?

— Я их обрезала. В лесу ни ползти, ни бегать с длинными волосами. Вы только сейчас это заметили?

Она вытянулась под листьями линглана,словно под покрывалом, оставив голову открытой. Взошла луна Нерата, она была рыжеватой, и в ее свете лицо Анны казалось бледным и осунувшимся.

Как она исстрадалась, подумал Акки. Она, воспитанная в роскоши берандийского двора, теперь брошена в дебри Безжалостного леса, но и полумертвая от голода и бессонницы она по-прежнему неукротима!

— О чем вы думаете? — спросила она. — О том, как вам меня уберечь?

— Я думаю, что мне редко приходилось встречать таких отважных, как вы.

— Ах! Отвага! Это дешевый товар! Чего стоит всякая отвага против вашего звездолета?

— Я полагал, что после нашего полета на Луону вы не считаете меня врагом, Анна. Вы даже просили у меня кольцо в тот вечер, перед трагическим банкетом. Вы это забыли?

— Нет, конечно.Как я могла это забыть, я, которая дважды обязана вам своей свободой?А вы можете забыть,что вы координатор?Разрешить ситуацию в Берандии без слез? Мне кажется, их уже немало пролилось, смешавшись с кровью!

— Это не ваша вина и не моя!

— Ваша и в равной мере моя, Акки. Ваша- потому что ваше прибытие все ускорило. Моя- потому что я собственными руками сплела сеть, куда сама и попалась сегодня! Неталь лишь исполнил мои замыслы.

— По крайней мере, вы сумели отказаться от завоеваний. Я не знаю, что нам готовит будущее, но я вам обещаю: если окончательное решение заставит вас покинуть эту планету, я найду для вас и вашего народа еще более прекрасный мир, который станет вашим навсегда. Тот же закон, что вас изгонит, вас и защитит.

— Это будет мир моих внуков, но никогда он не станет моим!

— У меня тоже нет своей планеты. У меня их сотни и ни одной. С тех пор как мне исполнилось восемь лет, я, наверно, не провел и трех лет на своей родной планете.

— Как же познать счастье, если нас вырывают с корнем?

— Разве счастье настолько важно?О,я знаю! Вы думаете, что я говорю об этом на свой лад.Вы думаете,что я могу отправиться на планету, где родился, когда мне захочется. Возможно. Однако Новатерра- моя родина в большей мере, чем Элла,где я провел десять лет, или Арбор, где я тоже жил долго, чем Дзея, где я был принят и где я встретил кровного брата, кто стал для меня настоящим братом и которого я, быть может, никогда не увижу. К чему столько других миров, где я считал дни своей жизни? Вы никогда, понятно, не присутствовали на собрании Большого Совета Союза.Раньше,во времена моего земного предка, там должен был присутствовать один делегат от каждой планеты. Теперь обитаемые планеты столь многочисленны, что прилетают только по одному делегату от каждой конфедерации. Так вот, они собираются в огромном дворце — более шести тысяч посланцев от более пятидесяти тысяч цивилизаций. Даже если я всю жизнь проведу, перелетая с одной планеты на другую, я не смогу посетить их все. Но в определенном смысле все эти миры — тоже моя родина!

— Понимаю, Акки. Но я, я всегда знала только одну планету. И я, без сомнения, буду ее лишена… за чужие грехи!

— Кто знает,что нас ждет впереди? Теперь спите. Завтра будет тяжелый день.

Он был адским. Болото мерцало в свете зари справа и слева, насколько хватает глаз.

Их сон был нарушен мириадами насекомых и отдаленным ревом голодных хищников. Акки вызвал Хассила. Ремонт гравилета продвигался медленно. Индикатор направления показывал, что поврежденный гравилет находится по другую сторону болота и до него еще далеко.

Они пошли западнее, пытаясь уйти от возможного преследования. Даже на большом расстоянии от болота почва была ноздреватой и зыбкой, они дважды едва не провалились. Среди дня они вспугнули в чаще спрейля, и Акки успел поразить его лучом фульгуратора, пока зверь не прыгнул. Только теперь он задумчиво посмотрел на свой фульгуратор. Заряд подходил к концу, оставалось всего тридцать секунд, если использовать его на полную мощность. А идти становилось все труднее из-за мягкой, зыбкой почвы, в которой увязали ноги, бесконечных насекомых и лиан, которые нужно было рубить, чтобы пройти. Трижды они вынуждены были обходить заводи, которые выбрасывало болото.

Даже к вечеру им не удалось найти подходящего убежища и пришлось остановиться на кочковатой низине, едва укрытой колючим кустарником. Мясо, хотя и подкопченное, пахло отвратительно. Похоже, никаких животных вблизи болот не водилось, и пришлось на рассвете продираться сквозь непроходимый подлесок, чтобы найти хоть каких-нибудь грызунов. Дни следовали за днями. Они страдали от голода, но не от жажды- благодаря фляжке Акки. Затуманенные бессонницей, они продвигались словно в бреду. Потом Анну укусил ядовитый шмель, из-за его анестезирующей слюны она этого сразу не заметила. А когда обнаружила, Акки уже не смог оказать ей помощь. Ее щиколотка распухла, и Анна не смогла уже идти. Из-за этого они потеряли три дня. И тогда Акки вызвал исса.

— Мы наверняка не сможем с тобой встретиться. Попытаемся найти реку. По словам Отсо, все они текут в сторону Трех озер. Мы будем там тебя ждать. Если ты не сможешь починить гравилет, тебе на помощь придут наши.

И наконец они нашли реку,быструю и темную: спускаясь с гор, она пересекала болото. Акки целых четыре дня строил плот. Он очень ослаб, и работа лесоруба была ему не под силу. Наконец плот был спущен на воду, и они поплыли по течению, слишком усталые, чтобы быть настороже. Тем не менее прежде чем уснуть, Акки из последних сил привязал Анну и себя к плоту.

Его разбудил сильный удар. Он сел, голова была еще затуманена. В бревно плота вонзилась стрела, к стреле была привязана веревка, которая подтягивала их к берегу. Он схватился за оружие. С берега донесся крик:

— Не стреляй! Это я, Отсо!

Показался гигант васк. Плот коснулся берега. Анна даже не проснулась.

— Бушеран? — спросил координатор. — А Клотиль?

— Бушеран чувствует себя хорошо. Его сестра…

Васк пожал могучими плечами.

— Погибла?

— Еще нет.

Акки отвязал Анну, поднял ее на руки и вынес на берег.

— Скорее отведи меня к ней!

Капитан сидел у входа в хижину. Внутри, на ложе из листьев, лежала бледная Клотиль.

— Что с ней?

— Пуля в правом предплечье. Рана заражена. У нас не было дезинфицирующего средства, и мне пришлось ампутировать ей руку… Но заражение не остановилось, и скоро…

Он зарыдал.

— И она сама хочет умереть! Это была самая красивая девушка в Берандии после герцогини, а теперь…

Акки склонился к раненой.

— У меня есть чем остановить заражение. Что касается ее руки… Клотиль! Клотиль! Вы меня слышите?

Бесконечно усталые глаза… Веки немного приподнялись…

— Ах, это вы, Акки? Что с Анной?

— Жива и здорова.

— Как хорошо. А для меня все кончено…

— Да нет же! У меня есть чем вас вылечить. Откройте рот и примите эту таблетку. Вот так!

— Но моя рука! Моя рука! Она же не вырастет!

— Конечно, вырастет, Клотиль! Когда война кончится, я отвезу вас на Новатерру, Арбор или Эллу! У нас есть чудесные госпитали, где восстановят вашу руку. Посмотрите на меня. Мою левую руку однажды полностью оторвало взрывом. Нет ничего невозможного для тех, кто располагает знаниями пятидесяти тысяч миров!

— Это правда? Вы меня не обманываете, чтобы вселить надежду?

— Клянусь вам! Теперь спите. Завтра вы себя будете чувствовать лучше.

Он вышел, оставив девушку. Она спала с улыбкой. Снаружи его ждал Отсо.

— Какая удача, что я увидел плот. Еще несколько часов- и было бы наверняка слишком поздно.

— Что будем делать теперь? — спросил Бушеран.

— Через дня два Клотиль будет чувствовать себя достаточно хорошо, чтобы мы смогли снова пуститься вниз по реке. Тем временем мы получше оборудуем наше судно.

— Это правда, Акки, что вы сказали Клотиль? Что ее рука вновь отрастет?

— Отрастет- это не то слово. Все гораздо сложнее, но результат будет тот же. Теоретически мы можем реконструировать человека полностью, имея лишь одну его клетку. Практически это не будет тот же человек, так как невозможно дать ему ту же индивидуальность, созданную не только из его наследственных хромосом, а еще и из того, что он узнал, прочувствовал, приобрел опытным путем. Но в случае, если не затронут мозг, как у вашей сестры, все гораздо проще — осуществляется регенерация одного из членов. Я видел случаи более тяжелые.

— Вы боги, Акки!

— Самые бедные из богов!Какая-нибудь пуля в голову убьет меня так же,как и последнего берандийского лучника,и вчера,когда мы связывали плот,- действительно ли это было вчера? — я валился с ног от усталости, как и любой человек на моем месте! Нет, мы просто располагаем наследием тысяч поколений людей — под людьми я подразумеваю и иссов, и нас, и любую другую разумную расу! Кто знает, какой вклад внесут эти бринны, которых вы, берандийцы, ненавидите?

— И к которым я направляюсь. Я, Анна, герцогиня Берандии, иду просить убежище после того, как хотела их уничтожить или по меньшей мере подавить. Любопытный оборот и достойное возмездие моему тщеславию!

— Не нужно придавать этому такое значение.Я не знаю бриннов. Единственный, кто располагает какой-то информацией о них, — это Отсо, и то недостаточной, как он сам мне об этом говорил. Я подозреваю, что, как у всякой расы, у них есть свои достоинства и свои недостатки. Поэтому прошу вас позволить мне самому вступить с ними в контакт. У меня в этом деле больше опыта, чем у любого из вас.