Жил-был в доме тридцать три единицы

человек, страдающий болью в пояснице.

Только стоит ему съесть лук или укроп,

валится он моментально, как сноп.

Развивается боль в правом боку,

человек стонет: «Я больше не могу!

Погибают мускулы в непосильной борьбе.

Откажите родственнику карабе…»

И так, слово какое-то не досказав,

умер он, пальцем в окно показав.

Все присутствующие тут и наоборот

стояли в недоумении, забыв закрыть рот.

Доктор с веснушками возле губы

катал по столу хлебный шарик при помощи медицинской трубы.

Сосед, занимающий комнату возле уборной

стоял в дверях, абсолютно судьбе покорный.

Тот, кому принадлежала квартира,

гулял по коридору от прихожей до сортира.

Племянник покойника, желая развеселить собравшихся гостей кучку,

заводил грамофон, вертя ручку.

Дворник, раздумывая о привратности человеческого положения,

заворачивал тело покойника в таблицу умножения.

Варвара Михайловна шарила в покойницком комоде

не столько для себя, сколько для своего сына Володи.

Жилец, написавший в уборной «пол не марать»,

вытягивал из-под покойника железную кровать.

Вынесли покойника, завернутого в бумагу,

положили покойника на гробовую колымагу.

Подъехал к дому гробовой шарабан.

Забил в сердцах тревогу громовой барабан.