ах вы се́ни мои се́ни

я ли гу́сями вяжу́

при́ходил ко мне Есе́нин

и четы́ре мужика

и с чего́ бы это ра́доваться

ло́жкой стучать

пошивеливая пальцами

гру́сть да печа́ль

как ходи́ли мы ходи́ли

от поро́га в Кишинё́в

проплева́ли три неде́ли

потеря́ли кошелёк

ты Серё́жа рукомо́йник

сарынь и дуда́

разо́хотился по мо́йму

совсе́м не туда́

для тебя́ ли из корежё́ны

ору́жье штык

не тако́й ты Серё́жа

не тако́й уж ты́

по́й-ма́й

щё́ки ду́ли

скарлоти́ну перламу́тр

из за во́рота поду́ли

Váter Únser — Líeber Gótt

я пляса́ла сокола́ми

возле де́рева круго́м

ноги то́пали пляса́ли

возле де́рева круго́м

размога́й меня заты́ка

на кало́ше и ведре́

походи́-ка на заты́лке

мимо за́пертых двере́й

гу́ли пе́ли ха́лваду́

чири́кали до́ ночи́

на́ засеке до́лго ду́мал

кто́ поёт и бро́ви чи́нит

не по́полу пе́рвая

залуди́ла пе́рьями

сперва́ чем то ду́дочны́м

вро́де как уха́бица́

полива́ла сы́пала

не ве́рила ле́бе́дя́ми́

зашу́хала кры́льями

зуба́ми зато́пала

с тако́го по ма́тери

с э́такого ку́барем

в обнимку целу́ется́

в о́чи ва́лит бли́ньями

а лета́ми плю́й его́

до бе́лой доски́ и ся́дь

добреду́ до Клю́ева́

обратно заки́нуся́

просты́нкой за ро́дину

за ма́тушку ле́вую

у де́рева то́ненька́

за Ду́нькину пу́говку́

пожури́ла де́вица́

неве́ста сику́рая́

а Серё́жа де́ревце́м

на груди́ не кла́няется

на груди́ не кла́няется

не бу́кой не ве́черо́м

посыпа́ет о́коло́

сперва́ чем то ду́дочны́м