Мать:
На одной ноге скакала
и плясала я кругом
бессердечного ракала
но в объятиях с врагом
Вася в даче на народе
шевелил метлой ковры
я качалась в огороде
без движенья головы
но лежал дремучий порох
под ударом светлых шпор
Вася! Вася! Этот ворох
умету его во двор.
Вася взвыл беря метелку
и садясь в нее верхом
он забыл мою светелку
улетел и слеп и хром.
Вася:
Оторвался океан
темен, лих и окаян.
Затопил собою мир
высох беден скуп и сир
в этих бурях плавал дух
развлекаясь нем и глух
на земной взирая шар
полон хлама, слаб и стар.
Вася крыл над пастухом
на метле несясь верхом
над пшеницей восходя
молоток его ладья
он бубенчиком звенел
быстр, ловок, юн и смел
озираясь — это дрянь.
Все хором:
Вася, в небе не застрянь.
Пастух, вылезая из воды:
Боже крепкий — ого-го!
Кто несется высоко?
Дай взгляну через кулак
сквозь лепешку и вот так
брошу глазом из бровей
под комету и правей
тяну в тучу из воды
не закапав бороды.
Вася сверху:
Сколько верст ушло в затылок,
скоро в солнце стукнусь я
разобьюсь горяч и пылок
и погибнет жизнь моя
пастуха приятный глас
долетел и уколол
слышу я в последний раз
человеческий глагол.
Мать, выбегая из огорода:
Где мой Вася отрочат,
мой потомок и костыль.
звери ходят и молчат
в небо взвился уж не ты ль?
Уж не ты ль покинул дом,
поле сад и огород?
Не в тебя ль ударил гром
из небесных из ворот?
Мне остался лишь ракал
враг и трепет головы
ты на воздух ускакал
оторвавшись от травы.
Наша кузница сдана
В отходную кабалу.
Это порох-сатана
разорвался на полу.
Что мне делать? Боже мой,
видишь слезы на глазах?
Где мой Вася дорогой?
Все хором:
Он застрял на небесах.
Все
22 января 1929 г.