Компьютеры —это бесконечный соблазн, они пойдут на любые хитрости, чтобы сокрушить нас.

Для Ракеллы начался кошмар.

Они с Валей и дюжиной колдуний стояли на высоком утесе и смотрели в небо, кишевшее золотыми корпусами имперских военных кораблей, которые, как саранча, вылетали из оставшегося на орбите гигантского корабля, свертывающего пространство. Была середина дня, и, если не считать этого атакующего флота, небо было чистым, голубым, обманчиво спокойным, только вдалеке дымились вулканы.

Увидев золотого имперского орла, Ракелла сразу поняла, что это не нападение взбесившихся фанатиков, но это не ослабило ее тревоги. Раньше она полагала, что официальная реакция императора будет более разумной и сдержанной, но после случившейся с Анной трагедии император имел право гневаться.

Ракелла знала, что речь идет о ее жизни и о существовании самого ордена сестер.

– По крайней мере он не привез с собой батлерианцев, – сказала она, поглядев на Валю. Та, бледная и напряженная, стояла рядом. Один за другим корабли садились на серебристо-пурпурную поверхность, предназначенную для этого. – Возможно, все-таки есть надежда…

Под своей смотровой площадкой она видела, как в пещерном городе в смятении бегают сестры. Слышала их возбужденные голоса, тревожные возгласы; даже у сподвижниц Доротеи были все основания для беспокойства. Теперь эти сестры поняли, что выпустили на свободу дракона.

Несмотря на свою подготовку и умение сосредоточивать ментальные усилия, несмотря на медитации и умение управлять мышцами, сестры не могли равняться с армией. Горстка потомков колдуний не могла вести бой с помощью своих психических сил.

С другой стороны, император Сальвадор Коррино привел с собой целую вооруженную армию.

Сопротивление только ожесточит его, и он уничтожит орден сестер. Нет, они не будут сопротивляться, решила Ракелла. Она примет на себя вину за то, что произошло с Анной Коррино, и умрет, если это спасет орден. Благодаря отличной работе сестры Вали никто из императорских следователей не найдет ни следа запрещенных компьютеров. Все прочие обвинения, какие может выдвинуть Доротея, доказать невозможно.

Из военного транспорта, зависшего над деревьями, выходили императорские солдаты; Преподобную Мать поразило, как они молоды – даже следовавшие за ними офицеры. Воздух наполнял гул машин и неизбежность насилия. Орудия на портативных генераторах силового поля спустились по склону холма и повисли, нацелив стволы на входы в пещеры. Бомбардировка вызовет падение камней на тропу, закроет туннели и убьет всех сестер. Но пока не было сделано ни выстрела.

Кери Маркес собрала вокруг Ракеллы нескольких колдуний устрашающего вида. Когда-то их легендарная психическая сила вызывала страх и благоговение, но сейчас осталось лишь бледное воспоминание.

– Мы будем защищать орден сестер, Преподобная Мать, – сказала Кери. – Будь у нас больше колдуний, император не решился бы на вторжение.

– Ты ничего не можешь сделать, Кери. Если мы попробуем сопротивляться, нас убьют. – Она пошла навстречу войскам. – Надо придумать, как сделать, чтобы они были довольны.

На уже заполненную площадку опускался на генераторах силового поля большой нарядный корабль, и Ракелла увидела, как забегали офицеры, отдавая приказы. Солдаты выстроились на полимеризованных вершинах, ограждая площадку, готовые к встрече императора. От борта корабля отошел трап с перилами, и на нем выстроились солдаты с оружием на изготовку. Элитные войска… личная гвардия императора.

Затем показались два старших офицера, и наконец за ними – император Сальвадор Коррино вместе с братом. Доротея с величественным видом шла в двух шагах за ними.

Валя не скрывала отвращения.

– Как я и думала, Доротея нас предала.

– Да, она, несомненно, что-то натворила. Я поговорю с ней сама.

Валя набралась мужества и расправила плечи.

– Если император пришел мстить за Анну, я буду сопровождать вас.

– Я Преподобная Мать. Вся ответственность на мне. – Улыбка Ракеллы не успокаивала. – Но да, я хочу, чтобы ты пошла со мной. Может, мы спасем ситуацию, показав им то, что они хотят увидеть. – Она повернулась к престарелой колдунье. – Кери, собери сестер-ментатов и ждите нас в пещере с записями о рождениях. Мы позволим императору искать, где он захочет, и, надеюсь, убедим его, что орден использует только людей-компьютеров.

Кери Маркес торопливо ушла, а Ракелла и Валя начали спускаться по тропе.

Перед императорским флагманским кораблем суетились служители, устанавливая павильон и надежное кресло, из которого император мог бы наблюдать за ходом операции. Сальвадор был в военном мундире и даже с ручным оружием Чандлера. Медали, ленты и имперские львы у него на груди превращали военный мундир скорее в костюм придворного, чем в мундир военачальника. Увидев приближающуюся Преподобную Мать, Сальвадор произнес в громкоговоритель:

– На планете Россак объявляется карантин на время расследования в связи с обвинением в вопиющих преступлениях против человечества.

Высоко подняв голову, Ракелла шла по навесу над вершинами деревьев туда, где приземлились корабли; свита следовала за ней, но она не смотрела на них.

– Ваша военная мощь производит впечатление, сир, и сестры признают вашу власть.

Она подходила, не выказывая ни тени страха, и Сальвадор плотнее уселся на своем временном троне. Родерик и Доротея встали по бокам.

– Я представляю школу, – продолжала Ракелла, – и говорю от имени этих женщин. Я отправила Преподобную Мать Доротею вернуть вам вашу сестру Анну вместе с моими искренними извинениями за причиненный ей вред. – Она указала на солдат, стоявших по стойке смирно по сторонам от императора. – Очевидно, этого недостаточно. Чем еще искупить нашу вину в этой ужасной трагедии?

Сальвадор поерзал на троне.

– Мы прибыли вовсе не поэтому. – Он раздраженно посмотрел на Родерика, вздернул подбородок и откашлялся. – Мало того, что нашу сестру постигла ужасная участь, нам стало известно, что ваша школа использует запрещенные мыслящие машины для обработки огромного архива записей о рождениях. – Он со свистом вдохнул через узкий нос. – Мне также известно, что вы делаете прогнозы о том, каким именно семьям и индивидам можно разрешить продолжение рода, – и я не прошел этот тест.

Ракелла почувствовала, как кровь стынет в жилах. Этого она не ожидала. Как Преподобная Мать, Доротея имела доступ к Другим Памятям и через них могла узнать о компьютерах, но не могла знать о предполагаемом наследственном пороке Сальвадора. Сестры-ментаты не могли донести ей об этом – только доктор Зома. Либо врач школы Сукк откровенно предала Ракеллу, либо ее схватили и пытали. Шепот голосов Другой Памяти стал вдруг таким громким и тревожным, что Ракелла едва могла думать.

Сальвадор понизил голос. Теперь его слышали только Ракелла и стоявшие с ней рядом сестры.

– Ваши записи порочны, если в них говорится, что императору нельзя иметь потомства.

Ноздри его раздулись; казалось, он неохотно добавляет это обвинение к перечню грехов ордена – ему не хотелось даже упоминать, что его гены могут быть с изъяном.

Ракелла решила отвечать дерзко.

– Так говорит сестра Доротея? – Она печально покачала головой. – Этого следовало ожидать. Она лишь недавно приняла средство и пережила почти убийственный процесс трансформации в Преподобную Мать. Такая большая доза изменяющего сознание средства часто сопровождается иллюзиями и повреждением рассудка. Вы видели, как пострадала ваша сестра Анна от такой же дозы. – Она увидела гневное лицо Доротеи, но продолжала бесстрастно смотреть на императора. – А рассказала ли вам моя внучка, что сама много дней пролежала в коме и выжила, но изменилась?

– Внучка? – Император бросил обвиняющий взгляд на Доротею, потом опять посмотрел на Ракеллу. – Вы хотите сказать, что все это ей привиделось? Если эта женщина нестабильна, почему вы послали ее к императорскому двору?

Ракелла ответила:

– Отчаянная ситуация с Анной требовала немедленных мер. Мы выбрали в качестве нашего представителя Доротею, мою родную внучку, учитывая ее прошлую службу при дворе. Я полагала, что она пришла в себя, но теперь опасаюсь, что она страдает галлюцинациями.

Доротея резко сказала:

– Преподобная Мать может сколько угодно сеять сомнения, сир. Но помещения ордена набиты компьютерами – других доказательств нам не нужно.

– Люди во всех отношениях превосходят машины, – почти нараспев сказала Ракелла.

– Не надо цитировать мне Оранжевую Вселенскую Библию, – рявкнул Сальвадор. – Я только что выпустил ее от своего имени в новом издании.

Ракелла осторожно ответила:

– Во время джихада я работала с Мохандасом Сукком, помогала лечить жертв эпидемий, распространявшихся машинами, и своими глазами видела зло, причиняемое мыслящими машинами. Я видела, как из-за этих машин вымирает население целых городов и планет, поэтому никогда не пойду на их восстановление.

Когда стало очевидно, что император не знает что сказать, вперед выступил Родерик Коррино.

– У нас довольно данных, чтобы приказать обыскать Россак и в случае необходимости очистить его.

– Здесь есть компьютеры, – настаивала Доротея.

– Где же именно, внучка? – Мягкий тон вопроса свидетельствовал, что Ракелла жалеет молодую женщину. – Ты их видела наяву, а не во сне?

– Я видела их в своих Других Памятях. Голоса говорили о них, твои собственные воспоминания говорили.

С понимающим кивком Ракелла обратилась к императору:

– Понятно. Она слышит голоса в голове.

Больше ничего не требовалось говорить.

– Покажите, где вы держите эти записи о рождениях – и в какой форме, – потребовал Сальвадор, вставая с трона. – Я хочу видеть все, касающееся меня и моего потомства.

Ракелла с улыбкой ответила:

– Позвольте проводить вас в наш архив; он в тайной пещере.

Все было готово. Карты рождений и подробные генеалогические древа хранились в неудобной, но надежной форме – в виде рукописей. Досье неполные и в таком виде будут предъявлены императору. Сестры-ментаты подобрали нужные тома.

Идя первой по тропе, Ракелла продолжала напряженно размышлять. Что знает император? Допрашивал ли он доктора Зому? Сумела ли врач подмешать в его еду нужный состав или потерпела неудачу?

– Как вы знаете, сир, обширная генетическая информация копилась на Россаке несколько столетий. У нас есть сведения о Батлерах и Коррино и вообще обо всех знатных семействах. Колдуньи и мои сестры никогда не делали из этого тайны.

Многочисленные военные оставались на месте, а Ракелла повела императора и его свиту вверх по крутой тропе к запретным пещерам. Внутри она показала им прежнюю компьютерную комнату; сейчас здесь стояли только столы и шкафы с переплетенными записями. За столами, поглощая информацию, сидели семь сестер-ментатов в черных одеяниях, ими руководила колдунья-ментат Кери Маркес.

Кери сняла с полки один из томов и показала императору Сальвадору.

– Сир, восемь сестер-ментатов заняты запоминанием информации, добавляя ее к тому, что мы уже знаем. Получив достаточно данных, мы сможем проводить анализ и создавать прогнозы. Эти женщины – люди-компьютеры; они учились на Лампадасе, в школе, которую поддерживают батлерианцы.

Доротея в ярости подбежала к полкам, схватила несколько томов и швырнула на пол. Голос ее стал пронзительным.

– Мыслящие машины были здесь! Компьютерные базы данных с информацией за века; здесь делали прогнозы на несколько поколений вперед!

Родерик и император просмотрели несколько томов; то же самое без особого желания проделали некоторые офицеры. Сальвадор с побагровевшим лицом посмотрел на Доротею; та, казалось, была в отчаянии. Отделившись от группы, она бегала по помещению, искала, но ничего не находила. Наконец она остановилась в дверях, гневная и смущенная.

– Сир, они куда-то спрятали компьютеры!

Ракелла самым рассудительным тоном ответила:

– Можете обыскать весь пещерный город, сир. Единственные «мыслящие машины» ордена сестер – это люди-компьютеры. С ментатами мы не нуждаемся в запрещенной технологии.

Нервно заговорила Валя, но Ракелла знала, что нервная дрожь в ее голосе тщательно разыграна.

– Прошу прощения, ваше величество, но, возможно, поведение сестры Доротеи объясняется чувством вины за то, что произошло с вашей бедной сестрой. Доротея работала в фармакологической исследовательской лаборатории ордена, и именно она создала яд, которым отравилась Анна.

Когда Доротея услышала это, глаза ее широко раскрылись.

– Я дала капсулу тебе, Валя, а не Анне Коррино.

– Ошибаешься. Капсула, которую ты дала мне, по-прежнему со мной.

И в доказательство своих слов Валя достала из кармана маленькую синюю капсулу.

Старая Кери Маркес осуждающе взглянула на Доротею, потом посмотрела на императора.

– Сестра Валя говорит правду, сир. Доротея помогает мне в фармацевтической лаборатории. Препарат должен применяться только в тщательно контролируемых обстоятельствах, но она по ошибке оставила в лаборатории без присмотра очень опасную дозу. И вопреки всем предостережениям ваша бедная сестра приняла яд.

Доротея хотела возразить, но Сальвадор явно начал терять терпение и сердился на нее.

– На сегодня мы слышали достаточно. Вижу, расследование будет гораздо сложнее, чем мы ожидали.

Хотя Ракелла выставила Доротею на посмешище, она не чувствовала себя в безопасности. У императора не было доказательств, но имелись подозрения. Сохраняя видимость спокойствия, она посмотрела ему в глаза и сказала:

– Мы окажем вам полное содействие, сир.