Скотт давно намеревался побывать на мысе Ройдс, на котором должна была находиться хижина, построенная экспедицией Шеклтона. Ничего нового для себя обнаружить на этом мысе капитан не намеревался; это была одна из тех познавательных экскурсий, которыми Скотт пытался поддерживать в своем отряде походный настрой и дисциплину. Наверное, поэтому в спутники себе он взял отборных, наиболее проверенных полярных странников: Уилсона, Бауэрса, Аткинсона, лейтенанта Эванса и Клиссольда.

Транспортом, в который им пришлось впрягаться на сей раз, служил специально сконструированный механиком Дэем «возок», состоявший из трубчатой рамы, укрепленной на четырех велосипедных колесах и загруженный походной печью, спальными мешками и небольшим запасом походной провизии. Оказалось, что «колесницу Дэя», как окрестил её Уилсон, тянуть значительно легче, нежели сани, особенно в тех местах, в которых санные полозья вообще проходили с трудом, теряя всякую способность к скольжению. И полярных странников это уже приободряло.

Подстрелив в бухте за мысом Барна императорского пингвина с редкой красоты оперением и тем самым пополнив свои мясные запасы, полярники уже к вечеру сумели пробраться сквозь скальную гряду и каменные завалы и оказались на «поляне», посреди которой и ждала их «южная резиденция Шеклтона». Архитектурным шедевром это строение назвать было трудно, тем не менее полярники обрадовались ему так, словно посреди ледовой пустыни их взору вдруг явился фешенебельный отель.

— …А я считаю, что начальникам экспедиций следует законодательно запретить увековечение себя в Антарктиде какими-либо строениями, — объявил Бауэрс, первым рванувшийся на лыжах к этой странноватой хижине и к прибытию остальных полярников уже успевший затопить печь. — Иначе через несколько лет мы станем ездить по прибрежью материка как по усеянным хуторами равнинам Нидерландов. Будет утеряна первозданная дикость здешних мест — вот что произойдет, джентльмены, если мы не остановим этот созидательный разгул!

— Никаких запретов! — шутя, запротестовал Аткинсон. — Я недавно загорелся идеей купить здесь небольшой участок под антарктическую виллу.

— Лучше создайте здесь ферму по разведению пингвинов, — посоветовал ему Эванс. — Экономически это очень перспективно. А мы с Бауэрсом создадим агентство по распродаже земельных участков.

— И… айсбергов, — уточнил «истопник».

Пока их спутники согревали хижину и готовили ужин, Скотт и Аткинсон прошлись по «набережной» и осмотрели берега небольшого заледенелого озерца. Несмотря на то что свирепствовал тридцатипятиградусный мороз и со стороны моря дул пронизывающий ветер, с возвращением в хижину капитан не торопился. Наоборот, находил в себе мужество любоваться окрестными пейзажами, все больше утверждаясь в мысли, что здесь и в самом деле мог бы расположиться прекрасный полярный поселок, в бухте которого летом могли бы останавливаться рыболовные и даже туристические суда. А на берегу возникли бы уютные таверны и отели. С этой утешительной мыслью он и поспешил вслед за удаляющимся доктором Уилсоном, чтобы оказаться в хижине Шеклтона.

Только утром, когда настала пора возвращаться на базу, они внимательно осмотрели все запасы провизии и инструментов, которые в беспорядке были сложены в самой хижине, ее пристройках и даже в сугробах поблизости. Шеклтон уже не раз поражал Скотта своей бесхозяйственностью, и знакомство с его хижиной на мысе Ройдс мнение о нем не изменило. Приказав как можно быстрее навести в домике порядок, Скотт поинтересовался у Бауэрса, выступавшего в роли главного ревизора, что он может сказать о находящемся здесь провианте.

— Основные запасы, — охотно отозвался тот, стоя с блокнотом в руках, — состоят из довольно большого количества муки и коровьего масла. Есть некоторое количество мясных и рыбных консервов, шоколада и какао. Обнаружено несколько бочонков с керосином и мешок с кожей, вполне пригодной для пошива и ремонта обуви. Если не лениться и пополнять запасы свежего мяса охотничьей дичью, наша группа могла бы спокойно провести здесь около года. Кстати, я обнаружил здесь пять англиканских молитвенников, сэр.

Скотт задумчиво осмотрел штабеля ящиков, мешков и бочонков.

— Возможно, для кого-то эта хижина с ее запасами и в самом деле станет «аварийной», а значит, спасительной. Но с собой мы возьмем только пять молитвенников, поскольку все церковные книги по нашему недосмотру уплыли на борту «Терра Новы», и три куска кожи, которые нам, несомненно, пригодятся. Все, наведите после себя порядок, дверь надежно закройте, и уходим. Вы, Бауэрс, составьте записку от моего имени, в которой укажите, когда и в каком составе здесь побывала наша группа. Для кого-то из полярников она станет согревающим душу посланием предшественников, голосом из прошлого, из Британии.

Хижина уже давно скрылась за скальным массивом, когда Уилсон неожиданно произнес:

— Могу я поинтересоваться, сэр, в чем заключался смысл этой нашей экспедиции на мыс Ройдс?

— Чем она вам не понравилась, доктор? — спокойно отреагировал Скотт.

— Нет, сама по себе она была хоть и непродуктивной, но увлекательной. Но почему бы нам не использовать это время и усилия для того, чтобы продвигаться в сторону полюса? Например, почему бы не создать ледовые хижины у основных наших лагерей вдоль Южного тракта, чтобы потом, во время великого похода к полюсу, устраивать свои ночевки с таким же комфортом, с каким, с помощью эскимосов, устраивал их себе Амундсен?

— Кстати, к наступлению сезона мы уже могли бы находиться в «иглу-лагере», где-то в районе восьмидесятого градуса широты, — добавил Аткинсон, — которого в подготовительный период мы так и не достигли.

Скотт с минуту молча шел рядом с «колесницей Дэя», но похоже было, что размышлял он в эти минуты о чем-то своем, совершенно далеком от «хижины Шеклтона» и мыса Ройдс.

— Не волнуйтесь, господа полярные странники, — наконец произнес он, когда группа преодолела горную гряду и вышла к заснеженной приморской низине, — рано или поздно мы достигнем полюса. Невозможно изменить того, что предначертано судьбой.

— Вот только знать бы, что же нам на самом деле предначертано, — проворчал Уилсон.

— Во-первых, мы испытали «колесницу Дэя», — вступился за капитана Бауэрс. — Во-вторых, навестили «хижину Шеклтона», подготовив ее к визиту наших последователей.

— И все же, прежде всего, — стоял на своем Уилсон, — наши помыслы и усилия должны быть связаны с Южным полярным трактом, с походом к полюсу. Если говорить правду, я не уверен, что в эти минуты Амундсен не рвется на своих собачьих упряжках к нашей с вами заветной мечте.