Подготовка текста, перевод и примечания Ю. К. Бегунова
О свѣтло свѣтлая и украсно украшена земля Руськая! И многими красотами удивлена еси: озеры многими, удивлена еси рѣками и кладязьми мѣсточестьными, горами крутыми, холми высокими, дубровами частыми, польми дивными, звѣрьми разноличьными, птицами бещислеными, городы великыми, селы дивными, винограды обителными, домы церковьными и князьми грозными, бояры честными, вельможами многами — всего еси исполнена земля Руская, о прававѣрьная вѣра хрестияньская!
О светло светлая и красно украшенная земля Русская! Многими красотами дивишь ты: озерами многими, дивишь ты реками и источниками местночтимыми, горами крутыми, холмами высокими, дубравами частыми, полями дивными, зверьми различными, птицами бесчисленными, городами великими, селами дивными, боярами честными, вельможами многими, — всего ты исполнена, земля Русская, о правоверная вера христианская!
Отселѣ до угор,[368] и до ляхов, до чахов, от чахов до ятвязи[369] и от ятвязи до литвы, до немець, от нѣмець до корѣлы, от короли до Устьюга,[370] где тамо бяху тоймичи[371] погании за Дышючим морем,[372] от моря до болгар,[373] от болгар до буртас,[374] от буртас до чермис,[375] от чермис до моръдви, — то все покорено было богом крестияньскому языку поганьскыя страны: великому князю Всеволоду,[376] отцю его Юрью, князю Кыевьскому,[377] дѣду его Володимеру и Манамаху,[378] которым то половьци дѣти своя полошаху в колыбѣли. А литва из болота на свѣт не выникываху. А угры твердяху каменыи городы железными вороты, абы на них великыи Володимер тамо не възѣхал. А нѣмци радовахуся, далече будуче за синим морем.[379] Буртаси, черемиси, веда и моръдва бортьничаху[380] на князя великого Володимера. И кюр Мануил Цесарегородскыи[381] опас имѣя, поне и великыя дары посылаше к нему, абы под ним великыи князь Володимер Цесарягорода не взял.
Отсюда до венгров, и до поляков, и до чехов, от чехов до ятвягов, от ятвягов до литовцев и до немцев, от немцев до корелы, от корелы до Устюга, где живут тоймичи поганые, и за Дышащим морем, от моря до болгар, от болгар до буртасов, от буртасов до черемисов, от черемисов до мордвы — то все покорил бог народу христианскому поганые страны: великому князю Всеволоду, отцу его Юрию, князю Киевскому, и деду его Владимиру Мономаху, которым половцы детей своих пугали в колыбели. А литва из болота на свет не показывалась. А венгры каменные города укрепляли железными воротами, чтобы на них великий Владимир не ходил войной. А немцы радовались, что они далеко за синим морем. Буртасы, черемисы, веда и мордва бортничали на князя великого Владимира. И сам господин Мануил Цареградский, страх имея, затем и великие дары посылал к нему, чтобы великий князь Владимир Царьграда его не взял.
А в ты дни болѣзнь крестияном от великаго Ярослава, и до Володимера, и до ныняшняго Ярослава,[382] и до брата его Юрья, князя Володимерьскаго.[383]
А в те годы — беда христианам от великого Ярослава и до Владимира, и до нынешнего Ярослава, и до брата его Юрия, князя Владимирского.