Внешний люк десантного катера отошел в сторону, и Голицын, на чем свет стоит ругая про себя сопролца Свара по прозвищу Бешеный Юннат, два года назад оформившего Злоду-Злодею офицерский допуск на «Альфу», вытолкнул наружу герметичную капсулу с полусонной обезьяной внутри – подходящего скафандра для шимпанзе на базе не нашлось.

Оттолкнувшись ногами от борта, Иван отплыл от катера с десяток метров, после чего включил расположенный за спиной двигатель. Большего от него пока не требовалось: навигационная система скафандра сама сориентируется в пространстве и проложит нужный курс, автопилот выведет на цель. Можно любоваться панорамой Земли или звездным небом, можно даже поспать, будь такое желание – умная автоматика все сделает за тебя. Главное – напарника по дороге не потерять, но для этого предусмотрен прочный тросик, ну а если тот вдруг отстегнется или оборвется (или, скажем, будет перебит выстрелом, хотя откуда здесь взяться стрелку?), у капсулы своя электроника имеется, все равно пойдет за Голицыным, как домашняя собачка за хозяином. Но это лишний сигнал вовне, слабый, едва уловимый, но все равно демаскировка, так что пока обойдемся тросиком – дешево и сердито.

«Альфа» показалась где-то через полчаса полета – величаво выплыла из-за серо-голубого земного диска. Скафандр заводил Ивана на корвет со стороны Солнца – возможно, так вышло случайно, а возможно, считалось, что так диверсанта будет труднее засечь. Задумавшись об этом, Голицын принялся вспоминать, какие системы наблюдения за внешним пространством имеются на «Альфе», и каковы их возможности. Результат ему не понравился: по всему выходило, что у дежурной вахты корвета он сейчас как на ладони. Конечно, скафандр у него не совсем обычный, да и альгерды обещали прикрыть кораблем РЭБ… Да вот только где он, корабль этот?..

Впрочем, тот факт, что огонь по нему не открывали, вкупе с клятвенными заверениями Нивга, что на данном этапе риск обнаружения минимален, внушали осторожный оптимизм. Аш-сун, конечно, та еще сволочь, но прямые и грубые подставы все-таки не в его стиле…

Прошло еще около получаса, и, миновав широкое черное сопло (интересно, а что, если бы в этот момент экипажу «Альфы» вдруг приспичило совершить какой-нибудь неожиданный маневр, и они запустили бы двигатели? Впрочем, нет, не интересно. Совсем), Голицын коснулся руками бронированного днища корвета. Прямо перед ним был аварийный люк: узкий, едва протиснуться – а еще ведь кокон со Злодеем придется туда тащить! – но зато открывающийся легко, без каких бы то ни было там кодов и допусков. Разумеется, любое несанкционированное проникновение на борт будет отслежено, и сигнал о нем тут же поступит вахтенному. Но тут у нас, вроде как, все предусмотрено…

Иван бросил взгляд на вмонтированные в рукав скафандра часы. До условленного времени оставалось еще четыре с половиной минуты. Голицын придвинулся вплотную к люку, примерился, как за него будет удобнее взяться, подтянул поближе капсулу с шимпанзе. На то, чтобы попасть в шлюзовую камеру, у него будет двадцать секунд. Максимум – двадцать пять, это уже на грани. Во время тренировки, устроенной ему Нивгом, Иван стабильно укладывался секунд в пятнадцать-семнадцать, но то на тренировке…

Три минуты. Две минуты. Одна…

Ладони курсанта легли на рукоять люка, мышцы напряглись, откуда-то из груди тугой ком пополз вниз, сдавливая желудок, во рту пересохло.

Пятнадцать секунд… Десять… Пять… Четыре… Три… Две… Одна…

Что было сил надавив на рукоять, Голицын принялся поворачивать ее вокруг оси.

Люк поддавался, но поддавался тяжело, совсем не так, как во время тренировки. То и дело заедал, сбивал с ритма, а в конце, отойдя едва на три четверти положенного, окончательно застрял. Иван навалился на него всем телом – ни в какую. Больше крышку невозможно было сдвинуть ни на миллиметр.

Убедившись в тщетности дальнейших усилий, Голицын оставил крышку в покое и обеими руками взялся за капсулу с обезьяной. В какой-то момент ему показалось, что та ни за что не пролезет в шахту, но стены «кокона» оказались податливыми, прогнулись немного в нужном месте, и, упершись грудью, Иван таки пропихнул Злодея в люк, потеряв всего лишь пару лишних секунд. Затем, опустив в шахту ноги, Голицын подошвами протолкнул капсулу поглубже и нырнул следом. Коварная крышка нехотя вернулась на свое законное место. Заперев засов, курсант посмотрел на часы, и лишь затем перевел дух. Двадцать три секунды. Еле успел. Но успел.

Шлюзовая камера наполнилась воздухом, и Иван шагнул на нижнюю палубу «Альфы», стянул тяжелый скафандр, активировал «Кепару», затем расстегнул капсулу и выпустил на волю Злодея. Накачанный успокоительным шимпанзе не слишком торопился вылезать из уютного гнездышка, пришлось Голицыну вытягивать его оттуда за руки. Злодей вяло оскалился, но подчинился грубой силе.

Ведя обезьяну за поводок, курсант двинулся вперед по коридору. Маршрут до рубки был разработан заранее. Первая запертая дверь преградила ему путь перед выходом с палубы на трап. Затаив дыхание, Иван приложил ладонь Злодея к контрольной панели возле нее, и дверь открылась.

Палубы и трапы корвета были пусты, тем не менее, Голицын продвигался со всей возможной осторожностью. Злодей плелся следом, погруженный в наркотический полусон – на плече у шимпанзе висела ампула, из которой в его кровь дозированно поступало лекарство, не позволяющее обезьяне ни толком проснуться, ни окончательно отрубиться. Когда он был нужен, чтобы открыть очередную дверь, Иван подтаскивал Злодея за поводок, тот послушно протягивал руку, поднимался на задние лапы – и проход открывался.

Ну вот, наконец, и нужная палуба. Голицын осторожно выглянул из-за угла: поста у входа в рубку не было. Ну, конечно же, ему и не положено здесь быть: два года назад они по собственной инициативе ставили у дверей часового, опасаясь очередного появления Злодея. Нынешнему поколению курсантов сия опасность неведома…

Иван не сдержал усмешки. Злодей вернулся, и на этот раз не один. Встречайте!

Распахнув дверь, Голицын с бластером в руке ворвался в рубку.

Ничего себе сокращенная вахта?! Самая что ни на есть полноценная, даже не по штату стоянки: офицер и два матроса. Ну а то, что все трое дружно уставились на экран, наблюдая за трансляцией криска – так кто им доктор?

Даже не поняв, что произошло, вахтенные, как кегли в боулинге, повалились на пол. Втащив внутрь Злодея и заперев дверь рубки, Иван шагнул к командирскому креслу, бросил беглый взгляд на парализованного офицера: четверокурсник Сасаки Тацуки из бывшего подразделения Эммы. Имен обоих матросов-третьекурсников Голицын не знал.

Не теряя времени, Иван уселся в кресло и ввел с пульта полученный от Нивга шестизначный код. Панель перед ним пришла в движение, раскрываясь, словно ворота в криск-зале, и взору Голицына предстала накрытая прозрачным колпаком совершенно невзрачная черная кнопка. Откинув колпак, курсант решительно вдавил ее указательным пальцем.

В первый момент будто бы ничего и не произошло, и Иван даже хотел уже было нажать на кнопку еще раз, но тут на большом экране перед ним, прямо поверх трансляции матча, зажглась крупная белая надпись: «Экстренная блокировка». Трансляция, кстати, не прервалась – нет, все-таки криск для альгердов – дело святое!

– Рубка, это силовое подразделение, курсант Шмидт, – ожила внезапно внутренняя связь. Лицо говорящего, однако, на экране не появилось – там по-прежнему царствовал криск. Как помнил Голицын, это означало, что и его собственная физиономия собеседнику сейчас не видна. – У нас нештатная ситуация!

– Рубка, говорит техническое подразделение, курсант Эррера! – пришел тут же еще один доклад. – Нештатная ситуация!

– Подразделениям сохранять спокойствие! – отчеканил в эфир Иван. – Вахтенным оставаться на своих постах, активных действий не предпринимать! Ситуация под контролем. Ожидайте указаний.

– Силовое подразделение: принято!

– Техническое подразделение: принято!

Вроде, прокатило…

– «Альфа», что там у вас происходит? От вас идет какой-то странный сигнал! – так, а это у нас уже по внешнему каналу. Быстро спохватились, однако. А как же криск?

– Говорит «Альфа», у нас все в порядке, корабль в режиме полета, обстановка стабильная, прогноз нейтральный…

– Кто на связи? Где Тацуки?! Немедленно включите видео! – рявкнули динамики, и Голицын узнал голос собеседника.

Можно, конечно, просто прервать связь и уходить – главная задача выполнена, корвет выведен из строя… Но оставалась еще Эмма. Необходимо вызволить ее из психотехнического плена! Ну, или, хотя бы, попытаться.

Иван взглянул на часы: Чжу на «Бете» тоже уже должен был закончить свою работу. Значит, можно открыть карты, не боясь сорвать операцию.

Щелкнув переключателем, он активировал видеоканал.

– Привет, Майк!

– Голицын?! – глаза американца вылезли на лоб. – Что ты там делаешь? И где Тацуки? Где все?!

– Действительно, где же они? – Иван картинно огляделся по сторонам. – Куда же они могли деться… А, вот они! – он указал пальцем на пол. – Кажется, кто-то пальнул в них из бластера… Кто бы это мог быть, ума не приложу…

– Прекрати паясничать! Как ты попал на борт?!

– Как, как… Через входной люк, как же еще… В общем, у меня для тебя плохие новости, Майк, – резко перешел он на серьезный тон. – «Альфа» выведена из строя. «Бета», надеюсь, тоже. Уяснил? Молодец. А теперь катись ко всем чертям и позови к экрану Эмму. Дальнейшие переговоры я буду вести только с ней.

– Комендант отдыхает, – неуверенно проговорил Мейер после паузы.

– В смысле, смотрит криск? – усмехнулся Голицын. – Или, может быть, играет? Ну так пусть прервется…

– Матч напрямую транслируется на Землю, идет по всем ведущим каналам… – пробубнил американец.

– Это ваши проблемы. Я жду в эфире десять минут, после пеняйте на себя!

Майкл исчез с экрана. Иван поднялся из кресла, с беспокойством посмотрел на часы, потом на привалившегося к переборке Злодея… Черт его дернул за язык с этими десятью минутами! Если Мейер вместо того, чтобы выковыривать Эмму из криск-зала (а та, по ходу, и правда играет, во дает!), просто отправит на «Альфу» группу захвата… Голицын бросил взгляд на соседний экран: матч был в самом разгаре. Нет, ждать не имеет смысла, нужно уходить!

В ту же секунду Маклеуд появилась на экране связи. На ней действительно был канареечного цвета К-комбинезон.

– Я тебя слушаю, Ваня.

Голицын недоуменно перевел взгляд с одного монитора на другой. Матч продолжался, как ни в чем не бывало. Может, они там его в записи транслируют?

– Я тебя слушаю! – с нажимом повторила Эмма.

– Зип ауст фро их! – выпалил Иван, быстро возвращаясь в кресло.

– Что? Повтори, я не поняла.

– Зип ауст фро их! – как мог более четко произнес Голицын пароль.

– У тебя окончательно крыша поехала? – нахмурилась Эмма. – Ладно, не хочешь говорить: слушай меня. Я высылаю на «Альфу» абордажную партию. Советую сдаться по-хорошему!

Иван стиснул от досады кулаки. Пароль не подействовал! Как такое может быть?!

– «Альфа» выведена из строя, – проговорил он – уже лишь бы хоть что-то сказать. – Ваша игра проиграна! Отзови абордажную партию, ее не ждет здесь ничего хорошего!

– Сопротивление бесполезно! – бесстрастно, словно робот, проговорила Маклеуд. – Сложи оружие и жди прибытия абордажной партии.

Далее терять с ней время не имело смысла. Тяжело вздохнув, Иван выключил связь.

Ну что же, в конце концов, не вышло – так не вышло. То ли Нивг что-то напутал (Нивг? Напутал?! Самому не смешно?), то ли противник на этот раз оказался хитрее – теперь уже не суть важно. Основная задача решена, «Альфа» заблокирована – довольно с него и этого. Он попытался.

– Тоже мне нашли дураков, ждать их… – угрюмо пробормотал себе под нос Голицын. – Ладно, уходим, – повернулся он к Злодею.

Последний раз окинув взглядом рубку управления корвета, он выдернул из гнезда флешку с копией бортового журнала, затем поднялся из командирского кресла, без каких-либо эмоций переступил через распростертое на полу тело Сасаки Тацуки и двинулся к выходу.

Волоча за собой окончательно обмякшего Злодея – с лекарством, похоже, альгерды все-таки переборщили – Голицын быстрым шагом спустился на палубу ниже и, миновав короткий коридор, остановился возле шлюпочного ангара. Легкое касание рукой пластика панели (все ограничения на допуск с момента блокировки были отменены), пара шагов – и вот они уже внутри хорошо знакомой Голицыну штатной шлюпки корвета. Активировать ее системы – дело четверти минуты, ввести в память автопилота посадочный курс – еще максимум секунд двадцать.

– Ну вот и все, – удовлетворенно кивнул Иван, благополучно скормив бортовому компьютеру последнюю цифру. – Можно ехать. Ну что же, дружище, удачно долететь, а не то, боюсь, Юннат меня живьем сожрет… – проговорил он, утрамбовывая шимпанзе в амортизационном кресле. – Передашь это нашим от меня, – изъятая в рубке флешка перекочевала в болтающуюся на поясе обезьяны сумочку.

Убедившись, что все готово, Голицын потрепал Злодея по щеке, вернулся на палубу и, дернув рычаг, отстрелил шлюпку в космос.

Примерно через полминуты плазменный заряд, посланный с «Эсмеральды» Ларса Поульсена, разнес шлюпку в клочья, но Иван этого уже не видел. Не мог он, разумеется, и слышать разговора, состоявшегося через полчаса на Луне.

– Разрешите, од-ин? – Мейер поднял глаза: в дверях стоял индус Ашок Мерчент.

– В чем дело? – недовольно поинтересовался Майкл.

– Разрешите вопрос, од-ин?

– Не очень вовремя… – проворчал американец. – Ладно, что там у тебя?

– Сегодня, когда, согласно вашему распоряжению, я ставил в эфир программную имитацию… Голицын на том конце вел себя как-то странно, вы не находите? Сперва требовал разговора с Комендантом, потом пробормотал какую-то тарабарщину и прервал связь…

– Голицын – псих конченный, как и все русские! Я всегда это говорил! – зло бросил Мейер. – Точнее, был психом, – поправился он, самодовольно усмехнувшись. – Чего от него еще ожидать?

– Но эти странные слова… Не слова даже, набор звуков… Это звучало, как какой-то психотехнический пароль…

– Это и был пароль, – кивнул Майкл, поднимаясь. Подойдя к собеседнику, он доверительно положил руку ему на плечо. – Существуют коды, произнеся которые можно убить человека. Не всякого, конечно. Только того, кто прошел через систему Военно-космических сил Альгера. Таких, как мы с тобой. Вы это еще на первом курсе должны были проходить.

– Да, я помню…

– Ну вот. Такой код и пытался использовать Голицын – против Коменданта Маклеуд. Хотел таким образом обезглавить нас. К счастью, мы оказались умнее. Задумка с программной имитацией сработала, и все усилия врагов пропали даром. А только представь, что в эфире была бы Комендант лично! Так что сегодня, Ашок, ты без преувеличения спас Коменданту жизнь! А что до этого проклятого кода… Не вздумай когда-нибудь произнести его вслух! – сурово добавил он. – Даже если будешь на сто процентов уверен, что Маклеуд нет рядом в радиусе тысячи миль! Лучше всего – вообще забудь о сегодняшнем сеансе связи! Считай, что его не было!

– Слушаюсь, од-ин!

Глядя в спину удаляющемуся индусу Мейер с трудом сдержал готовый выпрыгнуть в ладонь бластер. Не сейчас. Позже, когда все немного успокоится. А пока что Мерчент и так будет держать язык за зубами.