Марсия окаменела. Смотрела она не на мужа, а на прокурора.

— Как я понимаю, вы подобрали миссис Поттер на дороге во время вчерашней грозы, — констатировал Бартрэм.

— И привезли ее домой, и остались на ночь! — добавил Поттер.

Теперь, когда пришло время объясниться, Джерико неожиданно понял, что ему не хочется говорить с этими людьми. В нем тоже начала закипать злость. Поттер словом не перемолвился с женой, даже не посмотрел на нее. Надо сказать, все трое словно и не замечали присутствия Марсии.

— Тебе задали вопрос, приятель, так уж будь добр ответить. — Салли поглаживал рукоять пистолета.

Джерико оглядел патрульного. Ему приходилось сталкиваться с такими громилами, к примеру, в Селме, штат Алабама, правда, тогда, кроме пистолетов, они держали в руках дубинки, велосипедные цепи, гранаты со слезоточивым газом.

— Я арестован? — спросил Джерико. — Я нарушил какой-то закон?

— Законы общественного приличия! — взорвался Поттер.

— Спокойнее, Джим. — Бартрэм все еще улыбался. — Возможно, вы не в курсе сложившейся здесь ситуации, мистер Джерико. Миссис Поттер, — он не посмотрел на нее, — тяжело больна. Она не может или не хочет помочь себе, поэтому пришло время, когда мистер Поттер должен взять инициативу на себя.

— Больна? — бесстрастно спросил Джерико.

— Мистер Джерико, — в голосе Бартрэма послышался упрек, — на бензоколонке вам же все рассказали. Поэтому вы и отвезли миссис Поттер домой, вместо того чтобы связаться с Салли. Мистер Поттер освобождена условно. Суд вынес решение, запрещающее ей употребление алкоголя. Вчера ночью, когда вы подобрали ее, она была пьяна. И теперь ей придется отбыть срок скорее всего в больнице штата, где ей окажут необходимую помощь.

— И основой для приведения приговора в действие станут мои показания? — спросил Джерико.

— Совершенно верно.

— А как же тот юноша на бензоколонке?

Улыбка застыла на губах Бартрэма.

— Он видел ее в вашей машине, но мог судить о ее состоянии только по вашим словам.

— И что я ему сказал?

— Что она отключилась прямо на дороге, и вы едва не наехали на нее.

Джерико глубоко вздохнул.

— Этот юноша ошибся.

Мужчины уставились на него. Улыбка Бартрэма поблекла.

— Послушайте, мистер Джерико… — начал он.

— Лучше послушайте вы, — оборвал его Джерико. — Я ехал домой из ресторана Макклюэ. Дождь лил как из ведра. Я ничего не мог различить на расстоянии в десять футов от переднего бампера. Внезапно свет фар выхватил из темноты миссис Поттер, идущую вдоль дороги. Мне пришлось вывернуть руль, чтобы не наехать на нее. Я остановился и предложил подвезти ее. Она согласилась.

Они услышали, как ахнула Марсия, но никто не повернулся к ней.

— И вы отвезли ее в мастерскую Фреда? — спросил Бартрэм.

— Я отвез в мастерскую Фреда нас обоих, — теперь улыбался Джерико.

— Она отключилась? — спросил Бартрэм.

— Я этого не заметил.

— Но вы попросили Фреда подойти к машине, чтобы он опознал женщину, сидящую в кабине.

— Я попросил его заправить фашину бензином. Разумеется, он увидел, что я еду не один.

— Разве вы не пытались позвонить Джиму Поттеру? Разве вам не рассказали всю историю миссис Поттер?

— Нет.

— А Фред утверждает, что да.

— Фред — лжец. — Улыбка Джерико стала еще шире.

— Может, хватит?! — не выдержал патрульный.

— Одну минуту, Вик, — остановил его Бартрэм. Парадом, конечно, командовал он. — Вы привезли миссис Поттер домой и остались на ночь, не так ли, Джерико?

— Мы это уже проходили.

— Она была пьяна?

— Скажите мне, господин прокурор, каково юридическое определение слова «пьяна»? Вы же задаете вопрос для получения улик против миссис Поттер, не так ли?

— Может, нам действительно пора покончить с болтовней. У вас тоже незавидная позиция, знаете ли. Воспользоваться беззащитностью несчастной, пьяной женщины! Я думаю, эта дорога может привести вас прямиком на скамью подсудимых.

— Я, естественно, не могу поклясться, что она пила, — ответил Джерико.

— Черт побери, — прорычал Салли.

— А как же вот эта бутылка? — Поттер указал на пустую бутылку из-под виски.

— Я куплю новую.

— Простите?

— Я выпил виски, потому что промок насквозь, пока дошел от двери ресторана до своей машины. Миссис Поттер тоже промокла. Она ходила к озеру. Кто-то убедил ее, что разыгравшаяся буря может поднять на поверхность тело ее сына. Она пригласила меня в дом, чтобы я мог выпить виски и погреться перед камином. Я принял ее приглашение, устроился в гостиной и принялся за ваше виски, мистер Поттер. В тепле, у потрескивающего камина меня разморило, и я крепко заснул. Я открыл глаза лишь четверть часа тому назад.

— Миссис Поттер, разумеется, пила вместе с вами, — вставил Бартрэм.

— К сожалению, я не могу дать ответ на этот вопрос. Жар камина, хорошая порция виски и я… как это сказать?

Ну да, отключился. Боюсь, я доставил немало хлопот миссис Поттер. Я как раз извинялся перед ней, когда вы вошли. — Он повернулся и посмотрел на Марсию, похоже, от изумления потерявшую дар речи.

— И вы собираетесь держаться этой версии? — холодно процедил Бартрэм.

— Я никогда не лгу, — заверил его Джерико. — Я добил виски и отключился. — Его взгляд упал на Поттера. — Жаль, конечно, что муж этой дамы не вернулся домой вечером, а не то ой бы подтвердил мои слова. Где вы провели ночь, мистер Поттер?

— Убирайтесь отсюда! — взвизгнул тот.

Джерико пересек гостиную и остановился перед Марсией.

— Благодарю вас за вашу заботу. Извините, что заснул у вас в гостиной. Если я могу хоть чем-то искупить свой грех, миссис Поттер, только скажите. Я живу в студии Мартиню на Восточной горе.

Вот так Джерико сыграл роль Дон Кихота.

— Если бы муж пришел домой и попытался убедить меня, что Марсию необходимо отправить в больницу, я скорее всего согласился бы с ним, — рассказывал он мне. — Ей действительно требовалась квалифицированная помощь. Но этот скользкий мистер Бартрэм и громила-патрульный в корне изменили мое отношение к Марсии. Черт, трое мужиков против одной женщины. Мне не оставалось ничего другого, как стать на ее сторону.

Джерико вышел в холодное ноябрьское утро, Бартрэм и Салли последовали за ним, а Марсия осталась в гостиной с мужем. Патрульная машина стояла позади «мерседеса» на подъездной дорожке. Салли шагал вплотную к Джерико, их плечи едва не соприкасались. Джерико остановился и повернулся к полицейскому. Не так уж много мужчин могли посмотреть на Салли сверху вниз.

— Я не люблю, когда мне мешают ходить.

Карие глаза Салли сузились.

— А меня это не волнует.

Джерико положил руку на плечо патрульного, с силой толкнул. Салли пришлось отступить на пару шагов. Он тут же схватился за пистолет.

— Прекрати, Салли! — одернул его Бартрэм.

— Пусть только еще раз попробует дотронуться до меня! — пробурчал Салли.

— Еще раз подойдите ко мне поближе, и вы увидите, чего стоит ваше предупреждение, — ответил Джерико.

— Могу я поехать в город с вами? — спросил Бартрэм. Чувствовалось, что он пытается нащупать новый путь к цели.

— Вы можете, а вот ваш гестаповец — нет.

— Если ты намерен задержаться в Кромвеле, советую тебе быть паинькой, приятель, — прорычал Салли. — Таких, как ты, здесь не любят.

— Не требуй и моей любви. — Джерико открыл дверцу «мерседеса». — Залезайте, господин прокурор.

Бартрэм влез в кабину, Джерико захлопнул дверцу, обошел автомобиль, сел за руль. Салли проводил его недобрым взглядом, повернулся, влез в патрульную машину. Выехал на шоссе и умчался в город.

— Вам, кажется, нравится наживать себе врагов. — Бартрэм сунул в рот сигарету, поднес к ней огонек зажигалки.

— С моими габаритами это неизбежное зло, — ответил Джерико. — Словно находишься на Диком Западе. Вечно какой-нибудь умник стремится доказать, что стреляет быстрее тебя.

— Нельзя недооценивать Салли. Он — серьезный противник.

— Если бы я подумал, что вы мне угрожаете, вам бы пришлось добираться до города пешком.

На губах Бартрэма вновь заиграла улыбка.

— Я готов продать мать родную, лишь бы не ходить пешком. Почему бы нам не вернуться к самому началу, Джерико? Я признаю, что мы напрасно пытались взять вас штурмом.

— Хорошо, я подвезу вас. — Джерико завел мотор.

— Давайте не будем ходить вокруг да около. — Ехали они не спеша, Салли давно скрылся из виду. — Я знаю, что произошло вчера вечером. Вы подобрали Марсию, мертвецки пьяную, на шоссе. Отвезли ее на бензоколонку, чтобы узнать, кто она такая. Фред рассказал вам о трагедии Поттеров и приговоре суда. Вы решили показать себя джентльменом и отвезли ее домой. Подозреваю, вы заснули, ожидая возвращения Поттера.

— Если этот парень на бензоколонке или вы будете так трактовать происшедшее, я, разумеется, заявлю, что все это ложь.

— Заявите, если только я не докажу вам, что занятая вами позиция противоречит здравому смыслу.

— Попробуйте, — буркнул Джерико.

— Если вы когда-либо жили в таком маленьком городке, как Кромвель, то должны знать, что секретов здесь не утаишь. Вероятно, с десяток горожан видели вашу машину у дома Поттеров. И почти все задались вопросом: «Что за новый дружок появился у Марсии?» Еще до полуночи Поттеру несколько раз сказали, что в его доме посторонний.

— А где он был?

— В «Береговом клубе». Он снимает там комнату.

— Живет там и ничего не предпринимает?

— Вам когда-нибудь приходилось жить с алкоголичкой? — спросил Бартрэм.

— Нет. — Джерико не отрывал глаз от дороги. — Но среди моих знакомых алкоголиков хватает.

— Марсия все еще красавица, хотя беспробудное пьянство уже начинает сказываться на ее внешности. А в молодости она была очаровательна. Ее семья лет десять тому назад сняла на лето дом в Кромвеле. Марсии тоща было девятнадцать или двадцать. Она встретилась с Джимом Поттером, и он ухаживал за ней все лето. Джим хорошо обеспечен. Она тоже не нуждалась в деньгах. По общему мнению, они как нельзя лучше подходили друг другу, так что их свадьбу в конце того лета встретили с одобрением.

— Вы едете по Главной улице Кромвеля, — продолжал Бартрэм, — и он кажется вам спящим, добропорядочным городком, типичным для Новой Англии. Девчушка, написавшая «Пейтон Плэйс»[5], показала нам, что может происходить за фасадом этой сонной респектабельности. Среди прочего процветает и пьянство. Напейтесь в «Береговом клубе» — и вас осудят. Но никто не ткнет в вас пальцем, если вы пьете дома, за закрытыми дверями.

— Такое можно встретить везде, — заметил Джерико.

— И многое другое, — подхватил Бартрэм. — Шашни с чужими женами, наркотики, незаконные сделки.

— То есть у местного прокурора хватает работы.

Бартрэм рассмеялся.

— Происходящее в уединении частных владений не попадает на мой стол.

— Вы стараетесь показать, что нет смысла поднимать шума из-за какой-то несчастной алкоголички, но являетесь с целой армией, чтобы арестовать ее. Почему?

— Мы с Джимом друзья. Я приехал как друг, а не официальное лицо.

— Но я-то воспринял вас как прокурора, и вы никак не попытались развеять мои заблуждения.

— Не понимаю я вас. — В голосе Бартрэма послышались нетерпеливые нотки. — Марсию вы увидели впервые в жизни. Помогли ей. Но зачем лгать, защищая ее?

— Мне не понравилось соотношение сил.

— А, играете в Дон Кихота, — кивнул Бартрэм. — Джим хочет, чтобы ее отправили на лечение. Вы, возможно, спасете ее на день или два. Но скоро она снова напьется. Отказаться от спиртного выше ее сил.

— И никто не собирается ей помочь, кроме судьи?

Бартрэм вдавил окурок в пепельницу на приборном щитке.

— Джим пытался ей помочь, потому что чувствует, что доля вины лежит и на нем.

— Ну-ну, — хмыкнул Джерико.

Бартрэм словно и не заметил скепсиса Джерико.

— Она не пила много, во всяком случае, когда приехала в Кромвель. Джим был членом «Берегового клуба» и «Сельского клуба», где любили выпить. Естественно, он ввел ее в этот круг. Так он привык жить. Там он встречался с друзьями. Несколько раз она напивалась до беспамятства, но он не обращал на это внимания. Говорил, что ей надо привыкать. И она думала, что со временем все нормализуется. Но оказалось, что она принадлежит к той немногочисленной категории людей, для которых алкоголь становится наркотиком. Правда, она бросила пить, когда забеременела. Она хотела ребенка. Готовилась растить его.

И мальчишка у них был отличный. Смелый, остроумный, с богатым воображением и очень привязанный к Марсии. Ей удавалось оставаться трезвой до той поры, когда она укладывала сына в постель. А часом позже пьяная валилась с ног сама.

— А что все это время поделывал наш Джимми? — спросил Джерико.

— Он послал ее к местному доктору, Максвеллу. Приличный, интеллигентный человек.

— И сам не дурак выпить?

— Только не на работе. Он сделал все, что мог. Вы не представляете, что пришлось пережить Джиму. Публичные скандалы на вечеринках, пьяные ссоры дома. Она отказывалась выполнять супружеские обязанности.

— То есть не подпускала его к себе?

— Совершенно верно. И, наконец, трагедия с Томми. Надеюсь, вы можете понять, что этого Джим ей не простил. Она была пьяна, когда он тонул, в двадцати пяти ярдах от того места, где она лежала без чувств.

— Она говорит, что в тот день не пила. А заснула потому, что ее разморило от жары.

— Значит, она успела рассказать вам свою версию. — Бартрэм покачал головой. — Возможно, сейчас она и сама в это верит. Она не могла бы жить, если б не убедила себя в этом.

Они въехали на обсаженную деревьями главную улицу Кромвеля. Красивые, выкрашенные в белый цвет дома, ухоженные сады и лужайки. Теперь Джерико видел их в ином свете. Наркотики, Измены, говорил Бартрэм. Маски, как и человеческие лица, скрывающие правду.

— Как получилось, что тело мальчика так и не нашли?

Бартрэм пожал плечами и потянулся за зажигалкой, чтобы зажечь новую сигарету.

— Аномалия.

— В таких озерах не бывает сильных течений, чтобы быстро унести тело, особенно у берега.

— Аномалия, — повторил Бартрэм. — В озере и раньше тонули люди. Насколько я знаю, не нашли только тело Томми. Прихоть природы.

— Где вас высадить? — спросил Джерико.

— Мой кабинет — в здании муниципалитета, в конце улицы.

Джерико хотелось спросить, что за мужчина в дождевике появился в доме Поттеров, но не было уверенности, что он получит точный ответ.

— Вы вот сказали, что люди, которые видели мою машину у дома Поттера, задавались вопросом о новом дружке миссис Поттер? Это что, обычное дело? Я имею в виду дружков.

— Слухи такие ходят, — ответил Бартрэм, — но прямых доказательств у меня нет. В пьяном виде она — легкая добыча. Сопротивления не окажет, даже не вспомнит, было ли что-нибудь.

— И кто в списке дружков занимает первую строчку?

Бартрэм ухмыльнулся.

— Сегодня утром она по праву принадлежит вам.

Джерико посмотрел на него.

— Прошу учесть, что мне не нравятся эти разговоры. И я знаю, кто их заводит. Вы, Поттер или ваш гестаповец.

— Если вы найдете способ пресекать сплетни, Джерико, то наутро проснетесь самым богатым человеком в мире. Если вас не затруднит, остановитесь вот здесь.

Джерико свернул к тротуару. Бартрэм вылез из машины, захлопнул дверцу, наклонился к окошку, улыбнулся.

— Кто-то должен напомнить вам, Джерико, что времена рыцарства канули в Лету.