Джерико, однако, к однозначным выводам относился настороженно. Конечно, Марсия могла убить Хилларда, но кто-то мог и подтасовать факты. Джерико никогда не принимал импульсивных решений, не забывал он и о разного рода мелочах, вроде бы несущественных. К примеру, он спрашивал Бартрэма, почему не нашли тело Томми. «Аномалия, — ответил прокурор. — Единственный случай в истории Кромвеля». Разумеется, на свете случается всякое. Но если связать этот ответ с намеком Хилларда, поневоле начинаешь задумываться. Если действительные события отличались от официальной версии, то есть если Томми не утонул, стоило ли удивляться, что спасатели так и не нашли его тело. Но муж Марсии и весь город уверовали, что Томми утонул, смирились с «аномалией» и возложили ответственность за смерть мальчика на его мать. То есть тогда, пять месяцев назад, кто-то ловко все подстроил.

Допуская, что Томми не утонул и намек Хилларда не был безосновательным, можно предположить, что кто-то знал истинное положение вещей и понимал, что произойдет, если Хиллард раскроет рот. Если этот кто-то подслушал разговор Хилларда с Марсией, он, должно быть, пришел к заключению, что Хилларда надо убрать. Тем более что вновь представлялась возможность обвинить во всем Марсию.

И этот кто-то ко всему прочему знал о черной коробочке, в которой хранился пистолет. О ней, несомненно, знал Поттер. А кто еще?

Джерико сразу представил себе действия правоохранительных органов. Марсию арестуют, как только станет известно об убийстве. Бедную несчастную Марсию, которая так часто бывает не в себе. Присутствие Хилларда в ее доме не потребует объяснений. Все знали, что этот добрый человек, член общества «Анонимные алкоголики», прилагал все силы, чтобы отвратить Марсию от спиртного. И она убила его, когда он пытался отговорить ее от очередной поездки в винный магазин. Все ясно как Божий день. Ее бы засмеяли, попытайся она рассказать, что Хиллард приставал к ней. Джерри Хиллард, тихий, добропорядочный, просто не способен на такую низость. Нет, Марсия убила его, потому что он пытался встать между ней и бутылкой.

И Джерико решил подбросить песочку в густо смазанные шестерни судебной машины. Если чуть спутать карты, возможно, кто-либо выкажет излишнюю озабоченность и тем самым выдаст себя.

Он наклонился, носовым платком поднял пистолет и положил его в углубление черной коробочки. Собрал патроны и сунул их в карман. Закрыл коробочку и задвинул ящик.

Прошел к входной двери, приоткрыл ее. Похоже, никто не проявлял интереса к дому Поттеров. Джерико сунул черную коробочку под пиджак и сбежал по ступенькам к «мерседесу». Сев в машину, отпер ящичек на приборном щитке, положил в него черную коробочку, повернул ключ в замке.

Ладони его рук вспотели…

По шоссе Джерико ехал быстро, постоянно поглядывая в зеркало заднего вида. Милю спустя он убедился, что «хвоста» за ним нет. И направился к Восточной горе, где в студии Мартиню ждала его Марсия.

— Я вел себя как последний дурак, — рассказывал он мне впоследствии. — Возвращаясь в студию, я начал осознавать, что оказался в щекотливом положении. Я очертя голову бросился защищать несчастную Марсию, на которую ополчился весь мир. И преступил закон, не имея на то достаточных оснований.

И Джерико сказал себе, что ему следовало бы получше узнать Марсию, прежде чем принимать ее слова за святое писание. У всех алкоголиков есть черта, после которой им уже нельзя доверять ни в чем. Пьяная женщина, подобранная на дороге прошлой ночью, могла оставить эту черту далеко позади, могла сказать что угодно, лишь бы не попасть за решетку и иметь доступ к ближайшему винному магазину. Муж Марсии, да и весь город не сомневались, что она напилась в тот день, когда утонул ее сын. Она же это отрицала. Но, потрясенная смертью ребенка, она ведь могла внушить себе, что ни в чем не виновата. Это, собственно, и предположил Бартрэм. Она не могла бы жить дальше, не убедив себя, что ее вины в смерти Томми нет.

Возможен и такой вариант. Возможно и то, что она выдумала разговор с Хиллардом. Тот знал, что она напилась прошлой ночью. Видел ее, когда зашел в дом. На следующее утро мог приехать, чтобы попытаться ей помочь, а Марсия, не находящая себе места, готовая отдать полжизни за бутылку, предложила ему убираться к чертовой матери. Хиллард уговаривал ее не ехать в винный магазин, а она, обозлившись, достала из ящика комода пистолет и застрелила Хилларда, когда тот направился в кухню, чтобы, например, сварить кофе. А уж затем понадобился человек, который мог бы ее выслушать и поверить ей. И она бросилась на поиски такого человека.

Джерико свернул к студии Мартиню. Подъезжая к коттеджу, он увидел машину Марсии. Остановив свой «мерседес», он вылез из кабины и направился к входной двери. Навстречу выбежала Марсия. Ее ногти впились в предплечья Джерико. Она подняла голову, глаза широко раскрылись.

— Что он сказал, Джон?

Джерико унюхал запах алкоголя. Марсия, похоже, отыскала его запасы. Это ему не понравилось.

— Я вижу, вы нашли спиртное.

— Джон, пожалуйста! Что он сказал?

— Ничего, — ответил Джерико.

— Я опасалась, что вам не удастся разговорить его. — Она либо была великолепной актрисой, либо действительно не знала, что нашел Джерико в ее доме.

Джерико освободил плечо и сурово глянул на нее.

— Мне следовало захватить бутылки с собой.

— Я только глотнула, Джон, только раз. Я не могла не выпить.

Джерико перешел в коттедж. Початая бутылка бурбона[8] и бокал стояли на столе в гостиной. Она действительно выпила немного, не больше половины бокала.

Марсия не отставала ни на шаг. Ей не терпелось услышать его рассказ.

— Наверное, он все отрицал?

— Он ничего не отрицал, потому что не мог говорить.

— Не мог? — удивилась Марсия.

— Не мог, потому что его убили. Или вы этого не знали? — В голосе Джерико не слышалось симпатии.

— Убили?!

— Выстрелили в затылок из вашего пистолетика с перламутровой рукояткой. На случай, если вас будет мучить совесть, скажу — он умер мгновенно.

Марсия покачнулась, ухватилась за край стола. Ее глаза остекленели, она потянулась к бутылке.

— Обойдетесь. — Джерико схватил бутылку и унес ее на кухню.

Когда он вернулся, Марсия все еще держалась за стол. Она словно забыла о его присутствии.

— Сядьте и расскажите мне обо всем. — Джерико взял ее руку и отвел к большому кожаному креслу у камина.

Она открыла рот, но ни звука не сорвалось с ее губ. Затем к ней вернулся дар речи.

— Где он был?

— В вашем доме. На полу в кухне.

Она, похоже, не верила своим ушам.

— У нас очень мало времени, — одернул ее Джерико. — Тот, кто увидит его вторым, сразу же позвонит Салли.

— А вы ему не позвонили? — быстро спросила Марсия.

— Я — круглый идиот.

— Но почему вы не позвонили Салли? — настаивала Марсия.

— Потому что я хотел дать вам шанс. Расскажите, что вам известно, человеку, который может вам поверить. Если же вам никто не поверит, Марсия, ваше дело — швах.

— Я… я не понимаю.

— Ваша репутация. Ваш пистолет.

— Откуда вы знаете, что это мой пистолет?

— А кому принадлежит пистолет с перламутровой рукояткой, хранящийся в черном футляре?

— Джерри убили… из него?

— Где вы научились изготавливать разрывные пули?

Она закрыла глаза, ее губы задрожали.

— Пожалуйста, Джон, не запутывайте меня. Я понятия не имею, о чем вы меня спрашиваете.

Он вынул из кармана один из патронов и бросил ей на колени. Она взяла патрон, посмотрела на него, затем — на Джерико.

— Крестообразный надрез на острие пули, — пояснил Джерико.

— А-а.

— Что, а?

— Когда-то давно Джим что-то рассказывал Томми об оружии. Я помню, как он делал надрезы на пулях. Я… я не придавала этому значения. Зачем они нужны?

— Пуля разрывается при попадании в цель, — ответил Джерико. — У Хилларда снесло полголовы. Что случилось?

Он что, отнял ключи от автомобиля, чтобы вы не могли поехать в винный магазин?

Марсия уставилась на него.

— Я хочу знать правду, — продолжал Джерико. — Возможно, кому-то выгодно, чтобы за убийцу приняли вас. А может, вы убили его. Случайно или намеренно.

— Нет!

— Так или иначе, я на вашей стороне, Марсия. Но мне нужна правда. Я и так зашел слишком далеко.

— Что значит… слишком далеко?

— Я не поставил в известность полицию. В конце концов я же обнаружил труп Хилларда. А теперь перейдем к делу, Марсия. Где вы хранили этот пистолет?

— Я… я не знаю.

— Правду, Марсия!

— Раньше он лежал в ящике комода красного дерева в гостиной. Но это было давно. После того как Томми… как Томми не стало, Джим куда-то спрятал его. Он сказал, что боится, как бы я не застрелилась.

— Утром футляр из-под пистолета был в том ящике, о котором вы только что упомянули.

— Джон, — взмолилась Марсия, — ну хоть один глоточек.

— Нет.

Она наклонилась вперед, закрыв лицо руками, покачиваясь из стороны в сторону.

— Футляр был в ящике, — повторил Джерико. — И патроны.

— Они всегда лежали там… При Томми. Зачем мне лгать вам, Джон? Для меня это ничего не изменит, не так ли? Это мой пистолет, вы не ошиблись. Они подумают, что я знала, где он лежит, но я понятия не имела об этом. Джим спрятал его давным-давно.

— Как у вас оказался пистолет?

— Джим купил его мне несколько лет тому назад. Я часто оставалась с Томми вдвоем, когда он уезжал. Бывало, зимой в дома вламывались грабители.

— Никто не сказал мне, что делает ваш муж.

— Делает?

— Чем он зарабатывает на жизнь?

Марсия опустила руки.

— Он ничего не делает. Может, поэтому все так и получилось. У нас обоих есть деньги. Джим может не волноваться о куске хлеба. Но он постоянно что-то ищет. Покупает небольшие фирмы, потом продает. Пытался стать политиком, но у него ничего не вышло. Вот он и не находит себе места от безделья.

— Марсия, боюсь, что у нас очень мало времени. Кто-нибудь наверняка заметил мою машину у вашего дома. Как только найдут тело Хилларда, ваш приятель Салли и улыбающийся окружной прокурор заявятся сюда, чтобы задать мне интересующие их вопросы. Еще раз расскажите, что произошло между вами и Хиллардом.

По телу Марсии пробежала дрожь.

— Он обезумел. Заявил, что я переспала с вами. А потом набросился на меня. Я едва вырвалась. Вот тогда он и пообещал рассказать, что в действительности произошло с Томми, если я отдамся ему. Я выскочила из дома, прыгнула в машину. Он не преследовал меня. Во всяком случае, не вышел на улицу. Может, не хотел, чтобы его видели. Но кричал мне вслед: «Ты вернешься! Я подожду, Марсия! Ты вернешься!»

— Если бы все это видел ваш муж, он бы убил Хилларда?

Марсия горько рассмеялась.

— Джиму на меня наплевать. Он мечтает, чтобы я умерла или попала за решетку. Он ненавидит меня.

— Из-за Томми?

— Это последняя капля. Отговорка для посторонних.

— Какова же истинная причина?

Марсия помялась.

— Я не могла допустить, чтобы он использовал меня, доказывая самому себе, что он — мужчина.

Джерико сухо усмехнулся.

— Вы принадлежите к великой общине американских фригидных женщин?

— Я хотела, чтобы меня любили, Джон, а не использовали.

— Хорошо, хорошо. — Джерико нетерпеливо взмахнул рукой. — Вернемся в сегодняшний день. Я забрал черную коробочку, пистолет и патроны. Только Богу известно, почему я это сделал. Но у меня возникло ощущение, что кто-то хочет подтасовать факты. Убедить всех, что Хилларда убили вы. А я склоняюсь к тому, чтобы поверить вам.

— Слава Богу, — прошептала Марсия.

— Должно быть, потому, что у меня мягкое сердце, — продолжал Джерико. — И я не могу отделаться от мысли, что ваш ребенок скорее всего не утонул.

— Джон!

— Фактов у меня нет. Только предчувствие. Но оно не дает мне работать. — Он мотнул головой на чистые холсты. — Или мне надо уезжать из города, или раскапывать эту навозную кучу. Я хочу, чтобы вы мне помогли. Но если вы солгали мне относительно Хилларда, вас ничто не спасет. Пистолет у меня, и на нем сохранились отпечатки пальцев.

— Что мне делать?

— Для начала перестаньте думать о бутылке, которую я отнес на кухню. Вы нужны мне трезвая, Марсия.

Она не ответила.

— Я не хочу, чтобы Хилларда нашли вы, — добавил Джерико. — Поэтому вам нельзя появляться дома, пока ваш муж или кто-то еще сообщит в полицию об убийстве. Вашу машину я поставлю в сарай за коттеджем. Если кто-то придет, пока меня не будет, не показывайтесь.

— А куда вы собрались?

Он пересек комнату, взял альбом и мягкий карандаш. Принес их Марсии.

— Нарисуйте мне схему, которая приведет меня к тому месту, где вроде бы утонул Томми.

— Но я могу отвезти вас туда.

— Нарисуйте схему. Если вину за убийство Хилларда хотят возложить на вас, тело обнаружат быстро. Вас арестуют, едва вы появитесь на людях.

— Кто?

— Откуда мне знать? Именно это я и хочу выяснить. Если вас сразу не найдут, кто-то, возможно, и подставится. Схему, пожалуйста.

Марсия склонилась над альбомом, а Джерико прошел на кухню, взял початую и полную бутылки бурбона, вернулся в гостиную.

— На всякий случай, — пояснил он и отнес бутылки к «мерседесу».

Когда он вновь появился в гостиной, Марсия закончила схему. Джерико заметил, что ее лоб покрыт капельками пота.

— Джон, ради Бога, хоть один глоточек.

— Начав пить, вы уже не сможете остановиться, — покачал головой Джерико. — Здесь есть книги, хороший стереопроигрыватель, пластинки. Но следите за подъездной дорожкой. Если увидите, что кто-то едет сюда, спрячьтесь в ванной и закройте дверь. Оставайтесь там, пока они не уйдут.

— Джон?

— Да?

— Может, мне все равно, что случится со мной.

— Может, и так. Но до ближайшего бара путь неблизкий. Особенно пешком. Потому что, поставив вашу машину в сарай, ключи я возьму с собой.