Длинный стол был накрыт на пляже всего в нескольких футах от набегающих океанских волн, огоньки свечей колыхал легкий ветерок.

– Мы будем сидеть на этом? – спросила Эмили, кивая на толстые подушки на песке.

– Вы против?

Она пожала плечами:

– Нет. Я просто удивлена. Я думала, вы не захотите пачкать песком свою дорогую одежду.

– Меня успокаивает шум волн, – коротко ответил Павел. Его начинала нервировать враждебность Эмили. Ей некого винить в ее затруднительном положении, кроме себя. – После тяжелого дня я хочу отдохнуть.

Она уселась на подушку, поджав под себя ноги. Павел обратил внимание, что у нее очень изящные ступни.

Энергичность Эмили заинтриговала Павла. Любая другая женщина в ее положении, скорее всего, проливала бы слезы, чтобы добиться своего. А Эмили, сталкиваясь с трудностями, вела себя все более вызывающе.

Впервые за долгое время Павел подумал о Яне… и испугался. Он давным-давно не вспоминал свою бывшую невесту, безжалостно изгоняя из памяти ее образы.

Яна и Эмили – полные противоположности и по внешности, и по характеру. Чем больше времени Павел проводил с Эмили, тем явственнее представлял себе неотшлифованный огненный опал, воплощение страсти. Яна была словно отшлифованный бриллиант. Но к тому времени, когда он разорвал с ней отношения, Яна превратилась в тусклый алмаз. И все это произошло по его вине.

Павел всегда привлекал женщин. Но как только он отошел от Андрея и начал строить собственную многомиллиардную компанию, женщины стали добиваться его еще активнее. Все они зря тратили свое время. Он мог предложить им только секс и никаких обязательств.

Он уже сделал несчастной одну женщину, и больше это не повторится.

Его мысли прервали слуги, которые принесли закуску – кальмаров на гриле и наполнили бокалы охлажденным белым вином.

Павел наблюдал, как Эмили откусила кальмара, и ее губы чувственно задвигались. У нее действительно сексуальные губы.

– Что? – спросила она через несколько мгновений, глядя на него в недоумении.

Павел понял, что слишком пристально разглядывает жующую Эмили.

Он воткнул вилку в нежное мясо кальмара.

– Я не хочу, чтобы вы думали, что должны сидеть в хижине, пока вы здесь.

– Как только вы уедете, я перестану сидеть в хижине. Я с нетерпением жду шанса осмотреть ваш остров.

– Хорошо. – Его не должно беспокоить, что ей неприятна его компания. – На острове полно тайных сокровищ. Мой персонал хорошо обучен и удовлетворит любое ваше желание. А теперь я перехожу к следующему пункту на повестке дня.

– Вы хотите, чтобы я вела протокол? – спросила Эмили.

– Простите?

– Вы упомянули повестку дня. – Она положила нож и вилку рядом и отодвинула тарелку. – Вы хотите, чтобы я выступала в качестве секретаря и вела протокол? Чтобы ни вы, ни я не забыли, что обсуждали?

Если бы не внезапно вспыхнувшие огоньки в ее глазах, он поверил бы, что она не шутит.

– Уверен, вы все запомните без проблем.

– Неужели это комплимент? Я тронута.

Павел растянул губы в улыбке:

– Итак, мой персонал. Я лично подбирал его и не хочу, чтобы его кто-то расстраивал.

Эмили посерьезнела.

– Мои проблемы связаны с вами, а не с вашим персоналом.

– Слуги выполняют мои указания не позволять вам общаться с внешним миром. Не смущайте их просьбами вам помочь.

– Я соглашусь при условии, что вы обещаете немедленно передавать мне все сообщения от моей семьи.

– Если ваш брат или отец позвонят вам после моего отъезда с острова, я свяжусь с Валерией, и она передаст вам все сообщения.

– Уж постарайтесь, – пробормотала Эмили и умолкла, когда слуги стали собирать тарелки из-под закусок и подавать основное блюдо. Вскоре на столе появились лобстеры, салаты и пряные блюда из риса.

Эмили положила себе на тарелку всего понемножку, а потом взяла лобстера. Нахально глядя в глаза Павлу, она со щелчком открутила клешню.

Павел поморщился. Эмили ела лобстера руками, а он расправлялся с ним намного аккуратнее. К тому времени, когда они закончили еду, Павел совсем не испачкался, а губы и пальцы Эмили были скользкими от масла.

У него забурлила кровь, как только он представил, как Эмили прикасается к нему масляными пальцами…

Чем так привлекает его эта женщина? Ни одна из его любовниц так не будоражила его воображение.

– Что еще вы хотите обсудить? – спросила Эмили, отвлекая его от неуместных мыслей. Она взяла фланелевую салфетку и вытерла ею губы и руки.

– Больше ничего. – Павел хотел побеседовать с ней еще, но ему вдруг стало трудно соображать.

– Тогда вернемся к моему звонку домой. – Она протянула ему ладонь. – Вы мне обещали.

Павел не мог не восхищаться ее преданностью отцу. Ради него она была готова провести ночь в тюремной камере. Павел почти простил ее за то, что она прокралась в его офис и пыталась украсть данные компании. Почти.

Где была его преданность восемь лет назад? Павел упивался гордостью, о чем сейчас жалеть слишком поздно. Андрей умер в отчуждении, не поговорив с приемным сыном, которого обожал. Нужно ли удивляться, что мать не может простить Павла?

Отмахнувшись от грустных мыслей, он вытащил смартфон из кармана и разблокировал его.

– Какой номер?

Эмили назвала ему номер. Услышав звук соединения, Павел передал Эмили смартфон. Она практически вырвала его у него из руки и прижала к уху.

– Джеймс? – Эмили не скрывала облегчения. Ее брат уже приехал к отцу.

Выслушав, что отец отказался вставать, чтобы поужинать, и ничего не поел, Эмили посмотрела на Павла, который за ней наблюдал. Она хотела о многом расспросить брата, но не решалась. Сейчас не время: Павел внимательно слушает ее разговор. Никто не должен знать, что ее отец пытался покончить с собой.

– Мой телефон здесь не работает, – солгала она брату. – Звони на этот номер, если будет что-то срочное. Запиши номер, Джеймс. Кстати, Хьюго звонил? – Она не знала, то ли обрадовалась, то ли испугалась, когда Джеймс ответил отрицательно. Закончив разговор, Эмили протянула смартфон Павлу. Она с трудом сдерживала слезы.

– Кто такой Хьюго? – спросил Павел. – Вы уже его упоминали.

Эмили вздохнула:

– Хьюго мой босс. Возможно, бывший босс.

Павел выгнул бровь:

– Бывший?

– Должно произойти чудо, чтобы я сохранила работу. Большинству работодателей не нравится, когда ведущий специалист компании внезапно берет недельный отпуск, особенно после официального предупреждения за частое и несанкционированное отсутствие на рабочем месте. – Эмили поджала губы. Павлу нет дела ни до нее, ни до ее работы.

Всю жизнь она хотела быть модельером. Однако ей не следует обижаться на Хьюго. Он очень поддержал ее в трудные времена. Но ему нужно управлять компанией, о чем он совершенно ясно заявил Эмили менее месяца назад, делая ей официальное предупреждение.

Помолчав, Павел заговорил, его тон смягчился.

– Уверен, если вы объясните ситуацию, когда вернетесь, Хьюго вас поймет. Он должен знать, как серьезно болен ваш отец.

От доброты Павла у Эмили ёкнуло сердце. С его бессердечием она бы справилась, но его доброты она не вынесет. Не сейчас, когда ей стало так тошно. От отчаяния она вдруг вспомнила свою мать. Милая, дорогая мама. Как же Эмили по ней скучала!

Эмили старалась обуздать эмоции. Она не должна раскисать перед Павлом. Не должна. Он уже и так обладает над ней достаточной властью.

– Я… Мне нужно немного поспать, – сказала она, вставая. – Вы хотели обсудить что-то еще?

Он покачал головой, как-то странно на нее посмотрев.

Эмили резко кивнула и пошла прочь на ватных ногах.

К тому времени, когда она закрыла дверь своей хижины, ей уже расхотелось плакать. Она легла на кровать и уставилась в потолок. Ей казалось, она по-прежнему ощущает на себе пристальный взгляд Павла.

* * *

На следующее утро, после плотного завтрака, который принесли в ее хижину, Эмили вооружилась репеллентом, солнцезащитным кремом и бутылкой с водой и отправилась исследовать остров. Она провела тяжелый вечер и ночь. Уснуть Эмили не удавалось, она постоянно думала о своей матери, отце, брате и Павле.

В гостевой хижине она чувствовала себя как в ловушке. Она могла гулять по острову, но, боясь столкнуться с Павлом, предпочитала сидеть в доме. Она не решалась даже распаковать швейную машинку. На острове царила такая тишина, что шум швейной машинки всех перебудил бы.

Выйдя за пределы основной жилой зоны, Эмили прошла мимо десятка слуг, которые убирали хозяйский дом и территорию вокруг. Выйдя на пляж, она улыбнулась, увидев двоих маленьких детей, гоняющихся друг за другом по песку, и махнула рукой Луису, который стоял на носу яхты у причала. Должно быть, он отвез Павла в Пуэрто-Рико, а теперь вернулся.

Итак, Павел уехал, значит, можно вздохнуть спокойно. Эмили уже планировала убедить Валерию позволить ей позвонить в Англию и проверить, как дела у отца.

Выйдя с пляжа, Эмили отправилась к густым зарослям. Внезапно она услышала звук бегущей воды и восхищенно ахнула.

Она оказалась на огромной открытой каменной площадке, в центре которой находился круглый бассейн с водой. С другой стороны бездонного бассейна был водопад.

Обрадовавшись, Эмили присела, свесив ноги с края уступа. Сняв шлепанцы и футболку, она осталась только в лифчике от бикини и шортах и принялась намазываться солнцезащитным кремом.

И вдруг, повернув голову, Эмили вздрогнула, увидев Павла, который наблюдал за ней.

– Что вы здесь делаете? – грубо спросила она.

На нем были темно-бежевые хлопчатобумажные шорты до колен и черная рубашка поло с расстегнутым воротом. Он выглядел потрясающе.

– Я думала, вы улетели в Париж.

– Отойдите от края уступа, – строго предупредил он ее.

– Мне здесь нравится.

– Вы можете сорваться вниз. Это небезопасно.

– Вы боитесь, что я упаду? Что ж, у вас будет меньше расходов, потому что не придется держать меня здесь.

– Не глупите. – Его лицо исказилось от гнева. – Пока вы живете на этом острове, я отвечаю за вашу безопасность.

– Мне кажется, – беспечно произнесла она, – вы в курсе, что я взрослая женщина и вполне могу о себе позаботиться.

– Но не тогда, когда я здесь.

– Вы уже прыгали в этот бассейн? – спросила Эмили, подозревая, каким будет ответ.

– Дурацкий вопрос.

– Он так и манит к себе, – с тоской произнесла Эмили. – Кажется, нигде больше нет такого райского уголка.

– Здесь опасно. Отойдите от края. Вы ничем не поможете своему отцу, если погибнете.

Черт бы его побрал! Но он прав. Что будет с ее отцом, если что-нибудь случится с ней? Что будет с Джеймсом? Джеймс способен позаботиться об отце, следуя инструкциям Эмили, но, когда дело доходит до инициативы, он бесполезен.

Павел наблюдал, как на лице Эмили одна эмоция сменяет другую. Он применил запретный прием, упомянув ее отца, но должен был заставить Эмили отойти от края бассейна.

Когда она попятилась и поднялась на ноги, Павел испытал облегчение и тут же уставился на ее бикини и шорты.

Черные как смоль волосы Эмили были собраны на затылке, отдельные прядки обрамляли лицо. Она не накрасилась, но ее природная красота лишала Павла покоя. Ее кожа казалась шелковистой. У него чаще забилось сердце. Медленно выдохнув сквозь стиснутые зубы, он упрекнул себя за реакцию на прелести Эмили.

– Берите свои шлепанцы, – сказал он. – Мы возвращаемся.

Прищурив темно-карие глаза, Эмили скрестила руки на соблазнительной груди.

– Я отошла от края, но больше не позволю вам мною командовать. Если вы хотите возвращаться, возвращайтесь. А я остаюсь здесь.

– Вы ничего не ели несколько часов. Мои повара готовят для нас поздний обед. Вы можете вернуться сюда позже, если захотите.

У Эмили заныло в груди.

– Дайте мне секунду, – сказала она, не глядя на Павла и надевая блестящие, серебристые шлепанцы.

Неужели ему действительно не все равно, что она давно ничего не ела?

Последним человеком, который следил, чтобы она нормально питалась, была ее мать. Во время ежедневных телефонных разговоров она спрашивала, что Эмили съела за день и чем планирует поужинать.

Тряхнув головой, чтобы избавиться от уныния, она надела рюкзак на плечо и пошла следом за Павлом.

– Почему вы не уехали? – спросила она через несколько минут молчания.

Хотя Павел шагал широко, он не ушел далеко вперед. Эмили отпила воды. Жара под плотной сенью деревьев быстро становилась невыносимой.

Он наклонился под нависающей веткой:

– Возникла проблема с двигателем яхты. С материка должны привезти запчасть.

– И когда ее привезут?

– К концу дня.

– Отлично. Значит, вы уедете в Париж до вечера?

– Мне жаль вас разочаровывать, но запчасть нужно установить, а затем проверить ее надежность, прежде чем я позволю яхте выйти в море. Я смогу уехать утром, если позволит погода. На Карибский бассейн идет тропический шторм. Я не уеду, пока он не пройдет.

Эмили не нравилось то, что она слышит.

– Он обрушится на остров?

– Нет. Вероятно, сегодня вечером будет сильный ветер и дождь, но…

Он не успел закончить фразу, потому что Эмили потеряла равновесие, поскользнувшись на особенно крутом склоне.

Ее щеки стали пунцовыми; она радовалась тому, что не упала плашмя.

– Вы в порядке? – Павел торопливо подошел к ней.

– Да-да. Ничего страшного. – Чувствуя себя законченной дурой, Эмили позволила Павлу взять ее за руку большими теплыми пальцами и помочь ей встать.

– Спасибо, – пробормотала она, сильнее краснея, но не от смущения.

Она отдернула руку, словно желая избавиться от последствий его прикосновения. Ее кожу покалывало, по телу разливалось приятное тепло.

Павел по-прежнему пристально смотрел на нее.

– Вы уверены, что все в порядке? – спросил он после затянувшегося молчания.

– Все в порядке. Честно. – Чтобы доказать свою правоту, Эмили пошла вперед. Она испытала облегчение, увидев сквозь листву крышу хозяйского дома.

– Вы точно ничего не повредили?

– Я же сказала, со мной все хорошо.

Внезапно послышалась мелодия из мультфильма, который Эмили обожала в детстве. К ее изумлению, звонил телефон Павла.

Он прижал телефон к уху:

– Да? – Он тут же посмотрел на Эмили. – Да, она рядом со мной. Секунду. – Он передал ей телефон. – Это ваш брат.

Кровь застыла в ее жилах.

– Джеймс?

Эмили быстро успокоилась, узнав, почему брат ей звонит. Он не мог включить стиральную машину. Мать всегда его обстирывала, даже после того, как он ушел из родительского дома. После ее смерти Джеймс пользовался услугами прачечной, потому что Эмили отказалась стирать его вещи.

Рассерженная, Эмили вскоре закончила разговор. Она велела Джеймсу звонить в случае чрезвычайной ситуации. К счастью, брат уверил ее, что состояние их отца не ухудшилось.

Павел слушал беседу Эмили с растущим недоверием.

– Ваш брат позвонил из-за стиральной машины?

Судя по тому, как глубоко Эмили вдохнула, она тщательно подбирала слова.

– Джеймс не привык к работе по дому.

– Чтобы стирать, не нужно быть доктором наук.

– Мой брат считает иначе. И потом, откуда вам об этом знать? Вы наверняка никогда в жизни не включали стиральную машину.

– Я умею пользоваться приборами в доме, – холодно сказал Павел. Он понимал, почему Эмили сделала такое предположение. Однако он не родился богачом, а как раз наоборот. Все свои деньги он заработал адским трудом.

– Зачем вам самому пользоваться этими приборами? – с искренним любопытством произнесла Эмили. – У вас полно слуг.

– Мне нравится заботиться о себе, – натянуто ответил Павел. – Остров Алина особенный. Я приезжаю сюда, чтобы отключиться от дел и отойти от мира.

Дом был всего в нескольких футах впереди. Эмили замедлила шаг, чтобы поправить свой рюкзак.

– Я вас понимаю, – призналась она. – По-моему, остров Алина – самое красивое место на планете.

– Мне тоже так кажется.

Она искренне улыбнулась ему, в уголках ее глаз появились морщинки. Павел испытал странное чувство. Прежде чем успел его проанализировать, он увидел Валерию, которая махала ему рукой.

– Простите, – сказал Павел, – но мне пора работать.

Уходя, он по-прежнему испытывал непривычное и волнующее ощущение.