Водитель «Фордика» – молодой веснушчатый парень с красивыми голубыми глазами – скользнул любопытным взглядом по ее динамовскому свитеру, спортивным штанам, бутсам, усмехнулся каким-то своим мыслям.

– Что, от команды своей отстала?

– В каком-то смысле, – бросила Ника, пристегиваясь.

– Вам куда в Кемерово?

– В какую-нибудь гостиницу где-нибудь на окраине… Хотя нет, – она вдруг вспомнила, что у нее по-прежнему нет при себе никаких документов. – Лучше в клуб какой-нибудь или что-то в этом роде. Чтобы ночью работал.

– «Осьминог» подойдет? Только в прошлом году открылся. Говорят, хороший.

– Без разницы.

– Вы сами откуда? – спросил водитель, трогая «Фордик» с места.

– Из Архангельска.

– Это на севере где-то? Не бывал… Меня, кстати, Петей зовут.

– Нина.

– Очень приятно.

С минуту они ехали молча.

– Ну что ты мне все моргаешь? – проговорил внезапно водитель, так что Ника даже вздрогнула прежде, чем поняла, что обращаются не к ней. – Я и так вправо прижался, насколько возможно.

– Что такое? – вздернула брови девушка.

– Да крендель какой-то прилип сзади, обгонять не обгоняет, только фарами моргает, как сумасшедший…

Ника оглянулась: разобрать в темноте, что за машина висела у них на хвосте, было невозможно, но пара мощных фар лупила в глаза, словно заправские прожектора. От нехорошего предчувствия в животе у Доренко похолодело.

– А нельзя как-то попробовать от них оторваться? – осторожно спросила она.

– Оторваться? – переспросил Петя. – Вообще-то, таких дураков лучше пропускать от греха. Главное правило дорожного движения – три-Д называется. Дай дорогу дураку.

– И все-таки? – настаивала девушка.

– Ну, можно попробовать… – переключившись на пятую передачу, водитель плавно утопил педаль газа. – Что ж, посмотрим, как вам это понравится…

Фары сзади на несколько секунд приотстали, но тут же вновь приблизились, все так же требовательно подмигивая.

– Да что ж тебе нужно-то? – проворчал Петя.

«Не что, а кто», – подумала Ника.

– Они хотят, чтобы мы остановились, – сказала она вслух.

– Да это я уже понял. Только каким это нужно быть идиотом, чтобы останавливаться в такой ситуации на трассе?

В этот момент из-за спины преследователя вынырнула еще одна пара фар. Точнее, даже сразу две пары: дополнением к двум основным у пошедшей на обгон машины внизу горели яркие противотуманки. Не обращая внимания на встречный поток, новый участник гонки поравнялся с «Фордиком» и пристроился рядом. Стекло его передней пассажирской двери медленно опустилось, и наружу высунулась рука с полосатым гаишным жезлом. «Волшебная палочка» указала в сторону обочины.

– Вот тебе и раз! – ахнул Петя.

– Не останавливайтесь! – взмолилась Ника. – Это не полиция!

– Понятно, что не полиция… Ладно, нам бы только до города дотянуть… – лес у дороги исчез, сменившись каким-то темным глухим забором.

Жезл в окне пропал, но лишь затем, чтобы смениться большим черным пистолетом. Одновременно идущий рядом с «Фордиком» автомобиль выдвинулся немного вперед и принялся аккуратно, можно даже сказать, бережно прижимать их к обочине.

– Ну, я сделал все, что мог, – голос водителя звучал нарочито спокойно, но на лбу у него блестели крупные капли пота. – Ладно, сдаемся, – он принялся притормаживать. – Авось, обойдется.

«Это вряд ли…» – Ника бросила быстрый взгляд в окно. Забор. Метра в два высотой, так просто не перепрыгнешь. Уж лучше бы лес… Ну да выбирать не приходится… Ремень безопасности сполз вверх по ее плечу, наматываясь на инерционную катушку…

– Если… Когда будете в Кемерово, зайдите в областное управление ФСБ, – быстро заговорила Доренко.

– Скажите им… – в этот момент она вспомнила, что Иван просил дать им сутки времени. Эх, Иван, Иван, ничего-то ты не понимаешь… Но подвести его она не имеет права. Попросить водителя Петю выждать до послезавтра? Нет, это все равно будет уже поздно… – А вообще, не надо, – решительно заявила Ника. – Забудьте.

«Фордик» остановился, и в этот же момент, а, может быть, даже мигом раньше, она распахнула дверцу и, перескочив неширокую канаву, бросилась к забору.

Под оглушительный скрежет шин одна из преследующих их машин, обогнув «Фордик», замерла, остановившись перед капотом, вторая едва не въехала сзади в багажник.

– Стой! – разнеслось в ночи.

Забор был бетонный, гладкий – не за что ни рукой ухватиться, ни ногу упереть. Подпрыгнув, девушка уцепилась пальцами за верхнюю кромку, подтянулась…

Грохнул выстрел, пуля ударилась в стену с нескольких сантиметрах от ее правой кисти. Брызнувшая бетонная крошка обожгла пальцы, они сами собой разжались, и Ника полетела вниз. Упала удачно, ничего не повредив, тут же вскочила, но рядом уже возвышались двое: один с пистолетом, второй, кажется, даже с коротким автоматом.

– Не рыпайся! – она с ужасом узнала голос Гайдукова. – Второй раз облапошить себя я не позволю. Одно резкое движение – и выпущу тебе в брюхо весь рожок! Грабки вытяни!

Ника обреченно подняла вверх руки.

– Да нет, сюда давай! – на запястьях щелкнули металлические кольца наручников, и только в этот момент Ника с ужасом поняла, что так и не успела избавиться от ранольского браслета. Даже дернулась машинально, но в бок ей тут же уперся холодный ствол. – Сказал: не рыпайся!

Тем временем еще один вооруженный пистолетом бандит приблизился к «Фордику» со стороны водительской двери и жестом потребовал, чтобы Петя опустил стекло. Тот подчинился. Бандит что-то негромко произнес – что именно, Ника не расслышала – и почти тут же дважды выстрелил сквозь открытое окно. Доренко вскрикнула.

– Пасть закрой! – выдал Гайдуков свою излюбленную фразу. – Тащите ее в машину, – велел он затем своим подручным. – И следите в оба, уйдет – шкуру спущу со всех!

– Да куда она денется-то теперь! – усмехнулся кто-то.

– Пасть закрой. Быстро по машинам, уходим.

Взревели два двигателя, и в темноте у забора остался лишь одинокий «Фордик» с распахнутой правой дверцей и опущенным стеклом левой. Жуткое содержимое его салона тонуло во тьме ночи.

– Так что сдается мне, что вы, ребята, решили меня кинуть, – проговорил Артем, прохаживаясь взад-вперед по подсобке.

Ника сидела на стуле, к спинке которого были крепко привязаны ее заломанные назад руки. Она была босая – шипованные бутсы с нее сорвали, когда она случайно (действительно случайно! Ну, почти…) наступила на ногу одному из бандитов, под ее левым глазом – едва ли не в том же самом месте, что и во время последнего пребывания на Луне – наливался здоровенный фингал.

– Нет, я понимаю, что тут нужен определенный навык, куда же без этого, – продолжал Артем. – Но вот уже битый час, как я колупаюсь с этим вашим чертовым бластером, а толку – никакого, – он продемонстрировал девушке правую руку, сложил пальцы в требуемую фигуру – кривовато, конечно, но, будь оружие в порядке, должно было, конечно, сработать. Но нет, не сработало, разумеется. – Вот я и начинаю подозревать, что мне подсунули фуфло. И мне это не нравится. Сильно не нравится! – остановившись прямо перед Доренко, он резко наклонился, едва не уткнувшись носом в ее лицо. Ника отшатнулась, но стул, придерживаемый сзади кем-то из бандитов, остался на месте, удалось лишь откинуть назад голову.

– Не знаю, вчера все работало, – проговорила она, стараясь не дать голосу сорваться. – Давайте, может быть, я попробую? Может быть, пойму, что не так?

– За кого ты меня принимаешь? – нахмурился Артем. – Отдать бластер тебе в руки…

– Ваши люди будут меня держать, – предложила Ника. В ее душе впервые с момента гибели водителя Пети затеплился огонек надежды. – Можете, если хотите, приставить пистолет прямо к моей голове. Что я смогу сделать?

«На самом деле, не так уж и мало… – подумала она про себя. – Пусть только бластер окажется у меня…»

– Если он все равно не работает – чем вы рискуете? – принялась развивать наступление она. – А если мне удастся устранить причину неисправности…

– Он не работает, – проговорил Артем. – И причина не во мне, я уверен. В то же время, ты явно на что-то рассчитываешь. На что интересно… – он помолчал, размышляя. – Кстати, – вновь заговорил бандит после короткой паузы. – У меня с детства великолепная зрительная память. Особенно на разные мелочи. Как правило, бесполезные. Но вот сейчас я вспоминаю… Парень, что открыл здесь стрельбу вчера утром. На его левом запястье что-то поблескивало. Я еще, помнится, подумал: часы, но это были не часы, просто какой-то браслет. А вечером, когда мы встретились вновь, браслета у него уже не было. Зато был у второго, белобрысого – точно такой же. И оружие вечером было у него же, это я сразу понял по их поведению, по тому, как они встали, как говорили… А сегодня утром, насколько я помню, браслета не было ни у одного, ни у второго. А как насчет тебя, красавица? – Артем быстрыми шагами обогнул стул с Никой и задрал рукав ее свитера. Сердце девушки упало. – Ага! – раздался его радостный вопль. – Так я и думал! Есть! А что, если эти штуки работают в паре? – вернувшись назад, он впился взглядом в глаза девушки.

– В паре? – собрав в кулак всю свою волю, переспросила она. – Что за бред? Я этот браслет со школы ношу… – Ника умолкла, опасаясь, что дрогнувший голос выдаст ее с потрохами.

– А вот это мы сейчас проверим! – заявил бандит.

– Снимите с нее браслет!

Чьи-то сильные руки ухватили ее сзади за локти, рванули ранольскую металлическую ленту – если бы застежка не поддалась нажиму, браслет, похоже, оторвали бы вместе с кистью. На глаза девушке навернулись слезы – не от физической боли – та пока что была терпимой – но от ощущения собственной никчемности. Всего-то и попросили, что отвезти браслет подальше и выбросить, а она и того не смогла…

– Вот так… – Артем нацепил ленту себе на руку. – Попробуем теперь… Оп-па! – в его руке, словно по волшебству, появился бластер. – А ты говоришь, мамочкино наследство! – сияя, как начищенный пятак, он поводил стволом по комнате, на секунду взял на прицел Нику, но затем, передумав, перевел оружие на одного из своих подручных. – Дрын, будешь подопытным кроликом! – заявил он и спустил курок.

Бандит, вероятно, и не подозревавший, чем он рискует, окажись случайно бластер в плазменном режиме, без слов повалился на пол.

– Работает! – засмеялся Артем. – Ну, вот и все, – повернулся он к Нике. – Сделка завершена. Не так уж и легко меня кинуть, красавица. Но вот сама попытка… За попытку, конечно, придется ответить. Дружки твои улетели, сейчас, небось, уже по Луне прыгают, что твои зайчата, так что, уж не обессудь, весь ответ держать тебе одной. Гай, – обернулся он к Гайдукову, – как смотришь, если я отдам ее тебе и твоим ребятам? Справедливое будет наказание?

– Справедливее некуда! – бандит расплылся в хищной улыбке, от одного вида которой внутри у Ники все сжалось. – Она с нами еще за «Крузак» не расплатилась!

– Ну что же, тогда забирайте ее, – кивнул Артем, играя бластером – похоже, выбрасывать его в ладонь и убирать обратно доставляло ему ни с чем не сравнимое удовольствие. – Забирайте – и валите. На сегодня дел больше не ожидается.

– Одну минуту, – послышалось в ответ откуда-то со стороны двери. – Прошу прощения, но я вынужден внести небольшие коррективы в озвученные планы…

Артем недоуменно обернулся на голос – и тут же под тихий хлопок рухнул, как подкошенный. В первый момент Ника даже решила, что выстрелил сам главарь бандитов, но теперь тот лежал без движения, а хлопки – продолжались. Второй, третий, четвертый… И грохот валящихся на пол тел.

Вывернув голову так, что шею пронзила боль, девушка скосила глаза на дверь: там с бластером в руке стоял, широко расставив ноги, невысокий парнишка в джинсах и джинсовой куртке. Тот самый, которого она видела в лесу с Иваном и которого Голицын тогда назвал предателем. Тот самый, что стоял за всей их лихой экспедицией на космодром.

– Надеюсь, я не слишком припозднился? – весело спросил Пашка Хохлов, пряча оружие.

– Тютелька в тютельку… – пробормотала Ника, и сознание ее отключилось, не выдержав перегрузки.

– Куда мы едем? – спросила девушка.

– В безопасное место, – отозвался Хохлов.

Колеса белой «Нивы», за рулем которой сидел нежданный спаситель Ники (похоже, он действительно пользовался исключительно отечественными марками автомобилей) наматывали километр за километром куда-то на восток.

– Мне бы хотелось вернуться к своим, – осторожно заметила Доренко. – Но мы же в другую сторону едем?

– В другую, – кивнул Хохлов. – Не надо тебе пока никуда возвращаться. Рано.

Ну, может он и прав. Ему виднее.

– Павел… Вас же Павлом зовут? – рыцарь, вырвавший ее из лап бандитов, не счел нужным представиться.

– Не надо имен. Называй меня Горлум, – предложил тот. – Это мой… оперативный псевдоним.

– Горлум? – переспросила Ника. – Это из «Властелина колец», да? Уродец такой? Ой, простите… – смутилась она, испугавшись, что нелестное определение могло задеть собеседника.

– Ну почему же сразу уродец, – улыбнулся в ответ тот. – Назовем его лучше человеком трудной судьбы.

– Человеком? Но он же, вроде, был из этих… как их? Из хоббитов, нет?

– А хоббиты, по-твоему, кто? Ветвь расы людей.

– Ну, я думала, они сами по себе. Как эльфы там или гномы…

– Нет, те же люди. Просто невысокого роста. Как говорится, мелкие, но шустрые!

– А, понятно… – протянула девушка. – Интересно, как там сейчас Иван с Глебом? – не столько спросила, сколько подумала вслух она.

– Только высадились, – деловито посмотрев на часы, ответил Горлум. – Сейчас, должно быть, в общем зале сидят, куда альгерды со всех челноков пассажиров собирают.

– А может, уже к катерам пробрались?

– Нет, это едва ли. Парни они, конечно, ушлые, но не до такой степени. Всему свое время.

– Надеюсь, у них все получится…

– Не ты одна!

– А… А как вы думаете, потом, когда все закончится, они сумеют вернуться? «Из гостей»?

– Понятия не имею, – пожал плечами Горлум. – Пусть сначала «в гости» попадут!

– Сумеют, – убежденно прошептала Ника. – Они сумеют.

Ее спутник предпочел промолчать.

Ревя мотором, «Нива» стремительно неслась по шоссе на восток.