В щеки и очи

Сегодня больше и больше пощечин.

Товарищи! Товарищи!

На что тебе цари?

Когда ты можешь крикнуть: «дурак, стой!»

Приятелю с той половины земного шара.

Пора

Царей прочь оторвать,

Как пуговицу штанов, что стара

И не нужна и их не держит.

А говорят, что самодержец –

С небесными и сине-голубыми глазами…

Эй, винтовочка любезная,

Камни с перстня снять!

И в тайгу исчезну я.

Камушки для мамушки,

А для царей – пуля винтарей.

Охала, ухала, ахала

Вся Россия-матушка.

Погоди, платком махала?

А нам что…

Каждый с усами нахала,

В ус не дуем ничего,

Кулачищи наши – во!

Это хаты, согнувшись, ползут,

Берут на прицел

Белых царей.

Вот она, вот она

Охота на белых царей.

Нет, веревкой пеньковой обмотана

Свобода висит на кремле.

Старики трясут головой,

В ямах глаз – кури<тся> месть,

Вылетели из лохмоты руки исхудалые,

Как голуби птицы из гнезд.

Пусть пулеметы та-та-та!

Иди смелее, нищета!

Наши жизни – торцы мостовой,

Чтоб коляски каталися, балуя?

Долой этих гадов, долой!

Катался, пожалуй, я!

Сутки возьми пушки стволом,

Что молча смотрит в окна дворцов,

После шагай напролом

В страну детей или отцов.

Голод порохом будет,

Ядром – нагие, бегущие по снегу, люди.

Грянет. Народ.

Зловещи, как убийцы или заговорщики,

Огромной шляпой нахлобучив тучу,

Стоят ночные небоскребы.

Неси туда огонь летучий,

Неси туда раскаты злобы.

Он, он с народом спорщик –

Давайте небу оплеухи,

Пусть долго не сможет смыть позор щеки.