Тайна золотых зубов
Секрет гробницы (Зубы несущие гибель)
Robert Howard: The Tomb's Secret (The Teeth of Doom) 1934
Когда Джеймс Уиллоуби, миллионер и филантроп, понял, что темный, с потушенными фарами автомобиль намеренно толкает его к обочине, он начал действовать с отчаянной решительностью. Он погасил свои огни, распахнул дверь с противоположной стороны от атакующего незнакомца и выпрыгнул на ходу из своего автомобиля. Он приземлился неуклюже на четвереньки, порвав брюки на коленях и поцарапав кожу на руках. Мгновением позже его автомобиль врезался в бордюр, раздался хруст смятого крыла и звон разбитого стекла, смешанный с оглушительным раскатом выстрела из дробовика, - люди из таинственного автомобиля, еще не понимая пока, что их жертва покинула свой автомобиль, расстреляли машину.
Прежде чем стихло эхо, Уиллоуби вскочил и помчался через мрак с энергией удивительной для его лет. Он знал, что его хитрость уже раскрыта, но нападавшим потребуется некоторое время, чтобы развернуть свою машину, больше, чем испуганному человеку в отчаянии понадобится, чтобы перепрыгнуть через ограду, да и бесшумная фигура в темноте - плохая цель. Так Джеймс Уиллоуби выжил там, где другие погибли, и сейчас направлялся пешком, весь взъерошенный и растрепанный, к своему дому, который примыкал к парку, рядом с которым и было совершено жестокое покушение. Полиция, приехавшая на вызов, нашла его в смешанном состоянии страха и недоумения. Он не видел ни одного из нападавших и не мог указать никаких причин для нападения. Все, что он знал, это то, что смерть ударила в него из темноты, внезапно, страшно и загадочно.
Единственно разумным было предположить, что смерть нанесет удар снова, раз выбрала его своей жертвой, и именно поэтому Брок Роллинз, детектив, отправился на следующий вечер на встречу с неким Джои Гликом, невзрачным персонажем городского дна, который должен был помочь ему в этой запутанной истории.
Роллинз казался огромным в грязной задней комнатке, предназначенной для проведения тайных встреч. Его массивные плечи и плотное тело занижали его рост. Его холодные голубые глаза контрастировали с густыми черными волосами, которые прикрывали его низкий широкий лоб, а его приличная одежда не могла скрыть почти первобытную мускулатуру сильного тела.
Напротив него Джои Глик, ничем не впечатляющая фигура, выглядел еще более незначительно, чем обычно. И кожа Джои была нездорового серого цвета, а пальцы дрожали, когда он мял небольшой листочек бумаги, на котором был нарисован своеобразный рисунок.
- Кто-то подбросил его мне, - бормотал он. - Я сразу же позвонил вам. В карман, когда я ехал на поезде в верхнем городе. Мне, Джои Глику! Они подбросили это мне, и я даже не видел, кто это был. Только один человек в этом городе имеет столь ловкие руки - во всяком случае, я не знаю другого.
Смотрите! Это цветок смерти! Символ Сынов Эрлика! Они шли за мной! Они выследили меня - прослушивали телефон. Они знают, что я знаю слишком много...
- Подходим к главному, не так ли? - проворчал Роллинз. - Ты говорил, что знаешь о бандитах, которые пытались покончить с Джимом Уиллоуби. Прекрати дрожать и продолжай. И скажите мне, наконец, - кто это был?
- Этот человек - Яргхоуз Бароласс.
Роллинз хмыкнул с некоторым удивлением.
- Я не слышал, чтобы он занимался убийствами.
- Подождите! - пролепетал Джои, настолько испуганный, что его слова сливались в сплошной лепет. Его мозг был опустошен, речь была несвязной. - Он глава американского отделения Сынов Эрлика, - я знаю, что он...
- Китаец?
- Он - монгол. Занимается шантажом полоумных старых дев, которые поддаются его черной магии. Вы знаете это. Но я знаю больше. Послушайте, вы слышали, что произошло с Ричардом Линчем?
- Конечно. Он попал вдрызг пьяный в автокатастрофу с неделю назад, мчался, словно он какой-то скоростной маньяк. Пролежал неопознанным в морге всю ночь, пока не узнали, кто он такой. Некоторые обезумевшие психи пытались украсть его труп. Как это связано с Уиллоуби?
- Это не был несчастный случай, - Джои нервно вытащил сигарету. - Они это так подстроили - банда Яргхоуза. Это они напали на него той ночью...
- Ты был там? - жестко спросил Роллинз.
- Нет, черт! - пронзительно взвизгнул Джои. - Но говорю вам, Яргхоуз причастен к убийству Ричарда Линча, а завтра ночью его убийцы отправятся за телом Джоба Хопкинса.
- Что? - встрепенулся Роллинз, взглянув недоверчиво на Джои.
- Не торопите меня, - попросил Джои, зажигая спичку. - Дайте мне время. Та смерть - заставляет сбиваться меня. Я нервничаю...
- Да что ты говоришь, - проворчал Роллинз. - Ты много болтаешь о том, что ничего не значит, кроме Яргхоуза Бароласса, который убил Линча и теперь охотится за Уиллоуби. Почему? Вот то, что я хочу знать. Приди в себя и выкладывай всю подноготную.
- Хорошо, - пообещал Джои, жадно затягиваясь сигаретой. - Позвольте мне еще раз затянуться. Я был так расстроен, что даже не курил, убрав сигареты в карман, с того времени, как нашел этот чертов цветок смерти. Это верные сведения. Я знаю, почему они хотят смерти Ричарда Линча, Джоба Хопкинса и Джеймса Уиллоуби.
Внезапно он с ужасом схватился за горло, смяв тлеющую в пальцах сигарету. Его глаза выпучились, лицо налилось кровью. Он стоял безмолвно, затем пошатнулся и рухнул на пол. С проклятием Роллинз вскочил, склонился над ним, умело обшарив тело.
- Мертв, словно Иуда Искариот, - ругнулся детектив. - Что за дьявольщина! Я знал, что его сердце остановится когда-нибудь, если он будет продолжать столько курить...
Он вдруг внезапно остановился. На полу рядом с покойником лежал маленький разрисованный клочок бумаги, Джои называл этот рисунок цветком смерти, а рядом с ним лежала смятая пачка сигарет.
- Когда это он поменял свой вкус? - пробормотал Роллинз. - Он никогда прежде не курил этот вид странных египетских сигар; никогда не видел таких. - Он поднял пачку, вытряхнул сигарету и сломал ее в руке, осторожно понюхав содержимое. Он различил слабый, но четкий запах, который не был частью запаха дешевого табака.
- Человек, который подсунул ему цветок смерти в карман, мог так же легко подбросить и эти сигареты, - пробормотал детектив. - Им должно быть известно, что он приехал сюда, чтобы поговорить со мной. Но вопрос в том, как много они знают сейчас? Они не могут знать, как много или как мало он мне рассказал. Они, очевидно, считали, что он вообще не доедет до меня, - думали, он затянется ядом прежде, чем достигнет места встречи. В обычной ситуации так и случилось бы, но на этот раз он был слишком напуган, что даже забыл о курении. Он нуждался в допинге, но не табачном, чтобы успокоить нервы.
Подойдя к двери, он тихо позвал. Коренастый лысый мужчина появился на призыв, вытирая руки о грязный фартук. Увидев труп, он резко отпрянул, побледнев.
- Сердечный приступ, Спайк, - проворчал Роллинз. - Сделай для парня все, что нужно.
И детектив сунул горсть смятых купюр в руки Спайку, когда шагнул вперед. Роллинз был жестким человеком, но он хорошо знал, что долги умерших оплачиваются живыми.
Несколько минут спустя он был у телефона.
- Это ты, Хулихан?
Голос на другом конце провода заверил его, что это действительно шеф полиции.
- Как умер Джоб Хопкинс? - спросил Роллинз резко.
- Ну, сердечный приступ, я думаю, - послышалось некоторое удивление в голосе шефа. - Это случилось внезапно, позавчера, после того, как он закурил - послеобеденная сигара, как сказано в отчете. А что?
- Кто охраняет Уиллоуби? - потребовал Роллинз, не отвечая на вопрос.
- Лаво, Хансон, Макфарлан и Харпер. Но я не вижу...
- Не достаточно, - скрипнул зубами Роллинз. - Отправляйся сам туда и прихвати с собой трех-четырех парней.
- Эй, послушай сюда, Роллинз! - раздался гневный рев. - Ты указываешь мне, как я должен вести свои дела?
- Сейчас же, - холодная жестокая усмешка Роллинза была почти осязаема в его голосе. - Это происходит на вверенной мне территории. Мы не боремся с белыми; это банда желтопузых с Ривер Стрит, которые чуть не угробили Уиллоуби на месте. Я не скажу больше ни слова. В этом чертовом городе слишком много чужих ушей. Но чтобы Уиллоуби не убили, вы должны быть там и как можно скорее. Не спускайте с него глаз. Не позволяйте ему курить, есть или пить что-нибудь, пока я не приеду. Я скоро буду.
- Хорошо, - пришел ответ по проводам. - Ты проработал на Ривер Стрит достаточно долго, чтобы знать свое дело.
Роллинз повесил трубку на крючок и пошел в туманной полутьме Ривер Стрит, с ее тайными торопливыми фигурами - сгорбленными мрачными тенями, которые выглядели здесь менее нелепо, чем в Кантоне, Бомбее или Стамбуле.
Гигант детектив шел упругой походкой быстрее, чем обычно, и более агрессивным был наклон его массивных крепких плеч. Это означало необычную настороженность, напряженность нервов. Он знал, что стал заметным человеком после беседы с Джои Гликом. Он не пытался обмануть себя; было ясно, что те, кто следил за Джои, знали уже, что они встретились до того, как Джои умер. То, чего они не могли знать, это сколько Джои смог рассказать, прежде чем умер, и это делает их еще более опасными. Он не мог недооценивать свое положение. Он знал, что в этом городе есть лишь один человек, способной расправиться с Яргхоузом Баролассом, и этим человеком был он сам, с его опытом, накопленным за годы работы на узкой и часто скрывающей ужасные тайны Ривер Стрит с толпами коричневокожих и желтокожих обитателей.
- Такси? - тихо мурча замер автомобиль на краю тротуара, ожидая его призывный жест. Водитель не выглянул на свет улицы. Его кепка была надвинута низко на глаза, так не естественно, что стоя на тротуаре, было совершенно невозможно сказать, белый это человек или нет.
- Конечно, - проворчал Роллинз, распахивая дверцу и забираясь внутрь. - 540 Парк Плэйс, и побыстрей.
Такси взревело и начало движение вниз по темной Ривер Стрит, выехало на 35-ю Авеню, пересекло ее и помчалось дальше по узкой боковой улочке.
- Более короткий путь? - спросил детектив.
- Да, сэр. - Водитель не оглядывался назад. Его голос оборвался внезапным шипящим вздохом. Здесь не было перегородки между передними и задними сиденьями. Роллинз наклонился вперед, его пистолет уткнулся между лопатками водителя.
- На следующем перекрестке сверни направо и езжай по адресу, который я назвал, - сказал он мягко. - Думаешь, я не разглядел какого цвета твоя кожа в свете уличного фонаря? Ты едешь дальше, но едешь аккуратно. Если попытаешься устроить аварию, я нашпигую тебя свинцом прежде, чем ты сможешь крутануть руль. Не стоит шутить сейчас, ты не первый человек, которого я подстрелю на службе.
Водитель повернул голову и взглянул в мрачное лицо своего похитителя, широко разинув свой тонкий рот, его медная кожа приобрела пепельный оттенок. Не зря Роллинз создал свою репутацию человека-охотника среди зловещих обитателей восточного квартала.
- Джои был прав, - пробормотал Роллинз, стиснув зубы. - Я не знаю твоего имени, но я видел тебя рядом с Яргхоузом Баролассом, когда он был на улице Левант. Ты не помешаешь мне, не сегодня. Я знаю этот старый трюк меднолицых. У тебя спустит шину, или ты пустишь газ в каком-нибудь безлюдном месте. Ты найдешь любой повод, чтобы покинуть машину у места засады, а в это время укрывшийся в кустах наемный убийца будет палить по мне из обреза. Тебе лучше надеяться, что никто из твоих друзей не видел нас и не станет что-либо предпринимать, потому что этот револьвер имеет очень чувствительный спусковой крючок, и сейчас он взведен. Я не умру достаточно быстро, чтобы не успеть нажать на курок.
Дальше поездка проходила в полной тишине, когда они достигли Южного Парка, уже потемнело, за исключением лишь нескольких огней на окраине, потому что муниципальное хозяйство стремилось сократить потребление света.
- Сверни в парк, - приказал Роллинз. Затем они поехали по улочке, которая проходила через парк и далее к дому Джеймса Уиллоуби. - Погаси огни и дальше двигайся, как я скажу. Ты можешь остановиться между деревьев.
Потемневший автомобиль скользнул в рощу и остановился. Роллинз порылся в карманах и левой рукой вытащил маленький фонарик и пару наручников. Вылезая из машины, он был вынужден отставить дуло своего пистолета от спины водителя, но оружие продолжало угрожать монголу в небольшом кольце света, исходящего от фонарика.
- Выходи, - приказал детектив. - Только медленно и спокойно. Ты побудешь здесь некоторое время. Я не хочу, чтобы ты тот час же выдал мое местоположение, по нескольким причинам. Одна из них, я не хочу, чтобы твои приятели узнали, что я переиграл тебя. И надеюсь, что они до сих пор еще терпеливо ждут, когда ты доставишь меня под их стволы - ха, не так ли?
И тут монгол отчаянным рывком выбил фонарик из рук детектива, погружая их во тьму.
Роллинз с силой вцепился в рукав своего противника, сжав, словно в тисках, и в то же мгновение инстинктивно выставил свой 45 на уровне живота, чтобы парировать удар, тотчас нанесенный ему. Нож ударился о стальной барабан, и Роллинз подсек ногой монголу лодыжку и мощно дернул. Бойцы упали вместе, и нож полоснул по одежде детектива. Тогда он стремительно нанес удар тяжелой рукоятью пистолета по бритому черепу, и человек тут же безвольно замер.
Тяжело дыша и тихо ругаясь, Роллинз нашел фонарик и наручники и принялся вязать противника. Монгол был без сознания; это было нелегко, но все же его смог остановить боковой удар Брока Роллинза. Если бы удар пришелся прямо по черепу, то, скорее всего, тот треснул бы, как яичная скорлупа.
В наручниках, с кляпом во рту, сделанном из лоскутов его одежд, и со связанными ногами монгол был уложен в машину, а Роллинз повернулся и зашагал через темный парк к восточной ограде, за которой находился дом Джеймса Уиллоуби. Он надеялся, что это даст ему некоторое преимущество в этой битве. Пока монголы ждали, что он приедет в ловушку, которую они, несомненно, устроили где-то в городе, возможно, он мог бы в это время провести небольшую разведку.