А тут и медсестра с капельницей пришла (как будто не могла более подходящего времени найти). И стала медсестра вводить мальчику в вену на руке — большую иглу.

А игла в вену не попала. Медсестра стала заново тыкать иглой в худенькую руку, пытаясь попасть в вену, и разволновалась, что не может попасть.

Мама встревожилась за мальчика. А он и говорит медсестре:

— Вы, главное, не волнуйтесь, — и продолжает весёлым голосом: — Ой, мне сейчас такой случай вспомнился! Как нам по природоведению задали провести дома научный опыт. Налил я в стакан воды, накрыл её листом бумаги — и весь стакан, как был вместе с листом, перевернул над Сенькиной головой (он у меня был ассистентом). И вода не выливается, и тонкий лист её держит! «Мы теперь как настоящие учёные», — говорю я. Как вдруг — не то я бумагу неплотно приложил к краям стакана, не то она намокла, — вся вода из стакана разом на Сенькину голову и вылилась.

Другие дети в палате засмеялись, и даже мама заулыбалась.

А медсестра после пятой попытки наконец-то попала в вену и устроила капельницу.

А рука у мальчика и полотенце под рукой были в крови, и на полу целая лужица крови из худенького мальчика.

…Потом, когда в палате уже не было ни медсестры, ни мамы, другой мальчик, сосед по палате, сказал:

— Весёлый ты парень! Тебе что, совсем не было больно?

А этот мальчик ответил усталым голосом:

— Было, конечно. Но ведь маму расстраивать нельзя…