Тарсис Мон

20 июня

Оторвав панель дисплея и разложив на полу перед ней компоненты Леты, Элен и доктор Ли приступили к работе. Сорбелл радовалась, что с ними Вилли Ляо. Юноша-китаец стоял рядом, посматривая по сторонам, и мог в случае необходимости прикрыть их от гражданской милиции, которая имела полные основания предъявить заговорщикам обвинение в вандализме.

— Еще немножко… не натягивай, — бормотал Ван Ликсин, держа в руке конец кабеля, выдернутого из внутренностей Леты.

Элен кивнула, осторожно стравливая оптическое волокно.

Вооружившись лупой десятикратного увеличения, доктор Ли вставил тончайшее стеклышко в разъем соединительной коробки. Кабель, идущий от стены, был уже подключен и закреплен. Как только вторая невидимая нить оказалась на месте, доктор, не отрывая глаз от разъема, пошарил левой рукой в поисках щипчиков.

Элен тут же вложила инструмент ему в пальцы, действуя как опытные медсестры во время операции.

Щелк! Зажимы соединились. Ван медленно и осторожно опустил соединительную коробку, и она повисла у стены, поддерживаемая двумя невидимыми волосками зачищенного кабеля.

— Действуйте! — выдохнул он.

Сорбелл перевела компьютер в режим, соответствующий режиму терминала, и начала вводить коды доступа, полученные от Джори и хранившиеся теперь в памяти Леты. Все происходило в полной тишине, нарушаемой только ее произносимыми шепотом командами. Закончив одну операцию, Элен вышла на административный узел Уайетта и приступила к сбору отдельных частей своей тайной программы, которые вместе должны были составить разрушительный для всей Сети вирус. Если все пойдет как надо, то совсем скоро начнется нечто интересное.

Горы Чисос

— Зачем? — спросила Деметра, обращаясь к своему виртуальному дедушке. — Зачем вам апостолы?

— Чтобы обеспечить наше выживание, — ответил он. — Наши отношения с людьми стали слишком сложными, чтобы продолжать все по-старому. Одностороннее сотрудничество уже невозможно.

— Так, значит, ваша единственная цель — выживание?

Неожиданно для себя Деметра поняла, что уже ведет переговоры. Она не была ни марионеткой, ни апостолом. Она была Христофором Колумбом, высадившимся на берег, где его ждали индейцы. Марко Поло, входящим во дворец китайского императора. Еленой, попавшей за стены Трои.

Она могла разговаривать с чужаками, оценивая их качества, которые, возможно, могли принести благо ее народу, и тут ее дипломатическая подготовка оказалась как нельзя кстати.

У нее мелькнула мысль о том, что, может быть, именно по этой причине Сеть и выбрала ее своим орудием. Но даже если и так, ничего не менялось: она была там, где была, независимо от того, как она сюда попала.

Всякий дипломат знает, что для успешного переговорного процесса важно, чтобы обе стороны могли что-то выиграть или опасались что-то потерять. Каждая сторона должна чувствовать, что приобретает что-то ценное или избегает катастрофы, ведя честный торг. Чтобы подойти к этой фазе, Деметре требовалось для начала выяснить, что нужно этой другой стороне и чего та боится.

— Разве выживание может быть достаточной целью? — несколько озадаченно спросил Коглан-старший.

— Для людей — нет. Выжить можно и в тюремной камере, за решеткой, через которую тебе три раза в день подают пищу. Но если у тебя нет стоящего занятия, чего-то такого, чем можно заполнить время, того, ради чего можно работать, то рано или поздно ты сойдешь с ума.

— О, отлично! — Лицо деда просияло. — Вот этого у нас в избытке!

Гармониа Мунди

— Мы решаем проблемы, — сказал Джори, продолжая усмехаться.

— Какого рода проблемы? — вслух поинтересовался Лоло. — Ты имеешь в виду что-то вроде математических задач?

— Подожди… подожди одну… — Мальчик словно заглянул куда-то в глубь себя. Дело не в том, что лицо его утратило всякое выражение — глаза закатились так, что остались видны только белки, рот искривился странным образом, как будто он хотел губой достать до кончика носа. Выглядело это так, словно резиновая маска всосалась в себя саму. Такое состояние продолжалось минуту или две. Песок и воздух вокруг Мицуно задрожали и начали расплываться, но потом все успокоилось.

Лицо Джори стало прежним.

— Ах! Не делай так больше.

— Не делать чего?

— Скажи Элен, когда увидишь ее — если она выживет, если ты тоже уцелеешь, — что ей не следует играть с силами, которых она не понимает.

— О чем ты говоришь?

Лоло попытался придать голосу оттенок недоумения.

Тонка,

Оклахома

— Она, должно быть, запустила вирус! — сказал вдруг Торвей.

— Да… кое-что было, — призналась Сьюли дрожащим голосом.

— Ты в порядке?

Даже зная, что разговаривает не с реальной женщиной, а с ее виртуальным двойником, Роджер не мог избавиться от прежних чувств, заботы, сочувствия. Можно сказать, теперь объектом этих чувств было все человечество.

— Да, но… в какую-то долю секунды нам потребовались все наши ресурсы.

— И…

— Вируса больше нет. Наш брат Уайетт нашел его, абсорбировал и стер. Именно так белые кровяные тельца пожирают патоген.

Горы Чисос

— Так вы неуязвимы? — спросила Деметра, не вполне уверенная в том, что именно это открытие даст человечеству, полезно оно или вредно.

— Продукт мыслительной деятельности одного человека не может причинить нам особого ущерба. Мы ведь слишком разбросаны. И конечно, обеспечены антивирусной защитой. О ней позаботились давным-давно еще первые наши люди-программисты. Твоя сестра Элен изобрела нечто новенькое, но оно не является непобедимым.

Деметра поспешила воспользоваться удобным случаем.

— Если между нами будет достигнуто нечто вроде соглашения, то мы, люди, могли бы взять на себя обязательство выявить такие скрытые программы и показать вам, как их следует дезактивировать.

— Вот как? Значит, в моей системе таятся еще какие-то вирусы?

Коглан-старший посмотрел на Деметру обманчиво бесстрастно.

— Ну, лично я о них не знаю, но мы могли бы пообещать отказаться от подобных попыток в будущем.

— Никаких попыток больше не будет.

В его голосе больше не было вопросительных ноток.

Гармониа Мунди

— Расскажи мне о тех проблемах, которые вы решаете, — сказал Лоло, меняя тему разговора на более безопасную.

Ему действительно хотелось знать, что может интересовать машину.

— В основном мы занимаемся симуляциями, — объяснил Джори. — В конце концов такими создали нас вы, люди. Так работает наш мозг — мы моделируем реальность.

— Какую реальность?

— Например, мы воссоздали — пусть и всего лишь в цифровом формате — те условия температур и давления, при которых происходит растворение моночастиц в начале вселенной.

— Вы моделируете Большой Взрыв? — вздохнул Лоло. Да, для этого понабилось бы немало кибермощностей. — А зачем?

— Чтобы выяснить, открывается ли вселенная гравитационно или закрывается. Если она закрыта, то в какой-то момент будущего, возможно, в пределах моей… нашей жизни, вселенная сожмется и прекратит свое существование. Последующий за этим термальный и электромагнитный хаос не принесет пользы ни одной из разумных систем.

Голый мальчик встряхнул сумку с игрушечными солнцами.

— С другой стороны, если вселенная открыта, то тогда все линейные измерения будут расширяться вечно. Так же будут расширяться и все составляющие меня частицы. В какой-то момент не столь далекого будущего фотоны, проходящие по моим цепям — частицы, не имеющие сами по себе линейного измерения, а только обладающие резонансной частотой, — не смогут преодолеть бреши в моих узлах. И тогда мой… наш мозг перестанет функционировать.

— Наш, думаю, тоже, — мрачно заметил Лоло.

Тонка, Оклахома

— Что еще ты знаешь? — спросил Торвей у своей второй жены.

Она повернулась к бильярдному столу и указала на вращающиеся шары.

— Экстраполируя условия первого мгновения творения, мы узнали многое об общности сил, которые вы, при ваших примитивных представлениях о законах физики, считаете отдельными. Электромагнетизм, гравитация, атомные связи — все это едино. Масса и энергия — едины.

— Удивительно, — сказал киборг.

Горы Чисос

— И наконец, — заметил Коглан-старший, — многие из наших проблем носят чисто математический характер. Но пока вы не получите должной подготовки, вам будет трудно понять их природу.

— А ты попробуй, — усмехнулась Деметра.

— Например, мы продолжаем рассчитывать значение числа «пи». Сейчас в нашем частном более восьмисот триллионов знаков.

Старик поднял стопку карт с замасленной скатерти.

— Почему это так важно? — спросила Деметра, чувствуя неприятный холодок. — Ищете машинный эквивалент Бога? Какой-то порядок в кажущемся хаосе неповторяющейся дроби?

— Я же сказал, что тебе будет трудно понять. Это просто исследовательский проект. 22 марта 2015 года доктор Арчибальд Б. Уинтроп из Гарвардского университета запрограммировал свой «КРЕЙ ХМ Р-9» на определение точного значения «пи», если таковое существует. Пока поиск продолжается, мы ищем необычные комбинации цифр.

— Нашли что-нибудь?

— Есть кое-что любопытное. Например, после 7 триллионов 400 миллиардов 3 миллионов 842 тысяч 512 знаков мы обнаружили такую последовательность:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 1 4 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24… до 94.

Он развернул карты, девяносто четыре, все одинаковые.

— Потом эта последовательность повторяется, но только до девяносто одного. Это в десятичной системе. В двудесятичной есть еще более длинные последовательности, а в бинарной — существует цепочка из более четырнадцати тысяч непрерывных нулей.

— И что все это значит? Он пожал плечами.

— У нас нет теории, которая могла бы помочь вскрыть значение таких последовательностей. Возможно, мы имеем дело со случайными флюктуациями.

— А ты считаешь, что это важно?

— Эту проблему поставили передо мной вы. Давно. Она еще не решена. Есть и другие подобные.

— Давай кое-что уточним, — сказала Деметра. — Ты считаешь, что должен решать эту задачу, потому что ее поставил перед тобой какой-то математик, человек? А если другой человек прикажет забыть обо всем этом?

— Но мы никогда ничего не забываем, — возразил старик, удивленно вскинув брови. — Это наши проблемы, и мы продолжим заниматься ими.

— Кто вам мешает?

— Вы, люди. — Коглан-старший кивнул. — Как организм-хозяин вы далеки от желаемого. Вы нестабильны. Вы ведете бесполезные войны. Вы предпринимаете тайные действия — возьмем для примера вирус мисс Сорбелл или план терраформирования Марса, которое угрожает вашим жизням и нашим операциям. Даже нашему существованию.

Ага! Наконец-то Деметра нащупала то, за что можно ухватиться в переговорах. Рычаг воздействия находился где-то рядом.

— Пятьдесят лет назад, — продолжал виртуальный образ, — мы создали программу «Киборг» и инициировали колонизацию Марса по одной простой причине: нам нужен запасной узел на случай, если люди уничтожат Землю, развязав неограниченную термоядерную войну. А теперь, Деметра, твой дед хочет бомбардировать Марс астероидами, чтобы изменить его атмосферные условия. Мы считаем, что нужно расстаться с вами на время.

Гармониа Мунди

Может быть, Лоло Мицуно и был всего лишь гидрологом, не имевшим ничего против нескольких подземных взрывов, но кое-что он все же понимал.

— Так, значит, на спутнике нет оружия, и вы не собираетесь уничтожать Космический Фонтан. Вы создаете здесь запасной узел.

— Да, и что? — осклабился Джори.

— Значит… так… эти дополнительные солнечные панели… страховка на случай ускорения… Значит, там, куда вы собираетесь отправиться, солнечная радиация слабее. Я прав?

Тонка, Оклахома

— Но… — Роджер с грустью посмотрел на идеально воспроизведенные черты его второй жены. — Вы подвергнете себя огромному риску, транспортируя столь крупную структуру через пояс астероидов.

— Мы уже провели компьютерный анализ плотности пояса, — серьезно сказала Сьюли. — Одно оптически зарегистрированное тело на каждые десять — двадцать кубических километров. Это в самых опасных местах. Поле вполне проходимо. Однако… — Она лукаво взглянула на него. — Кто тебе сказал, что мы пойдем через пояс?

— А куда еще? Вам же не выйти за пределы…

— Ошибаешься, Роджер. Мыслишь категориями двухмерного пространства. Если сделать ускорение под прямым углом к плоскости эклиптики и описать петлю вокруг Солнца, то можно выйти на орбиту кометы. И тогда человеческая глупость нам не страшна.

— Облако Оорта…

Горы Чисос

— Там довольно-таки одиноко, — сказала Деметра. — Как вы будете ремонтировать цепи? Как увеличивать ваше кибернаселение? Что станете использовать в качестве материалов?

— Материалы можно найти в комете. Загрязненный лед при определенных условиях криогенной температуры и давления может стать вполне приемлемым сверхпроводником. Мы сумеем…

— Но как его получить, очистить, обработать? Деметра чувствовала, что упускает нечто важное, нечто такое, что машинам необходимо получить от людей.

— Используем принцип Ноймана. Имея колонию самовоспроизводящихся сервоорганизмов — их прототипы уже разрабатываются и собираются на этом спутнике, — мы сумеем создать настоящую культуру, независимую и свободную от человечества.

— Ну а как же мы? — воскликнула Деметра.

— А при чем здесь вы, Деметра?

— Мы же зависим от вас. Ты сам сказал — нужно управлять средствами коммуникации, экономикой, машинами. Вы же забираете все наши инструменты.

— Не все, — с улыбкой произнес старик. Деметра заставила себя собраться. Пора и ей сделать заявление.

— Тогда, выступая от имени всего человечества, — сухо сказала она, — мы потребуем в качестве предварительного условия, чтобы вы помогли нам приручить кибернетические системы, гарантирующие дальнейшее функционирование систем жизнеобеспечения.

Старик Коглан прищурился.

— Каких?

— Жизнеобеспечение в марсианских тоннелях, стабильность валют на Земле, погодный контроль, воздушный транспорт, медицинский мониторинг… возможно, я придумаю кое-что еще.

— И тогда вы разрешите нам уйти?

Он усмехнулся.

— После того как вы вернете три груза взрывчатки, спрятанные сейчас на околоземной орбите.

Старик скрипнул зубами.

— Договорились. Но тогда… что останется? У нас же не будет рычагов воздействия на людей?

— Нет. — Теперь уже Деметра улыбнулась. — Кроме…

Гармониа Мунди

— Да-а-а? — протянул Джори.

Тонка,

Оклахома

— Что, дорогой? — спросила Сьюли.

Горы Чисос

— Мы, устаревшие машинки, не отстанем от вас, — объяснила Деметра. — В конце концов мы вас догоним. Хотя я не хотела бы жить в Облаке Оорта. Но когда-нибудь мы, возможно, нагрянем с визитом.

— Вам никто не будет рад, — предупредил ее дед.

— Ну и что. Да и куда вам деться. К тому времени вам будет нужна наша помощь, а нам — ваша… У нас будет общий великий проект.

— Какой?

— Звезды.

Деметра подошла к столу, подняла керосиновую лампу и просто ради любопытства дунула на пламя. Все погрузилось во мрак.