мертвыми известный бизнесмен Царев Александр Николаевич и его супруга.

Никаких подробностей не сообщалось. Меня трясло, как в лихорадке целую ночь, я перерыла весь

интернет в поисках дополнительной информации, но нашла лишь короткие заметки. Звонила

Руслану, но его сотовый был постоянно закрыт. Дождавшись утра, я купила билет и первым же

рейсом вылетела из Валенсии.

И сейчас я думала только о том, как там Руслан? Держится ли он после этого страшного известия?

Что произошло на самом деле? Мне хотелось быть рядом с ним немедленно, убедиться, что все в

порядке, поддержать его своим присутствием. Ведь я ни разу с тех пор, как уехала в Валенсию, не

приезжала на Родину. Несколько раз Руслан предлагал съездить, говорил о том, что все страсти

давно улеглись и нам с детьми ничего здесь не грозит, но мне всегда было страшно вернуться, словно заставить себя окунуться в то самое чувство безысходности и сомнений.

Мне было проще оставить прошлое Руслана за тысячи километров от нас, словно в какой-то

уверенности, что именно расстояние гарантирует мне уверенность в том, что с этим покончено.

Я ошибалась. Где бы ты ни был страхи неизменно следуют за тобой. Пусть они блекнут и ничего о

них не напоминает, но это не значит, что их больше нет. Они, как маленькие, голодные демоны, дремлют в глубине сознания, истощенные и голодные, ожидая той самой проклятой пищи от которой

начнут увеличиваться в размерах.

Потому что каждый раз, когда Руслану звонили с заграничных номеров внутри что-то замирало и

демоны открывали глаза.

Я снова нажала кнопку вызова и снова услышала голос с автоответчика. Растеряно посмотрела на

дисплей, словно, в который раз убеждаясь, что номер набираю верно. Никогда раньше не бывало

такого, чтобы Руслан не отвечал и не перезванивал. Меня почему-то всегда пугало чье-то

исчезновение больше, чем самое страшное известие. Вот эта глухая тишина по всем фронтам, когда

мечешься от бессилия и прокручиваешь в голове самое ужасное.

Внезапно таксист повернулся ко мне и спросил:

- Вы уверены, что не ошиблись адресом?

Я посмотрела на мужчину через зеркало заднего обзора:

- Абсолютно уверена. Это верный адрес. Сколько нам еще ехать?

Таксист пожал плечами:

- По идее мы давно приехали, но, как видите, здесь пустырь и заброшенная стройка. Я сделал

несколько кругов по району, но мне кажется что-то не так с тем адресом, что вы мне дали.

Я посмотрела в окно. Действительно пустырь. Ни одного жилого дома. Вдалеке виднеется

новостройка. Перепроверила адрес – все верно. Руслан давал мне его еще когда ездил сюда первый

раз. Сказал, что купил квартиру в новом районе и что, если я когда-нибудь решусь приехать в родной

город нам будет где остановиться. Присылал так же фото с квартиры.

- Это верный адрес. Может быть вы плохо знаете это место. Район-то новый.

- Я хорошо знаю город, кроме того я еду по навигатору. Улицы, которую вы мне назвали, не

существует, но я нашел сам район и кручусь здесь уже несколько минут.

Я набрала Руслана в очередной раз и в отчаянии отключилась, как только снова услышала

автоответчик.

Возможно я и правда что-то не верно записала, да и Руслан скорей всего сейчас в доме отца.

- Тогда отвезите меня по другому адресу, пожалуйста.

Таксист кивнул, а я опять почувствовала, как сжалось сердце.

2 глава

Услышав новый адрес, таксист как-то сразу подобрался, выпрямился за рулем и поправил воротник

рубашки. Я увидела, как он затушил сигарету в пепельнице и сделал тише радио. Невольное дежа

вю, словно отшвырнуло назад, в тот самый день, когда я впервые приехала к Цареву-старшему и моя

жизнь вывернулась наизнанку. Реакция у того таксиста была очень похожа, словно я назвала адрес в

резиденцию дьявола. Впрочем, Царев старший для многих был похлеще этого самого дьявола. Я

мало задумывалась об этом раньше, но ведь и меня он пугал, когда я только познакомилась с ним.

- Вы журналистка? – таксист откашлялся и вцепился в руль, вглядываясь вперед. В морось

октябрьского дождя, который монотонно бил в стекло мелкими каплями, зачеркивая лето штрих-

кодом приближающихся холодов. В воздухе насыщенно пахло осенью, мокрыми опавшими

листьями и свежестью, смешанной с запахом костров и сырости. Я невольно поймала себя на мысли, что вдыхаю этот запах полной грудью. Я соскучилась по нему. Есть иногда крохотные мелочи, которые вызывают бурю эмоций и воспоминаний. И если еще полчаса назад я думала о том, что мой

дом, там, где Руслан и дети, то сейчас я отчетливо поняла, что на самом деле, только дом пахнет

именно так, что у тебя сводит скулы и перед глазами проносятся образы с детства, а в груди щемит

тоскливое чувство странного удовлетворения и понимания, как сильно мне всего этого не хватало.

- Нет, я разве похожа на журналистку?

- А черт их знает на кого они похожи. Мы там спокойно не проедем, все дороги перекрыты из-за

этого убийства олигарха. У крутиков свои развлечения. Воюют между собой, отстреливают мозги

друг другу, а нам, обычным людям страдай. Я сегодня утром вообще не мог проехать по тому

району. Словно не бизнесмена пристрелили, а самого президента. Бандюки и есть бандюки.

Возомнили себя царями.

Прозвучало настолько двусмысленно, что мне стало не по себе. Я судорожно сглотнула.

- А его застрелили? В новостях этого не передавали.

- Кто ж вам такое в новостях передаст? Но такие своей смертью не умирают, притом вместе с

супругами. Заказное видать. Ничего никто не найдет, как всегда.

Суета для вида. Потом сами найдут и сами линчуют, а менты им задницы прикроют. Эх. Все

продажные. Куда мир катится?

В такие моменты мне хотелось ответить небезызвестной цитатой, автора которой я, к сожалению, не

помню, что мир катят те, кому на это хватает ума и сил, а остальные бегут следом и спрашивают

куда же он катится, вместо того чтобы потеть и толкать с остальными. Как быстро мы меняемся под

давлением обстоятельств. Где-то полтора года назад я бы с ним согласилась, а сейчас это слишком

касалось меня самой, чтобы не почувствовать раздражение за эту тираду, которая была более чем

справедливой. Только теперь я тоже относилась к миру "бандюков", как выразился таксист. Точнее, я

относилась к любимому мужчине и приняла его мир, а этот проклятый мир, принял меня…Или не

принял.

Таксист свернул возле указателя к первым "крутым" постройкам, больше похожим на мини-дворцы, от взгляда на которые почему-то вспоминались нищие кварталы и бомжи под лавками городских

парков, контрастом, как плевок в лицо, словно это я и обирала несчастных, отстраивая себе

особняки. Рядом с роскошью, как и рядом с убожеством чувствуешь себя неуютно.

Таксист сбавил скорость.

- Поедем в объезд. Там менты кругом, а эти твари найдут к чему придраться.

Мне было все равно как он поедет, мне хотелось, чтобы это было быстрее. Хоть по воздуху. Увидеть

Руслана и понять, что с ним все в порядке. От нетерпения я нервно стучала зажигалкой по колену, кусая губы. Таксист покрутился между шикарными постройками и свернул к обочине.

- Дальше не поеду, - Назвал сумму за проезд, явно завышая цену, а мне было уже все равно сколько

ему заплатить.

Когда вышла из машины в лицо подул сильный ветер, и я поежилась от холода, сжала сумочку

ледяными пальцами. Таксист выгрузил мой чемодан на дорогу и быстро сдал назад.

Я взялась за ручку чемодана, выдвинула ее вверх, и покатила его за собой, вглядываясь в вереницу

машин у высокого забора. Словно на охоте, повсюду виднелись репортеры с камерами, нацеленными

на окна дома. Полиция обосновалась чуть дальше. Я видела, как они разливают кофе из термоса в

пластиковые стаканы. Меня вначале не заметили, да я и привыкла. Никогда не любила бросаться в

глаза и это не изменилось. Я часто поражалась насколько мы с Русланом разные. Он - в неизменных

футболках и рваных джинсах, татуированный, с серьгой в ухе и я в элегантных костюмах, блузках, платьях и поскромнее, понезаметнее. Никогда не понимала стремления к вычурности и яркости.

Бывало одевалась ему под стать, но все же это было не мое.

- Вы к Царевым?

Я резко обернулась и завидев камеру, тут же отвернулась:

- Да, к Царевым.

Репортер бросил взгляд на мой чемодан и с любопытством осмотрел меня с головы до ног.

- Родственница?

- Можно и так сказать.

- На похороны приехали? Вы опоздали церемония началась двадцать минут назад.

Я проигнорировала его слова, итак знала, что опоздаю. Направилась к домофону, нажимая знакомую

комбинацию цифр. Мне ответили не сразу. Я назвалась и снова обернулась на журналистов, потом на

полицейских -–первые заинтересованно смотрят на мой чемодан, а вторым вообще фиолетово, кто

пришел к дому. Скорей всего им просто приказано здесь дежурить. Перевела взгляд на домофон, мне

все еще не открыли, и я снова нетерпеливо набрала цифры.

- Ожидайте, - немного раздраженно.

Черт бы их всех побрал с этой охраной.

- Руслана Александровича нет дома, он уехал на похороны. Сейчас не лучшее время для визитов, -

спустя пару секунд, - вы можете приехать в другой день или передать ему сообщение. Я не могу

сейчас его тревожить, а впустить вас в дом без его ведома не положено.

Я нахмурилась. Что черт возьми происходит? Получается в этом доме даже не знают о моем

существовании. А как же фотографии, которые Царев-старший увозил с каждой поездки к нам и

говорил, что нашими лицами увешан весь его дом? То, что начальник охраны прекрасно видел меня

на мониторе, было понятно сразу. Значит для него моя физиономия чужая.

- Руслан будет очень недоволен, если вы меня не впустите. Я устала с дороги.

- Простите, но мне не велено никого впускать.

Снова отключился, а я от злости выдохнула и снова набрала.

- Женщина, не вынуждайте меня принять меры.

Женщина! Как резануло слух. Звучит, как бабушка. Какое-то очередное напоминание о том, что

далеко не девочка. Менталитет нашей страны неискореним. После двадцати уже старая кляча, вышедшая в тираж и никаких церемоний. В Валенсии я начала забывать об этом. Там никто не

смотрит на возраст, классовые различия и всем совершенно наплевать во что ты одет и какая у тебя

прическа.

- Это вы не вынуждайте меня принять меры, - ответила зло, почти срываясь на крик. Как же я ужасно

устала и сейчас близка к истерике, в ярости выпустила ручку чемодана, понимая, что привлекаю

внимание журналистов, но мне уже было наплевать. Я провела в дороге слишком много времени, перенервничала так, что сейчас у меня срывало все тормоза и я хотела поговорить с Русланом. Самое

обычное, черт возьми желание, которое вдруг стало напоминать недосягаемую фантазию. Да и войти

в его дом оказалось равносильно попытке проникнуть в Кремль во времена коммунизма.

В этот момент к дому подъехала машина. Я даже не обратила внимание, а прожигала взглядом

домофон. Еще секунда и я устрою скандал. Плевать, что на меня это не похоже. Мне посигналили, и

я резко обернулась – стекло со стороны водителя опустилось, я увидела Серого, он подался вперед:

- Садись в машину, Оксана.

Повернулась к дому и снова перевела взгляд на Серого.

- Оксана, прошу тебя давай без истерик. Я потом все объясню. Поехали!

Я не успела возразить, а Серый уже грузил мой чемодан в багажник под щелканье фотокамер и

любопытные взгляды.

- Что происходит? – спросила я, как только он отъехал от дома, выруливая на дорогу.

- Убили Александра Николаевича и Ирину Максимовну. Руслан на похоронах. Он в ужасном

состоянии. Непрекращающиеся вопросы полиции, его осаждают журналисты, кредиторы отца…

- Сергей! Я знаю о гибели отца и матери Руса! Иначе меня бы здесь не было! – я выдохнула и

посмотрела на парня, - Это я! Оксана! Не какая-то там непонятно кто! Он не отвечал мне на звонки

два дня! Два чертовых дня я сходила с ума пока ехала сюда, оставив детей в Испании. Для чего?

Чтобы мне даже не открыли дверь? Охрана меня не узнала!

Серый протянул мне сигарету:

- Покури и успокойся. Руслан прежде всего думает о тебе и о детях. Он не хочет, чтобы ты мелькала

перед домом и тебя видели журналисты. Это ради твоей безопасности. Еще неизвестно кто убил

Царя и зачем. Приезд близких может стать еще одним способом достать Руслана, надавить на него.

Я сунула сигарету в рот и Серый чиркнул зажигалкой. Звучало более чем убедительно. Но по спине

пробежал холодок. Я снова окуналась в это болото, где каждый шаг мог быть последним.

- Куда мы едем?

- Я снял квартиру, как только Русу сказали, что ты вышла из самолета.

Черт возьми! Получается, Руслан прекрасно знал, что я приехала! И не отвечал мне? Намеренно?

- А что с его квартирой? – спросила я, нервно постукивая подушечками пальцев по сумочке.

- Какой квартирой?

Серый наконец-то выехал на трассу и прибавил скорости.

- С той, что он купил.

- Не помню, чтобы Бешеный покупал хату. Может он не сказал мне. Оксан, ты успокойся. Сейчас не

самое лучшее время для выяснения отношений. Мы все в шоке, с этим нужно разобраться и это не

произойдет так быстро, как мы хотим! Поверь на Бешеного столько навалилось, что я еще удивляюсь

как он не сломался и не сидит на водяре с утра до вечера.

Я оставлю тебя в квартире и поеду на похороны. Рус вечером приедет к тебе. В хате все есть. Я

скупился. Но если что-то надо - там наличка в ящике трюмо в спальне.

Мы въехали в новый район и Серый притормозил.

Через пару минут он уже открывал входную дверь в шикарную квартиру в центре города. Сунул