В мыслях мы гораздо храбрее, чем в реальности.

До Валиного сообщения Гриффин Харконнен никогда не слышал о планете Кеплер, где скрывался Вориан Атрейдес. Кеплер был одной из сотен незаметных, ничем не примечательных планет, которые составляли фронтир империи. Даже во времена правления мыслящих машин Омниус ни разу не обратил внимания на Кеплер. Неудивительно, что Вориану удалось исчезнуть здесь на несколько десятилетий.

Конечно, Ланкивейл тоже не очень значительная планета – подходящее место для ссылки опозоренного человека вроде Абулурда Харконнена – но не более. И вряд ли ее можно назвать «домом» в привычном смысле этого слова.

И все же, несмотря на все трудности и несправедливость, Гриффин пытался отыскать здесь потенциал – возможность торговать китовым мехом, возможность инвестирования со стороны других благородных семейств, если бы только ему удалось их заинтересовать, поговорить с ними. Став представителем в ландсрааде, он сразу отправится на Салусу Секундус, обзаведется там союзниками и будет заниматься бизнесом; со временем люди поймут, что его предки принадлежат к той самой семье Батлер, которая после джихада взяла имя Коррино. Это была часть долгосрочной стратегии, разработанной им вместе с Валей. И хотя Гриффин мог не дожить до полного осуществления своего плана, его дети и внуки это увидели бы.

Но воскресение Вориана Атрейдеса заставило его обратиться к более важным обязательствам.

После гибели Уэллера и груза китового меха Гриффин понял, как ему важно оставаться на Ланкивейле и провести семью без потерь через бурные и опасные воды. Не в состоянии делать это лично, он оставил подробные письменные указания, назначил заместителей из числа горожан, как можно тщательнее проинструктировал Верджила Харконнена. И надеялся, что они управятся с делами на Ланкивейле до его возвращения.

«Отомсти за честь семьи, Гриффин. Я знаю, что могу на тебя рассчитывать».

Жаль тратить время на месть дряхлому старику, но честь семьи Харконнен превыше всего, и в это «все» входят бухгалтерские книги и пятилетние планы, в которые он вложил столько сил. Учитывая, какое трудное дело ему предстояло – убийство самого известного героя джихада, – Гриффин томился дурными предчувствиями. Но не старался уйти от ответственности. Ему нужно было лицом к лицу встретиться с проблемой первостепенной важности и решить ее.

Отложив определенную сумму на необходимые расходы, на своевременную и регулярную оплату прибытия кораблей и доставки грузов, Гриффин на деньги, выплаченные «Селестиал транспорт», купил самый дешевый билет на Кеплер. Средства пришлось взять еще из сбережений, которые он делал, чтобы оплатить соответствующие правительственные сертификаты на Салусе Секундус и открыть контору в столице. Пока приходилось отложить эти мечты.

Кружной маршрут потребовал нескольких пересадок, и лететь пришлось на старых грузовых кораблях «Селестиал транспорт». После ужасного случая, который стоил жизни его дяде, Гриффину не очень-то хотелось иметь дело с «СТ», но следующий подходящий корабль доставил бы его на Кеплер только шесть недель спустя. Гриффин не хотел отсутствовать так долго.

Прибыв к месту назначения, он увидел на орбите несколько больших хорошо вооруженных военных кораблей, охраняющих планету, словно отряд стражников. Как удалось узнать, Вориан Атрейдес договорился с императором Сальвадором о вооруженной защите планеты. Гриффин прищурился, испытав на мгновение раздражение. Он не знал подробностей, но такой договор мог означать взятки, соблазн и использование служебного положения. Патриарх Атрейдес легко манипулировал власть имущими.

Напротив, защитой Ланкивейла император Коррино никогда не утруждался.

Небольшой космопорт Кеплера представлял собой посадочное поле и вокзал, откуда можно было добраться до любой из четырнадцати населенных долин континента. Уэллер как-то сказал: «Единственный способ получить ответы – задавать вопросы». Все – от техников на заправке до администраторов космопорта – с удовольствием говорили о Вориане Атрейдесе, о котором теперь знали все. Очевидно, он много лет жил здесь спокойно и незаметно, притворяясь простым человеком, которого любят семья и соседи. Теперь, после того, что он предпринял для защиты планеты, его считали героем, праздновали его достижения и рукоплескали всему, что он сделал для планеты и ее жителей.

Подробнее всех о нем рассказал один носильщик.

– Когда работорговцы напали на долину Вориана и схватили его семью и друзей, он нанял корабль и полетел спасать их! У всех остальных опустились руки. Что мы можем сделать с работорговцами? Но он придумал! – Рассказывая, этот разговорчивый человек управлял генераторами силового поля, переносящими тяжелые грузы из доставочного шаттла на большие грузовики. – Да, сэр. Вориан полетел за работорговцами на Поритрин и не пожалел своего состояния, чтобы выкупить пленников – не только свою семью и соседей, но вообще всех. Потом отправился на Салусу и заставил императора гарантировать нашу защиту. Этот человек уже был легендой благодаря своим подвигам во время джихада, и это еще один его бескорыстный поступок.

Грузчик ткнул пальцем в небо.

– Там у нас корабли, потому что Вориан вытребовал их у императора. Это не удалось бы никому, кроме прежнего Верховного Башара Армии Человечества. Но Вориан – да, он по-прежнему человек, с которым нужно считаться.

– Да, похоже, так, – сказал Гриффин, нахмурившись.

Тот ли это человек, о котором он слышит всю жизнь, чудовище, нанесшее своему лучшему другу Ксавьеру Харконнену удар в спину?

В своем послании Валя не упомянула причину, по которой Вориан Атрейдес явился к императорскому двору, не сказала, что он хотел защитить планету, которую сделал своей. Она должна была это знать.

– Я бы хотел с ним познакомиться, – произнес Гриффин, начиная сомневаться в сущности своего врага. Очевидно, этот человек не сплошь черный или белый, хотя это не оправдывает того, что он предал Дом Харконненов. – На самом деле, – продолжал Гриффин, – моя связь с ним уходит далеко в прошлое. Где он живет? Он ведь не удалился в укрытие снова?

– Кто же не знает деревни, в которой он жил все эти годы! – Грузчик помолчал, глядя на плывущие мимо тяжелые контейнеры. Рукой вытерев потный лоб, он потом назвал долину, прибавив малопонятные указания. Но для начала этого хватило. Судя по сказанному Валей и увиденному Гриффином в исторических записях, его добыча не отказывалась привлечь к себе внимание, если появлялась такая возможность.

Женщина в административном офисе дала более подробные указания, тогда он организовал поездку в долину. И выжидал с бьющимся сердцем. Когда Валя поручила ему эту задачу, возложила на него эту обязанность, она не считала такое задание чересчур трудным.

Но неужели она считала, что Гриффин просто подойдет к этому человеку и убьет его? Это не честнее того, что сделал Атрейдес с Абулурдом Харконненом.

В воображении Гриффин рисовал себе, как может разворачиваться эта встреча. Затаившийся на столько лет Атрейдес не ждет потомков молодого башара, чью карьеру разрушил столько лет назад и чье имя запятнал. Внезапность будет полной, и все нужно обставить так, чтобы он даже не понял, от кого потерпел поражение. Харконнен должен дать ему понять, какую боль он причинил семье, – а потом убить в честной схватке.

Росшие вместе Гриффин и Валя постоянно тренировались, учились друг у друга, испытывали друг друга в поединках. Они были так точно настроены друг на друга, что казалось, будто между ними существует телепатическая связь. Они выработали собственную технику боя, обострили рефлексы, научились реагировать на малейшие движения. Без всяких колебаний. Они умели сражаться, легко удерживая равновесие на скользких бревнах или на узких неустойчивых каноэ.

Теперь Гриффин думал, не планировала ли Валя с самого начала именно такую встречу. Если ему предстоит сразиться с Ворианом Атрейдесом, его способности должны стать для противника полной неожиданностью.

Сестра считала их единственными достойными продолжателями рода Харконненов. В промежутках между тренировками они изучали историю своих предков Абулурда, Ксавьера… Квентина Батлера, Фейкана Батлера, великих героев джихада.

– Мы с тобой императорского рода, – говорила она брату. – Мы должны жить на Салусе Секундус… а не прозябать в забвении на Ланкивейле. Мы рождены для великих дел.

Убийство как месть за семейную честь.

Прибыв в укромную долину, где обосновался Вориан Атрейдес с семьей, Гриффин увидел мрачную процессию – не триумф храбрости и боевого мастерства Вориана, а похороны. Двери домов были затянуты черным крепом, а люди на улицах – в трауре. Собралось несколько сот человек – должно быть, все население деревни.

Гриффин планировал украдкой расспросить жителей и узнать, где живет этот человек; всякий бы догадался, что он с другой планеты. Но его не узнают. Вориан уже восемьдесят лет не видел ни одного живого Харконнена, а Гриффина отделяют от Абулурда три поколения.

Испытывая неловкость, он попытался незаметно смешаться с похоронной процессией. Может, все-таки удастся задать пару вопросов. К нему подошла женщина средних лет, с покрасневшими глазами.

– Сегодня у нас все закрыто, сэр. В такие времена община собирается вместе.

– Кто умер?

– Наша мама. Все ее очень любили. Мариелла Атрейдес. – Женщина покачала головой. – Я Бонда, ее дочь.

Гриффин скрыл потрясение.

– Атрейдес? Значит, вы знаете Вориана Атрейдеса? Он ваш родственник? – быстро добавил он, пока не посыпались встречные вопросы. – Давным-давно, во времена джихада, члены моей семьи служили с ним.

Из-за мрачного обряда Бонда потеряла осторожность. Она печально улыбнулась и, казалось, благодаря его разъяснениям ничего не заподозрила.

– Вориан мой отец, его здесь тоже все любили. Он сделал много хорошего для Кеплера. Нам всем его не хватает. – Она покачала головой. – Был пожар… дом сгорел. Мы не знаем почему. – Бонда посмотрела на него блестящими от слез глазами. – Мои родители прожили вместе почти пятьдесят лет. Неудивительно, что мама ненадолго задержалась после его ухода.

– После ухода? – Гриффин начинал путаться. – Значит, Вориан… умер?

Он не знал, злиться ему или радоваться. Если их враг мертв, Харконненам больше некому мстить. Валя, возможно, будет не вполне удовлетворена, зато Гриффин сможет вернуться домой, заняться укреплением бизнеса на Ланкивейле и подготовиться к поездке в столицу империи, как только поступят результаты экзамена и документы.

Глаза Бонды на мгновение широко распахнулись.

– О нет, отец не умер. Его не было на Кеплере, когда случился этот ужасный пожар. Вернувшись с Салусы Секундус после встречи с императором, он навсегда покинул Кеплер. Какой-то договор с троном в обмен на безопасность планеты.

Гриффин дрожал.

– А вы не знаете, куда он улетел? Я так далеко забрался, только чтобы увидеть его… Передать ему кое-что от моей семьи…

– Это свидетельствует о вашей преданности. Добраться до Кеплера нелегко. – Бонда покачала головой. Люди в трауре собрались на центральной площади. – Думаю, отец отправился на поиски новых приключений. Мать настояла на том, чтобы он ушел без нее, и я пытаюсь примириться с этим.

– Вы не знаете, как называется планета?

– Он не делал из этого тайны. Он отправился туда, где никогда не был, на пустынную планету Арракис. Боюсь, он никогда не вернется.

– Арракис? Что ему там нужно?

Женщина пожала плечами.

– Кто знает? Мой отец живет очень давно; возможно, он побывал везде, где ему было интересно. Хотите остаться на похороны в качестве нашего гостя? Расскажете, что вы о нем знаете, все что угодно. Я уверена, все будут рады вас послушать.

Гриффин с трудом сглотнул. Им не понравился бы его рассказ о Вориане Атрейдесе.

Ему не хотелось задерживаться здесь, где ему явно было не место, но по транспортным расписаниям он знал, что следующий корабль улетит с Кеплера через несколько дней.

– Я останусь на похороны, – сказал он. – Хочу больше узнать о вашем отце. Но мой рассказ о Вориане Атрейдесе оставлю при себе.

– Как хотите, – сказала Бонда. – А теперь извините, мне нужно произнести прощальное слово.

Гриффин не знал, что еще сказать. Он не хотел больше лгать, поэтому держался как можно более скромно и незаметно, глядя на то, как провожают Мариеллу Атрейдес.