Салли проснулась первой и прислушалась к глубокому спокойному дыханию за своей спиной. Медленно повернувшись, она увидела, что Дэмиано лежит отвернувшись от нее. Она осторожно склонилась над его плечом, чтобы увидеть его лицо.

Вдруг он зашевелился и перевернулся на спину. Его глаза по-прежнему были закрыты, и Салли с удивлением отметила, что во сне он выглядел таким ранимым и беззащитным, совсем как на той фотографии с Джиной, сделанной в день их свадьбы. Впервые Дэмиано предстал перед ней таким уязвимым, лишенным своей привычной брони. Неожиданно Салли охватило желание прикоснуться к его лицу, нежно его погладить, разбудить своим прикосновением.

Хотя вряд ли ему это понравится. Их договор совершенно не предполагал таких проявлений нежности.

«По крайней мере, так было до этого момента, – подумала она. – Но ведь все меняется».

Салли вспомнила, как часто Чарли обвинял ее в фанатичной преданности фактам, цифрам, логике и здравому смыслу.

– Ты всегда стоишь на своем до последнего, – сказал он ей тогда таким тоном, словно быть такой так, как она, – это преступление.

«Да, уступать я не привыкла, потому что мне нравится побеждать. И на этот раз я тоже одержу победу, чего бы мне это ни стоило и сколько бы времени на это ни понадобилось», – решила она.

Наклонившись, она мягко прикоснулась губами к его щеке. Дэмиано никак не отреагировал и не проснулся. Поцеловав его еще раз и услышав в ответ его сонное бормотание, она поспешно выбралась из-под одеяла и подошла к окну, краем глаза продолжая смотреть на него, чтобы не пропустить момент, когда он все же проснется и обнаружит, что ее нет рядом с ним в постели.

Салли подняла руки вверх, потягиваясь, и томно вздохнула, чтобы привлечь его внимание.

– Доброе утро, – сказал он, открыв глаза в то же мгновение и посмотрев в ее сторону.

– Доброе утро. Ах, какой сегодня чудесный день. – Она зевнула, выглядывая в окно. Солнечные лучи просвечивали сквозь ее шелковую ночную рубашку, четко очерчивая силуэт ее стройной фигурки.

– Ты хорошо спала? – спросил он заботливо.

– Да, я спала как младенец. От вчерашней усталости не осталось и следа. А ты?

– Я тоже.

Дэмиано солгал. Он очень долго не мог заснуть, прислушиваясь к ее дыханию, но так и не услышал ничего, что выдало бы ее желание сблизиться с ним.

Но по-другому и быть не могло, ведь она четко и ясно дала понять, что равнодушна к нему как к мужчине. Предательское чувство досады завладело им, и он с трудом справлялся с ним. Ему даже пригрезилось, что она нежно поцеловала его. Но когда он проснулся, Салли уже стояла у окна, задумавшись о чем-то, и вряд ли для него нашлось место в ее мыслях.

– Наверное, нам пора вставать, – сказал он, пытаясь придать своему голосу бодрый тон.

За завтраком Пьетро трещал без умолку, планируя их прогулку по Венеции на гондоле.

– Я не понимаю, – сказала она, когда они уже плыли по каналу. – Гребец всегда только один. Так почему же гондола движется не по кругу, а только по прямой?

– Потому что один край лодки шире, чем другой, – объяснил Пьетро.

Он указал ей на расширенную часть лодки там, где стоял гондольер. Движения его весла действительно замедляли течение воды и уравновешивали темп движения обоих бортов.

– Да ты настоящий знаток в этой области, – сказала она, удивленная его знаниями.

– Просто я венецианец, – ответил он не раздумывая.

– Ну конечно! Как я раньше об этом не подумала. Расскажи-ка мне еще что-нибудь, – попросила Салли с нежной улыбкой, ей было действительно интересно слушать его истории о городе, который он знал как свои пять пальцев.

Они провели все выходные втроем, но потом наступил понедельник, и Пьетро пришлось отправиться в школу, а Дэмиано занялся работой.

– Мне нужно выучить итальянский, – заявила Салли, чувствуя необходимость заполнить какой-то деятельностью свое свободное время. – Дома со мной все разговаривают на английском, но стоит мне выйти на улицу, как я чувствую себя неуверенно. Мне такое совсем не по душе.

– Я и не сомневался, что ты захочешь этого, – одобрительно сказал ее муж. – Ты снова обвинишь меня в том, что я вечно контролирую жизнь других людей, если я осмелюсь посоветовать тебе хорошего репетитора?

– Я ударю тебя, если ты этого не сделаешь, – сказала она, сжав руку в кулак и пригрозив ему, будто и вправду собирается исполнить свою угрозу.

Пьетро задорно расхохотался, наблюдая за ними.

* * *

Репетитор, которого предложил Дэмиано, оказался просто превосходным, и уже через несколько занятий Салли настояла на том, чтобы Чарли составил ей компанию в изучении языка.

– Но зачем? – с явной неохотой в голосе возразил брат. – Мне это совершенно не нужно для работы в отеле. Там все знают английский.

– Этого недостаточно. Рано или поздно тебе пригодится итальянский.

– Лучше не перечь ей, Чарли, – усмехнулся Дэмиано, потирая ладонью челюсть. – Иначе она и тебя стукнет, а рука у нее тяжелая. Уж поверь мне, я знаю, о чем говорю.

Когда они остались наедине, Салли сделала ему замечание:

– Мой брат всегда воспринимает твои слова всерьез, и теперь будет думать, что я действительно тебя поколачиваю.

– Но это так и есть. Прошлой ночью ты очень неспокойно спала и постоянно вертелась, раскидывая руки, словно сумасшедшая мельница. Я наклонился к тебе, чтобы разбудить, и ты как следует заехала мне ладонью по лицу.

– Почему же ты не разбудил меня?

– Ты шутишь? Я не отважился на вторую попытку.

– Клянусь, я не хотела.

– Я знаю, – ответил он смеясь.

Салли облегченно вздохнула оттого, что Дэмиано отнесся к этому с большой долей юмора, ведь она отлично знала, чем вызван ее неспокойный сон. Находиться рядом с ним каждую ночь и сгорать от страстного желания было невыносимо. Даже во сне ее не покидало это наваждение, и напряжение, вызванное чувством неудовлетворения, находило выход в ночных кошмарах.

Но Салли всячески пыталась убедить себя, что скоро это изменится, и ее муж наконец догадается о ее тайных желаниях и ответит ей взаимностью. Ведь с каждым днем он ценил ее все больше.

Однажды утром она зашла в его кабинет и обнаружила, что он сидит за столом, на котором разбросаны бумаги с цифрами.

– Дай мне пару минут, – сказал он хмуро. – Как же я ненавижу разбираться в этих финансовых отчетах!

– Я не знаю, к чему относятся эти данные, – сказала Салли, наклонившись над его плечом, – но общая сумма в левой колонке намного больше, чем в правой.

– По мне, так они одинаковые.

– Нет, итог разный.

Дэмиано схватил калькулятор, чтобы удостовериться в справедливости ее слов.

– Надо же! – сказал он удивленно. – Как ты догадалась?

– Просто посчитала.

– В уме?

– Когда я вижу цифры, то мой мозг автоматически их складывает. Я ведь работала бухгалтером.

– Я-то думал, что неплохо справляюсь с подсчетами, но такое мне не под силу. – В его словах прозвучало искреннее восхищение.

– В этом нет ничего особенного. Складывать в уме нетрудно, это просто трюк. Главное – знать, что делать с полученным результатом. Это и отличает простого человека от успешного бизнесмена.

– Ах, ты так тактична. – Дэмиано усмехнулся. – Стараешься не задеть мое самолюбие, хотя я не способен делать то, что можешь ты.

– Ну, в прошлом мне уже пришлось пострадать от этой способности. Как-то раз я продемонстрировала этот трюк своему парню, с которым училась на одном курсе колледжа. После этого он перестал со мной общаться.

– Ты оказалась намного способнее, чем он, и это стало камнем преткновения для ваших отношений?

– Именно. Надеюсь, это не станет камнем преткновения для нас с тобой?

– Вовсе нет. Просто теперь я знаю, как еще можно использовать тебя, – засмеялся он.

– Скоро начнется «Su e Zo per I Ponti», – радостно объявил за завтраком Пьетро. – Тебе понравится, вот увидишь.

– А что это такое? – поинтересовалась Салли.

– Это своеобразный забег, название которого переводится как «Вверх и вниз по мостам», – объяснил Марио. – Начинается он на площади Святого Марка. Участникам надо пройти пятьдесят шесть мостов и снова вернуться на исходную точку.

– И пока они мужественно преодолевают этот путь, им разрешается делать остановки возле тратторий, чтобы подкрепиться. Немудрено, что это мероприятие пользуется такой популярностью. Могу поспорить, что ты, братишка, уже записался в ряды участников, – с насмешкой сказал Дэмиано.

– Конечно!

– И я тоже! – вмешался в разговор Чарли.

В воскресенье они все собрались на площади, чтобы поддержать Чарли и Марио. Многие из тех, кто принимал участие в забеге, облачились в маскарадные костюмы. Не стал исключением и Марио, который снова предстал в образе Арлекина.

– Вы разве не считаете, что роль клоуна как нельзя лучше передает мой характер? – протянул он елейным голосом, обращаясь к Салли.

– Нет, ну что вы! Я уверена, в вас скрыто огромное количество положительных качеств. Но появление подходящей девушки в вашей жизни несомненно изменит вас в лучшую сторону. Хотя в вас и так все влюблены, – поддразнила она его.

– Не все. – Он призывно посмотрел на нее, будто на что-то намекая.

– Ах, ну да. Некоторые все же сторонятся вас, не в силах вынести вашего великолепия.

Салли постаралась отшутиться, потому что снова почувствовала, что он заигрывает с ней, но тут заметила, что он помрачнел от этой шутки.

– Что такое, Марио?

– Если бы все сложилось иначе, то…

– Если бы все сложилось иначе, то я бы никогда не встретилась с Дэмиано.

– Вы счастливы с ним?

– Спросите лучше, счастлив ли он со мной, потому что меня волнует только это.

– Признайтесь, вы же вышли за него, чтобы помочь брату, не так ли? Вы когда-нибудь делаете хоть что-то для себя?

– Конечно. Я эгоистка до мозга костей. А вот и Чарли, – с нескрываемым облегчением произнесла она.

Раньше знаки внимания со стороны симпатичного мужчины польстили бы ее самолюбию, но теперь все ее мысли были заняты лишь Дэмиано. Она по-прежнему убеждала себя, что не влюблена в него, но не собиралась отрицать, что сгорает от страсти к нему.

Салли, Дэмиано и Пьетро пожелали Марио и Чарли удачи и отправились гулять по городу. Спустя несколько часов уставшие, но веселые Марио и Чарли присоединились к ним. После этого они все вместе поужинали в ресторане и пошли домой, пробираясь сквозь гуляющую толпу.

– Этот день прошел замечательно, правда? – спросил Дэмиано Салли, обнимая ее за талию.

– О да! – ответила она, мягко улыбнувшись.

Он еще крепче прижал ее к себе, пристально всматриваясь в ее лицо. На мгновение ей показалось, что сейчас он ее поцелует, но что-то остановило его.

– Ты только посмотри на них! – Он указал на Чарли и Марио, которые веселились от души, пустившись в пляс под аккомпанемент уличных музыкантов.

Этот день прошел как нельзя лучше, и она возлагала надежды на предстоящую ночь, но, когда они вернулись домой, Салли поняла, что очень устала, и сразу же уснула, едва голова коснулась подушки.

На следующее утро Салли с радостью приняла предложение мужа пойти вместе с ним в один из отелей, чтобы проверить, как там идут дела. Обратно они шли пешком, наслаждаясь солнечной погодой. Весна вступала в свои права, отвоевывая город у дождливой пасмурной зимы. Поддавшись озорному настроению, Салли вдруг бросилась прочь от Дэмиано, свернув за угол. Услышав звук его приближающихся шагов, она быстро свернула в узкий проулок и только тогда поняла, что заблудилась.

– Сдаешься? – раздался позади нее голос Дэмиано, который перехитрил ее и теперь поймал, властно прижимая к своей груди. – Не стоит меня дразнить, – улыбнувшись, сказал он. – Теперь ты моя пленница, и я тебя не отпущу.

Продолжая крепко держать ее под руку, он вывел ее на другую улицу и предложил немного отдохнуть в уличном кафе возле канала. Они заказали кофе и, не разнимая рук, сели за столик друг напротив друга.

– Ты так быстро меня нашел. Ты, наверное, знаешь каждую улочку в этом городе.

– Никто на самом деле не знает этот город. Венеция полна секретов. Мне кажется, что в душе ты настоящая венецианка и сейчас, по воле судьбы, снова оказалась дома.

– Да, я сама чувствую, что именно здесь и есть моя родина, – сказала Салли, жадно вслушиваясь в его слова, пытаясь уловить в его интонации нечто большее, чем просто доброжелательность.

Мимо них проплыла на катере молодая пара. Юноша что-то говорил, с любовью глядя на свою девушку, и Салли услышала обрывок его фразы:

– Te vojo ben…

– На каком языке он говорит? Что-то не похоже на итальянский, – озадаченно спросила она.

– Это венецианский диалект. Он сказал ей «я тебя люблю».

– Я тебя люблю… – невольно повторила за ним Салли. Она смущенно потупила взгляд, надеясь, что Дэмиано не воспринял это на свой счет.

– Именно, – ответил он тоном учителя, поощряющего прилежного ученика. – Нам пора отправляться домой.

Дома ее встретила взволнованная Нора:

– Это положили под дверь. – Экономка вручила ей письмо, на котором было написано «Синьоре Феррон».

Салли вышла в сад и на ходу разорвала конверт. Его содержимое заставило ее вздрогнуть. Там была написанная от руки записка, гласившая следующее:

«Думаешь, что так просто завоевать его сердце? Могу поспорить, что он не сказал тебе, что скоро день рождения Джины. Обычно в этот день он посещает ее могилу и часами оплакивает ее. Возможно, в этом году все будет иначе. Или нет.

Смысл этого послания был прост и понятен. Бывшая жена Дэмиано не преминула напомнить ей, что Джина по-прежнему безраздельно властвовала над его сердцем. Салли прекрасно знала это и всеми силами пыталась смириться с этим. Но почему тогда ее сердце так сжалось от боли?

Наверное, именно на такую реакцию с ее стороны Имельда и рассчитывала, стараясь исподтишка поставить под угрозу их брак.

Салли раздумывала, как поступить. Решение, которое она примет сейчас, будет иметь серьезные последствия и повлияет на дальнейшее развитие ее отношений с мужем. Но нельзя допустить, чтобы Имельда так просто одержала победу. В этой борьбе единственным ее союзником мог стать только Дэмиано. Расправив плечи, она смело направилась к нему в кабинет.

– Тебя что-то огорчило? – настороженно спросил он, взглянув на нее.

– Мне написала Имельда и упомянула о дне рождения Джины. Очевидно, она намеревалась внести разлад в наши отношения. – Салли передала ему конверт.

– Мне жаль, – пробормотал он, пробежав глазами по записке и сильно побледнев. – Мне стоило сказать тебе об этом самому, но я не знал, как поднять эту тему, и все продолжал откладывать на потом.

– Значит, ты в этот день всегда посещаешь ее могилу?

– Да. И я всегда беру с собой Пьетро. Для него это очень много значит.

– И для тебя. Ты сказал мне однажды, что до сих пор с ней разговариваешь.

– Я сказал так? Ну да, припоминаю. – Казалось, Дэмиано был и сам смущен тем, что доверился ей так быстро. – Черт бы побрал эту Имельду! – прорычал он. – Она ненавидела, когда я ходил на кладбище вместе с сыном, и всячески пыталась остановить нас.

– Это ужасно. Пьетро имеет право посещать могилу собственной матери в любое время.

– То есть ты не будешь против того, чтобы мы отправились туда с ним?

Салли немного помолчала, прежде чем осторожно спросить:

– Разве это имеет значение?

– Конечно. Ты же моя жена.

«Не совсем», – чуть не сорвалось у нее с уст, но она сдержалась.

– Я боялся, что тебе это будет неприятно и… – Дэмиано замялся, подбирая слова.

Салли решила прийти ему на выручку и сыграть сейчас роль лучшего друга, на чью поддержку он всегда может рассчитывать.

– Но мы же с тобой всегда откровенно говорили о Джине, и я знаю, как важна для тебя и Пьетро память о ней. Я бы ни за что не стала вмешиваться.

– Помнишь, когда мы познакомились, я назвал тебя самым добрым человеком на земле? Я оказался прав. Твое появление в нашей семье – великая удача для Пьетро. – Задумчивая улыбка заиграла на его губах.

– Надеюсь на это. Я очень его люблю. Можно мне поехать с вами на кладбище?

– Ты хочешь этого? – удивился он.

– Конечно, я же теперь часть вашей семьи. Хотя, если ты против…

– Нет! Я только за, – поспешно заверил он ее.

Они рассказали о своем уговоре Пьетро, и он еще больше проникся доверием к своей новой маме.

– А что бы ты сделал, если бы я так и не узнала правду от Имельды? – спросила Салли у Дэмиано, когда они остались наедине.

– Собрав все свое мужество в кулак, я бы все-таки поговорил с тобой об этом.

– Ты же знаешь, что можешь рассказать мне о чем угодно, и я все пойму.

– Да, похоже, что так и есть.