Знаки равенства протянуты от полотна к зрителю. Тот, кто сидит на стуле и видит всадника, скачущего по степи, думает, что это он сам скачет по диким пустыням Америки.

Мудрый Китай, карая, сжигает бумажную куклу вместо преступника, и преступник потирает руки от радости, видя, как сурово наказан порок.

Тень мучается, человек смотрит. Люди измеряют глубиной его мучений свою вину. Будущее усадит преступника в спокойное кресло, чтобы он видел, как жестоко наказана его тень. Чтобы он видел свои мучения на теневом полотне.

Тот, кто съел за утренним завтраком чужую булку, пусть, наказуемый, видит по тени, как толпа дико гонится за ним и свистит и улюлюкает.

Пусть, если снова когда-нибудь будет казнен Разин, он будет казнен лишь на полотне для теней, а сам, сидя в первом ряду, будет внимательно изучать свои мучения, как он, четвертуемый, скрипит зубами.

Это вести из будущего.

Пусть люди смотрят на себя в темницах, вместо того чтобы сидеть в них. И тот, кто должен по закону тосковать о цветах, пусть видит себя тоскующим, но держит цветы.

Осень 1921