Моpe Ихтиандра… Такого названия нет ни в лоциях, ни на географической карте. Оно становится понятно лишь тем, кто прочитал эту книгу.

Когда-то вышли на сушу из первобытного океана странные рыбоподобные существа. Они навсегда унесли с собой частицу моря. Это древнее наследство до сих пор живет в наших телах. И не только в наших. В артериях и венах рыб, земноводных, рептилий, птиц и млекопитающих бежит беспокойная солоноватая жидкость. В ней натрий, калий и кальций смешаны в той же пропорции, что и в первозданной стихии, где зародилась жизнь. Это память о том далеком времени, когда у наших простейших предков выработалась первая система циркуляции, в которой животворной кровью была простая морская вода. Даже протоплазма клеток человеческого тела химически подобна первозданным каплям белка. И, словно повторяя путь развития жизни в океане, каждый из нас проходит до своего рождения все стадии эволюции от клетки до организма, от рыбы до человека.

Быть может, поэтому мы начинаем любить море, еще не зная его. Беспокойная солоноватая жидкость отзывается на все вздохи и капризы Мирового океана, ловит его могучее дыхание.

Создав цивилизацию, люди нашли множество способов возвратиться к стихии-праматери. Они бороздят океаны на больших судах, проникают в морские глубины с помощью аквалангов, живут и работают в подводных домах.

Водолазы Ива Кусто в Средиземном море, американские акванавты, построившие «Силэб-2» в Калифорнийском заливе, наши молодые энтузиасты, жившие в Геленджике в подводном доме «Черномор», доказали, что человек может жить и успешно работать на глубине.

Одно из подводных сооружений, построенное в нашей стране, было названо поистине символически — «Ихтиандр». В переводе с греческого это слово означает «человек-рыба». Вы уже знаете, что именно такое имя искусный хирург Сальватор дал мальчику-индейцу, которому пересадил жабры молодой акулы. Таким образом, «Человек-амфибия» — книга, которая вот уже четвертое десятилетие по праву числится в золотом фонде советской фантастики,- оказалась причастной к освоению океана.

«Первая рыба среди людей и первый человек среди рыб… Если бы следом за ним и другие люди проникли в океан, жизнь стала бы совершенно иной. Тогда люди легко победили бы могучую стихию — воду.

Эта пустыня с ее неистощимыми запасами пищи и промышленного сырья могла бы вместить миллионы, миллиарды человек».

Так рисовалась перспектива покорения Мирового океана одному из самых разносторонних фантастов тридцатых годов, автору романа «Человек-амфибия» Александру Беляеву.

С тех пор наши знания о море неизмеримо расширились. Иными, во многом более точными и целенаправленными, стали и планы его освоения.

Богатства океана, занимающего две трети поверхности нашей Земли, перестали казаться неисчерпаемыми: напротив, в последние годы люди убедились, насколько быстро подводные кладовые могут оскудеть. На смену расплывчатым мечтам пришел трезвый учет, серьезная забота о сохранении породившего жизнь океана. Это закономерно. Так бывает всегда при воплощении идеи в реальность. Так бывает, когда фантастика уступает место действительности.

А освоение океана давно уже перестало быть фантастикой, хотя и не успело еще стать обыденностью. Эта область человеческой деятельности по-прежнему окружена ореолом романтики, и, вероятно, близок день, когда люди прочно обоснуются на морском дне.