Кивнув, я нажала на газ – и автомобиль рванул вперед. Ральф почти приложился лбом к приборной панели и завопил, что было сил:

- ТОРМОЗ! ТОРМОЗ!!

Когда я остановилась (так же резко, как и поехала), он вздохнул.

- Так. Давай еще раз, только не дави на педаль со всей силы, хорошо?

Я сделала, как он велел, и стрелка скорости указала на двадцать пять. Нормально же, да? Не сводя глаз с дороги перед собой, я осторожно выкручивала руль, поворачивая и нарезая круги. Спустя минут десять мне стало казаться, что я приноравливаюсь. Вот это да, я – за рулем! Я вожу!

Краем глаза я заметила, что Ральф опять смотрит на меня.

- Я все хотел спросить, - забормотал он, - правда ли, что вы со Скай Маккензи плохо ладите?

Только-только я начала более-менее разбираться в происходящем, как он снова стал меня отвлекать.

- Ральф, я-то думала, вы ничего не знаете о знаменитостях, - отшутилась я. – Откуда этот неожиданный, - А-АПЧХИ! – интерес?

Кажется, мне нужен носовой платок.

Ральф нервно хихикнул.

- После твоего звонка на той неделе я заинтересовался и стал почитывать статьи, - пояснил он. – Хотелось узнать о тебе побольше, чтобы было, о чем поговорить.

Логично. Почему я сама до этого не додумалась? Новости о нас со Скай появляются тут и там едва ли не три раза в день, так что… А-АПЧХИ! Лоб покрылся испариной, и я передернула плечами от холода.

- Так она тебе нравится, как человек? – настаивал Ральф.

- Может, вы научите меня парковаться? – попросила я. Наматывать круги по парковке, конечно, хорошо, но остановиться мне бы тоже хотелось. Что-то мне совсем поплохело, думаю, стоит закончить на сегодня занятия.

- Через минуту, - отмахнулся инструктор. – Так что там? Вы друзья теперь, да? Мне нужно знать. Тебе нравится Скай? Что ты о ней думаешь?

Чего он привязался ко мне со своим интервью? Я раздраженно взглянула на него, и вдруг заметила, что карман на его рубашке оттопыривается как-то слишком сильно. Приглядевшись, я поняла, что это – карманный диктофон.

О БОЖЕ.

- Что это такое? – рявкнула я, не сводя взгляд с его кармана.

- Ничего, - глаза Ральфа забегали из стороны в сторону, - просто коробочка. Она ведь не издает никаких звуков, НЕ ТАК ЛИ?!

Стоп. А почему он кричит? Тут, что, еще кто-то есть? Я бы заметила, будь тут еще кто-нибудь, но… Так, что это там?

В зеркале заднего вида отражалась Надин, размахивающая руками. Липкое чувство нависших надо мной неприятностей затопило меня с головой. Тут точно что-то не то.

- СТОЙТЕ! – а вот это уже Остин – несется прямо за машиной.

Кейтлин, держи себя в руках. Все хорошо. Все хорошо. Сейчас все прояснится.

- Ральф, - я с достоинством посмотрела на него. – я не слишком хорошо себя чувствую, поэтому предлагаю закончить занятие на сегодня.

- Что? Нет! Прошло лишь десять минут! – запротестовал он. – Еще очень много вещей, о которых я должен спросить… В смысле, которым я должен тебя научить.

- В другой раз, - твердо сказала я и каким-то образом остановила машину.

- КЕЙТЛИН! – вот и голос Надин.

- Еще пять минут! – Ральф вцепился в моей ремень безопасности, не давая мне двинуться с месте. – Я еще ничего не узнал о истории Тома Пуллмана!

Что?

Господи, все еще хуже, чем я думала! Почему, ну, почему я не послушала Надин и родителей? Почему я никак не могу запомнить, что нельзя доверять всем и каждому?

- Извините, - я отвела его руку и отстегнула ремень. – Занятие закончено, а я не хочу обсуждать своих коллег, - мое лицо горело, когда я выбиралась из машины. Черт, как же стыдно перед Надин и остальными!

- НЕТ. Подожди! – Ральф схватил меня за руку. А вот это уже плохо. Я толкнула его в грудь изо всех сил и отскочила в сторону, немедленно оказавшись в объятиях Остина.

ЩЕЛК. ЩЕЛК. ЩЕЛК.

Вновь взглянув на машину, я увидела, как из-под пассажирского сиденья выбирается Мачо Марк, фотограф одного из самых популярных сайтов сплетен в Лос-Анджелесе. В его руках камера, и он делает один снимок за другим.

- Привет, Кейтс, - промурлыкал он, опуская стекло со своей стороны.

Имя «Мачо Марк» придумано нами по одной очень простой причине – фотограф выглядит и ведет себя, как мачо. Короткие каштановые волосы, манящий взгляд карих глаз, накачанные руки, подтянутая фигура… Зачастую можно просто заглядеться и не успеть убежать от его камеры.

Но не сейчас.

- Я так и знала! – закричала я на Ральфа, снова заглядывая в салон. – Ты продал меня! Как ты мог?

- Ты хоть знаешь, сколько мне платят в этой забегаловке? – ледяным тоном отозвался он. – Это никакая даже не школа, здесь никого нет, пусто, - он развел руками. – Я просто должен был позвонить журналистам. Марк предложил выгодную сделку, а пара твоих снимков в газете обеспечит меня суммой, которую я бы за год не заработал.

- Ты отвратителен, - покачала я головой. – Поверить не могу, что я повелаcь на это! Дай сюда, - я потянулась за камерой Марка.

- Нет! – Ральф снова схватил меня за руку и затащил в салон. Не успев сообразить, что к чему, я вцепилась в дверь, которая, как только я оказалась внутри, успешно за мной захлопнулась. Тогда я, недолго думая, изо всех сил нажала на газ. Автомобиль понесся по площадке на бешеной скорости, Остин едва успел отпрыгнуть в сторону. Я выкручивала руль, что было сил, Ральф скрипел зубами, а журналист на заднем сиденье чертыхался.

- Чувак, ты чего творишь? – крикнул Марк. – Скажи ей остановиться!

- Даю тебе еще пару минут, чтобы сделать фото, - отозвался тот.

Когда я услышала очередной «Щелк», внутри меня что-то словно взорвалось, и я нажала на тормоз. Автомобиль замер на месте, но перед этим мы услышали оглушительный треск.

Что это было?

По лбу Ральфа стекла струйка пота, Марк выглянул из-за своей камеры в ужасе, мне захотелось зажмуриться.

Седан инструктора припечатался капотом прямо в бампер нашей машины. О, нет. Родни, отразившийся в зеркале заднего вида, стоял, глядя на свой автомобиль с потерянным видом. Господи! Машина Родни! Что я натворила! В панике я начала крутить головой по сторонам, но Марк и Ральф выглядели еще более шокированными, чем, наверное, была я.

- Кейтлин! Кейтлин! – Остин, Надин и, кажется, Родни, подбежали к седану и открыли дверь с моей стороны. – Ты как? Не пострадала?

- Ты идиот! – Мачо Марк отошел от шока и теперь орал на Ральфа. – Последняя бестолочь! Кто же так делает? Она может в суд на тебя подать, тупица!

Остин помог мне выбраться из машины. Марк покачал головой и тоже вышел, продолжая щелкать камерой. Путь ему преградил Родни, грозно возвысившись перед фотографом, заслоняя меня.

Ох, как же Надин была права!

- Я не только ужасно вожу, я еще и разгромила две машины! – всхлипнула я и шмыгнула носом.

- Все, довольно! Мы уезжаем отсюда немедленно! – Надин сверкнула глазами на Ральфа. – Вы, уважаемый, перешли все границы, мы на вас в суд подадим!

- Пожалуйста, - Ральф вышел из разбитого автомобиля и скрестил руки на груди. – У меня уже есть кое-что, что будет интересно журналистам. И не только это, - он постучал по разбитому капоту.

ЗАЧЕМ Я В ЭТО ВВЯЗАЛАСЬ?

Наверное, надо что-то сказать. Например… А-АПЧХИ!

Остин покачал головой и подтолкнул меня в сторону машины Родни. Мачо Марк продолжал снимать, но у меня не было сил, чтобы возмутиться или закричать на него, хоть мне и хотелось. Ральф что-то вопил, сокрушаясь на тему разбитой машины, но Надин посоветовала ему закрыть рот.

- Кейтс, - обеспокоенно заговорила она, когда мы все погрузились в пострадавший автомобиль Родни и поехали прочь, - я знала, что так выйдет, честное слово! Знала с той самой секунды, как пригляделась к соглашению. Вот, посмотри, что он тут накорябал, - она протянула мне листок. Сперва подпись Ральфа показалась мне нормальной, но, посмотрев на нее дольше трех секунд, я поняла, что там написано «Микки Маус». – Я махала руками, но ты не видела, а позвонить я не могла, потому что телефон у тебя был выключен, - добавила Надин.

Из глаз у меня потекли слезы. Дура! Какая же я дура! Как я могла быть такой легкомысленной и безответственной? Правы были все, прав был Остин, когда говорил, что неспроста большинство близких не одобряют эту мою идею со школой.

- Надин, - прохлюпала я, хватая воздух ртом, - мне так стыдно. Остин, Родни, - А-АПЧХИ! – простите меня, пожалуйста. Я, - А-АП-АПЧХИ! – не хотела, чтобы так вышло, я…

- Хватит, - неожиданно твердо произнес Остин. – Родни, поезжай, пожалуйста, к дому. Кейтс, ты совсем разболеешься, если явишься сегодня на съемки.

- Родни, клянусь, я заплачу за ремонт, - прошмыгала я, - ты даже не беспокойся…

- Нет, Кейтлин, - мягко произнес он, - это ты не беспокойся. Все хорошо.

Мне очень хотелось ему возразить, но у меня не было на это никаких сил. Я опустила голову на грудь Остина и закрыла глаза. Может, когда я проснусь, все это окажется просто очень-очень пло… - А-АПЧХИ! – плохим сном.

ПЯТНИЦА, 12 ОКТЯБРЯ

Возместить Родни стоимость ремонта

Попросить у папы разрешения на учебу вождению

Глава 8

38,3. Вот, что показал термометр, когда Анита забрала его у меня из-под мышки. Остин помог мне устроиться в кровати и уехал, а обеспокоенная мама бегала вокруг (и причитала: «Она заболела? Вы уверены? Она совершенно не выглядит больной!). Анита, наша домработница, принесла мне градусник, тайленол (*противовирусное средство), имбирный чай и телефон, чтобы я могла позвонить врачу. Правда, у меня уже успело разболеться горло, так что звонить Аните пришлось самой. Мама («Сейчас нельзя болеть, сейчас время важных съемок!»), папа («Так куда вы в такую рань подорвались?»), Надин («Это все инфекция, черт бы ее побрал!») и Остин («Выздоравливай, Бёрк») крутились рядом и мешали ей разговаривать с доктором, так что в итоге она выставила всех из моей спальни. Стало тихо. На сорок пять минут.

- ЧТО ЗНАЧИТ, «КЕЙТЛИН ЗАПИСАЛАСЬ В ШКОЛУ ВОЖДЕНИЯ ЗА ТВОЕЙ СПИНОЙ»?! – громоподобным голосом проговорила мама. – НАДИН, ТЫ ХОЧЕШЬ СКАЗАТЬ, ЧТО ЗНАЛА ОБО ВСЕМ, НО НЕ ОСТАНОВИЛА ЕЕ?

Надин что-то пробормотала в ответ, но ее слов я не разобрала. Наверное, они сейчас внизу, и я могла бы выйти из комнаты и встать на лестнице, чтобы услышать их разговор. Да-а, если мама так рассердилась из-за уроков вождения, то что же будет, когда она узнает, что…

- МАЧО МАРК ПОДКАРАУЛИЛ ЕЕ В МАШИНЕ? КАКИМ ЭТО ОБРАЗОМ НИКТО НЕ ПОНЯЛ, ЧТО ОН СИДЕЛ ТАМ?! – да, мама, не могла бы ты говорить еще громче? На Аляске тебя еще не слышали, кажется. – НАДИН, ТЫ ЧТО, НЕ ПОНИМАЕШЬ, ЧТО НАМ НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ НЕ НУЖНЫ НОВЫЕ СПЛЕТНИ ОТ ЖЕЛТЫХ ГАЗЕТЕНОК? ДАЙ МНЕ ТЕЛЕФОН! ДАЙ МНЕ ТЕЛЕФОН, Я ЗВОНЮ ЛЕЙНИ!

Ой. Я поспешно села на кровати и схватилась за голову. Ох, добраться бы до двери хотя бы.

Держась за стену, я сползла с матраса и кое-как встала на ноги. Пошатываясь, добрела до двери, открыла ее и вцепилась в ручку, чтобы не упасть. Вот, теперь стало слышно чуть лучше, теперь до меня доносятся обрывки фраз: «Кейтлин… водила… автомобиль… врезалась…»

О-о-о…

-КЕЙТЛИН РАЗБИЛА НАШУ МАШИНУ?!

- А на чем она ехала? – это уже папа. Кстати, он, кажется, ничуть не опечален, наоборот – заинтересован. Конечно, это же его любимая тема: вождения и машины. – Ты не помнишь марку?

- Мам? Пап? – попыталась окликнуть их я, но вместо нормального голоса из горла вырвался лишь хриплый шепот. Ноги обмякли, и я крепче ухватилась за дверь. Впрочем, руки тоже скоро ослабли, и я плавно опустилась на пол в коридоре, прямо напротив двери в комнату Мэтти. – Мэтти? Надин? Анита?

- Ого, - братишка распахнул дверь, видно, услышав мой сип, - Надин не шутила, ты и впрямь выглядишь, как призрак.

- Почему ты дома? – хрипло спросила я. Уж он-то точно должен быть на съемках.

- Том сказал, что я сегодня свободен, - вздохнул Мэтти. – Когда все узнали, что ты заболела, некоторые люди стали говорить, что я тоже, наверное, заразился, и принес инфекцию в студию. Так что пришлось идти домой, скоро придет Моника, будем заниматься, - он помолчал. – Кстати, почему ты валяешься на полу, позволь спросить?

- Там внизу казнят Надин, - пояснила я шепотом, - я хотела ее защитить. Что ты имеешь в виду, говоря «некоторые люди»?

Мэтти стушевался.

- Ну… Никого конкретного не имею в виду. Просто. Так уж сказал.

Хм. Если бы это была Скай, он бы сообщил. Она бы была в восторге, что я заболела, но уж точно не стала бы отправлять Мэтти домой – ей было бы просто наплевать.

- Кто боится заболеть? – повторила я.

Братишка что-то промямлил себе под нос, не глядя на меня.

- Кто?

Он снова забормотал, и я нетерпеливо дернула его за штанину.

- Я не слышу, что ты говоришь, Мэтти!

- Алексис, - выдал он, наконец.

- АЛЕКСИС? – невзирая на больное горло, мне удалось завизжать фальцетом. – Алексис отправила тебя домой? – голос снова сел. – Она просто невероятна! Как она может тебе нравится? Пожалуйста, перестань так к ней относиться, в ней нет ничего хо… А-АПЧХИ!

- Прикрывай рот, когда чихаешь, пожалуйста, - вежливо попросил брат. – Я не хочу по-настоящему заболеть завтра.

- Извини, - покачала я головой. – Так что Алексис, говоришь, сказала?

- Ничего плохого! – теперь Мэтти явно встал на ее защиту. – Она уточнила адрес, чтобы послать тебе цветы и все время сокрушалась, что тебя сегодня нет, потому что сниматься без тебя – это совсем не то.

- Заткнулась бы она уже, - пробормотала я тихо.

- КАК ОНА УМУДРИЛАСЬ ЗАПИСАТЬСЯ НА КУРСЫ, И НИКТО ОБ ЭТОМ НЕ УЗНАЛ? – о, а это снова мама.

- Что там вообще происходит? – Мэтти опасливо отошел от лестницы. – Это правда, что ты разбила машину Родни?

- Помоги мне спуститься вниз, - попросила я. Брат помотал головой.

- Нет уж. Вставай, я помогу тебе вернуться в постель, - он потянул меня вверх. Надо же, не ожидала, что Мэтти уже такой сильный! Мне хотелось бы поспорить с его решением, но сил снова не было.