За те четыре с половиной секунды, за которые я, с циркулем наперевес и свистом ветра в ушах, спешно транспортировал свой тощий зад навстречу очередным приключениям, в моей голове сформировалась еще пара идей касательно личностей непрошеных гостей.

Во-первых, мне подумалось, что нарушить покой вполне могли не только воры-грабители, но и засланцы от мстительного Джокера. А что? Я, наглец этакий, его обидел. Сильно обидел. Причем не столько материально и физически, сколько морально. Выставил посмешищем. Да еще явно с издевкой. Такое не прощают. Мало того, не пожелал, во избежание расправы, уйти на рерол. А раз не воспринимаю угрозу всерьез, надо дерзкого нуба на место поставить. Потому и дальнейший шаг с отправлением в гимназию номер четыре карательной группы выглядит вполне естественно.

А может, даже и не нужно никого со стороны привлекать? Наверняка в клане, промышляющем разбойными нападениями на школьные автобусы, есть свои агенты внутри заведения. Вряд ли бандиты надеялись лишь на слепую удачу. По словам полицейских, с этими «пиратами дорог» у них давняя война. Следовательно, это не залетная бригада беспредельщиков, а очень даже грамотно организованные гоп-стопщики. Они, очевидно, имеют собственных осведомителей в органах, которые сообщают о наличии в «зоне охоты» патрульных машин. Ну и раз уж они там информаторов сумели завести, то тем более точной информацией о расписании движения «жертвовозов» владеют. И получают ее также от своего человечка изнутри «мишуткинского» образовательного учреждения.

Вторая мысль возникла в результате первоначального анализа данных, полученных моими зрительными органами на излете вышеупомянутых четырех с половиной секунд. Мысль сия сопровождалась нецензурными репликами и выражала мою крайне негативную реакцию на гомосексуальные отношения, особенно голубого окраса. А как еще прикажете реагировать на двух пыхтящих на полу полуголых парней (при этом один напряженно улыбается в коленно-локтевой позе, а другой по-собачьи пристроился сзади и старается то ли покрепче обнять упирающегося партнера, то ли…)?

А теперь чуть отмотаем события и посмотрим на них с другой стороны.

– Ну и денек выдался, еле высидел последний урок, – устало произнес Андрей.

– Да уж, подрияд дфе алгебры, геомьетрия и физьика – это жьесть, – соглашается ковыляющий рядом одноклассник, изъясняясь то ли с немецким, то ли с английским, то ли с прибалтийским акцентом.

– Чувствую себя выжатым лимоном, – продолжает вздыхать двоюродный брат Климовой, глядя на стремящийся к нулю индикатор усталости.

– О йе-э! Вдобавок ко всьему, нье успеем прийти домой, как сразу потом на треньировку чьяпать, – подливает масла в огонь собеседник и предлагает: – Ильи можиит пропустьим, Эндрю?

Раз гутарит «о йе-э» и «Эндрю», а не «я-я» и «Андреас», значит вряд ли германец или латыш.

– Нет, борьба – это святое! – возражает Андрей и успокаивает друга: – Ничего, сейчас в душе освежимся, пожуем и будем как новенькие.

– Коньешно так, если готовить не надо. Но если Дария последний хавчик сожрать, точньяк на треньку не попадать, – заметил паренек, пока еще путающийся в русских окончаниях, однако уже накопивший богатый словарный запас.

– Да, с сестренки станется, – улыбается мальчишка повыше и сокрушается: – Ну что за девчонка? Думал, когда с нами жить будет, наоборот, о кулинарных проблемах забудем.

– Так что, Дьюшка? Если в холодаль… в холодью… в хлада… в рефрижератор пусто, заместо спорт будем кашуварить?

– Кашеварить, – поправляет его Дюша и мотает головой. – Не-а, тогда попрем голодными.

– Это опасность для хелс… для здоровья, – предостерегает собеседник. – Такие нагрузки – што ты, трудно!

– По пути в буфете печенюшками с соком затаримся, тем и подзаправимся, – находит выход из ситуации Андрей и вдруг подозрительно косится на товарища и потягивает: – Та-ак, а ты чего это так упорно увиливаешь от тренировки? Сегодня ведь отборочные схватки. Или боишься Илье продуть?

– Пф, ноу! Я страхуюсь Ильиу?! С какой стати, Эндрю? – отрицает второй парень, но его сосед по коттеджу не верит.

– Не ври! Точно боишься! – уже уверенно восклицает он. – Я видел, как он тебя вчера раскатал. А если ты сейчас не явишься, тренер тебя поставит в сборную за прошлые заслуги. Такой расчет? Угадал?

– И ни фигушка не угадать! И ничьего айм не раскатал! Это я ему поддаваться просто, Андрьюш. Да он, если хочьешь знать, и катить толком не мочь! – завелся мальчишка из десятого «Б», который был пониже ростом, предъявляя, как ему показалось, последний аргумент: – Да у мьеня, если хочьешь поверить, самая суперкул защита в партере. Даже ты ни хрьена мне не сделать и один балл!

– Ой ли? – с сомнением прищурился сражающийся в следующей весовой категории Андрей.

Но раззадоренного друга уже было не остановить.

– Спорим на что-то?

– Проигравший неделю готовит еду и моет посуду! – принимает вызов усмехающийся Андрей.

– Только чтобы вдоволь жрачка и съедобно можно было, а не как ты в прошлый неделя кухарил, – вносит важное дополнение оппонент.

– Заметано!

Ребята хлопают по рукам, быстренько добегают до родного девяносто восьмого коттеджа. Там, побросав в прихожей сумки, они по очереди ополаскиваются в душе, затем растаскивают по углам комнаты мешающую мебель (что-то при этом роняют) и немедленно приступают к решению спора.

Первый номер становится в центре расчищенного «поля битвы» на четвереньки, то есть – в нижнюю защитную стойку, именуемую в борьбе партером, а второй пытается провести разновидность атакующего приема «накат», заключающуюся в перевороте противника вокруг его продольной оси с захватом туловища. В кульминационный момент на них, размахивая острым предметом, набрасывается незнакомая маленькая сквернословящая девочка со словами: «Да вы что?! Совсем охамели, помидоры!» – или что-то в этом духе…

Потом-то, когда разобрались что к чему, все втроем ржали до слез. Однако представляю, каково было пацанам в первую минуту знакомства с бешеной дурочкой-соседкой, грязно матерящейся, тыкающей иголками и носящей устрашающий ник «Головоломка». Явно не до смеха.

Но самое обидное и в этой истории то, что я сам, будучи мастером спорта сразу и по вольной борьбе, и по греко-римской, к стыду своему, не распознал «коллег» по ковру.

Причем неверная первоначальная идентификация их хобби – это еще не все, чем меня поразили Андрей и Барри Тон. Да-да, именно Барри Тон, а не Баритон, как мне вначале послышалось из уст Дашки. А значит, из двухсоставного, разделенного пробелом, ника должно вытекать, что парнишка тоже является НПС. Но не вытекало. Точнее, кибершкольник с американским именем действительно прибыл в российский кластер по программе обмена, учился в десятом «Б» и обитал в том же коттедже, что и я. Однако в данном случае в словосочетании «тоже является НПС» применение «тоже» – ошибочно. Потому что Дюша, вопреки моим заблуждениям, неписем-то как раз и не был. Он игрок. Игрок, который доводится братом Климовой?!

– Да, такое иногда случается, – улыбнулся Андрей, когда я отвел его в сторонку и спросил об этом напрямую. – Но тут нет ничего удивительного: моя компьютерная мать и мама Дарьи – родные сестры.

– Тьфу ты, а я голову ломаю, как такое возможно?! Неужели, думаю, у геймеров и местных может быть потомство? – шумно выдохнул я.

– Кстати, зря смеешься, на форумах уже не раз обсуждалась эта идея, и разработчики пообещали в скором времени ее реализовать.

– Прикольно! А как они себе это представляют?

– Без понятия, – пожал плечами игрок. – Самому интересно, как это будет выглядеть.

– Дьюша, ну ты идешь? Без пьятнадцати три уже! Ведь же опоздаем, – поторопил топчущийся у выхода Барри.

– Иду, – откликнулся Андрей, поправляя на плече спортивную сумку, и поднял ладонь: – Ну, до вечера, соседка.

– До вечера, Головоломка! – крикнул на прощанье и Тон.

– Пока-пока, – сделал я ребятам ручкой.

Честно говоря, мне жутко хотелось пойти с ними и взглянуть, как проходят тренировки по борьбе в виртуальной реальности. Ну да ладно, успею еще. Сейчас же мне пора к Йене Щедратовне. Поди заждалась уже.

Воспользовавшись ключиком, появившимся в моем инвентаре после согласия на смену «прописки», я замкнул наш теремок и тоже покинул «микрорайон фей».

Забегая вперед, скажу, что в реале я никогда не был на приеме (профилактические медосмотры не в счет) ни у «целителей душ» с высшим медицинским образованием (психотерапевтов и психиатров), ни у их соратников по «подчерепному таракановодству» с гуманитарными дипломами (то бишь психологов и психоаналитиков), но не сомневаюсь, что в лице госпожи Мозгоправченко искин исполнил очень качественную имитацию всех четырех профессий сразу.

Ее кабинет находился прямо в здании гимназии, в одном из тупиковых ответвлений. Поскольку, кроме меня, в коридоре больше никого не было, я, робко постучав в дверь, приоткрыл оную и произнес:

– Здрасьте, можно?

– А… наша мелкая хулиганка пожаловала! Ну, проходи, плохая девчонка, не стесняйся, – мгновенно считав мои достижения, приглашающе проскрипела копия Бабы-яги (даже бородавка на носу и та есть!) и злобно полюбопытствовала: – Чего опаздываешь-то?

– Только пятнадцать десять, а вы до шестнадцати ноль-ноль работаете, – возразил я.

– Правильно. Но у нас с тобой часовой сеанс. Не успеем.

– А за пятьдесят минут разве не управимся? – с надеждой в голосе изрек я.

– Не-а, никак, – вытянув из левой глазницы стеклянное око, дыхнув на него, обтерев о кофту и сунув обратно, покачала головой Йена.

– Тогда завтра прийти, что ли? – собрался я разворачиваться, тайно радуясь, что свидание с этой мерзкой сморщенной старушонкой можно отложить еще на сутки.

– Сделаем по-другому, – заявила Щедратовна. – К тем десяти минутам задолженности добавим еще десять штрафных. И ты, по окончании официального трудового дня, проводишь меня домой. А по пути как раз и договорим.

Я нервно икнул, представив, как эта людоедка заманивает доверчивых детей в избушку на курьих ножках, а потом варит их в огромном котле. А рядом крутится жирный кот Баюн и то и дело приправляет суп то солью, то перцем по вкусу.

Ведьма, истолковав мое замешательство по-своему, успокоила:

– Да ты не волнуйся, я тут близенько живу. Просто мне через дорогу тяжело переходить. Эти машины снуют туда-сюда, туда-сюда, туда-сюда…

Показывая, как снуют машины, психоспециалистка неудачно дернулась, у нее опять выпал искуственный глаз и покатился по полу к моим ногам.

Хоть убейте, но не верю ей ни на грош! Явно что-то задумала, маньячка.

«Да ну, что за бред? Какая ведьма, какие курьи ножки?» – спустя секунду отмахнулся я от наваждения и произнес, возвращая потерянный орган:

– Хорошо, провожу.

Йена Щедратовна дружелюбно улыбнулась и вдруг перестала быть страшной. И вообще, как выяснилось в ходе дальнейшего общения, оказалась весьма даже милой и веселой бабулькой.

Она задавала почти те же вопросы и показывала те же картинки, что и доктор с доцентской бородкой. Но делала это в полушутливой форме и от того мне даже хотелось разглядеть в кляксах что-нибудь забавное. В общем, время до шестнадцати ноль-ноль пролетело незаметно и без намека на скуку.

– Ну вот, молодец, внучок, наконец-то твой здравый смысл начинает справляться с эмоциями, – подытожив официальную часть сеанса, похвалила она.

– Что?! – звонко клацнула моя отвисшая челюсть.

– Я говорю, что сейчас нам удалось немного обуздать разбушевавшуюся внутри тебя бурю чувств. Но в дальнейшем нужно научиться делать это самостоятельно.

– Нет, я про другое. Почему вы сказали: «Молодец, внучок»?

– Молодец – потому что ты способный мальчишка. А внучок, потому что по возрасту во внуки годишься, – пояснила собеседница со стеклянным глазом. – А что тебя беспокоит?

– А вас не смущает, что я выгляжу как девочка? – ответил я вопросом на вопрос.

– У-у-у, дружок, неужели ты думал, что платьицем и неумело заплетенной косичкой удастся сбить меня с толку? – ухмыльнулась «психичка». – С моим-то богатым опытом! Истинную сущность людей от меня не скроешь. Не важно, что я вижу перед собой семилетнюю девочку, по всем остальным признакам ты – взрослый муж.

– Ух ты! – восхитился я. – А можно подробнее узнать, по каким таким признакам?

Мое любопытство в данном вопросе не было праздным. Возможно, поведанные Йеной Щедратовной секреты помогут в дальнейшем не только самому более умело маскироваться, но и распознавать других геймеров, играющих персонажами не своего пола. Зачем? Еще не знаю, но лишней такая информация определенно не будет. Даже если использовать ее в качестве детектора лжи, уже польза.

Старушке понравилась моя заинтересованность, и она охотно стала посвящать несмышленыша в азы своей профессии. Однако напрасно я надеялся, что вот так запросто научусь определять: мальчик либо девочка «рулит» чаром. Прослушав почти двадцатиминутную лекцию, я только лишний раз убедился, что без знания матчасти (или без бутылки водки) ни черта не разберусь. Мозгоправченко оперировала терминами, три четверти из которых не были мне известны. А той части слов, со значением которых я имел счастье познакомиться в университете на двухсеместровом курсе «основ социальной психологии», явно не хватало, чтобы уловить суть.

– Вот и пришли. Здесь я живу, – указала Йена Щедратовна в глубь двора на неказистую, всего с одним подъездом пятиэтажку, затерявшуюся среди огромных тополей. Несмотря на то что дом имел пять этажей, он казался крохотным на фоне затеняющих его небоскребов и соревнующихся с ними в высоте деревьев-гигантов.

– И правда, недалеко от гимназии, – оценил я. – Сколько мы прошли? Три квартала всего?

– Три с половиной, – уточнила женщина.

– Внимание! Первый этап задания «Устойчивость к стрессам» завершен! Вы получаете +1 к «психозащите» (итого: «психозащита» 1), – оповестила система.

По идее, уже можно разворачиваться и шагать обратно. Но я не торопился отпускать сморщенную длань пожилой спутницы.

– По ступенькам тоже помочь подняться? – участливо предложил я. – Лифта же небось у вас нет?

– Спасибо, не надо, детка, – отказалась старушка и пояснила: – Я на первом этаже живу.

– Повезло, – сказал я. – Тогда будем прощаться?

– Да, до завтра, внученька, – кивнула старушка и с благодарностью произнесла: – Спасибо, что проводила.

– Йена Щедратовна! – воскликнул я. – А сейчас-то вы почему попрощались со мной как с девочкой? Неужто решили, что ошиблись?

– Я редко ошибаюсь, золотце. Просто я вижу, что ты желаешь сохранить в тайне свою истинную сущность. Вот и подыгрываю.

– Ничего себе, да вы волшебница! Ведь действительно я пока сильно это не афиширую, – восхитился я и мечтательно произнес: – Эх, хотелось бы и мне уметь так читать чужие мысли.

– Тут дело не столько в чтении мыслей, сколько в дедукции. Я лишь, как всякий хороший следователь, внимательно за тобой понаблюдала, а соответствующий вывод напросился сам собой. Но если очень захотеть, можно в космос полететь, – улыбнулась «целительница душ». – В чем проблема? Учись и научишься даже чтению мыслей.

– Хм, подумаю.

– Подумай-подумай. Если к окончанию школы все-таки решишь получать профессию психиатра или психолога, загляни ко мне, подскажу, в какой вуз лучше идти.

– Ладно.

– Ну, пока, – сказала старушка и, чуть сгорбившись, посеменила к своей пятиэтажке.

Я несколько секунд глядел ей вслед, а потом окликнул:

– Йена Щедратовна!

– Что, детка? – встревоженно оглянулась она.

– Можно спросить? Вон то окно с белой геранью и лоджия с зелеными шторами – ваши?

– Верно! Мои! Но как ты угадала?

– Тут дело не столько в угадывании, сколько в дедукции. Я лишь, как всякий хороший следователь, внимательно за вами понаблюдал, – процитировал я собеседнице ее же саму. И объяснил: – Просто еще в вашем кабинете я заприметил на подоконнике стакан с водой. В нем пускал корни отломленный побег герани. Но в этой пятиэтажке сразу в окнах двух квартир первого этажа видны горшки с геранью. С красными лепестками и с белыми. На черешке в стакане только листья. Однако если сопоставить форму ростка с несимметрично торчащими ветками взрослого цветка, то, как вы говорите, «соответствующий вывод напрашивается сам собой». Ну а не до конца распахнутая левая штора на лоджии – как раз с той стороны, с которой у вас находится стеклянный протез, – послужила дополнительным фактом в пользу моей гипотезы.

– Браво! – зааплодировала Йена Щедратовна.

– Поздравляем! За успешное сочетание внимательности, памяти и логического мышления вы получаете достижение «Начинающий аналитик», – неожиданно и, как всегда, на свой манер похвалил меня и искин.

Ха! «Начинающий аналитик» – кто бы мог подумать! Но что мне дает это гордое звание?

– Вы получаете +1 к «наблюдательности». Вы получаете новое умение «цепкий глаз – I» – с этого момента ваша удача при игре в наперстки повышается на 10 %. Вы получаете новое умение «пытливый ум – I» – отныне ваш талант разгадывать карточные фокусы повышается на 10 %, – пояснил компьютер.

М-да, благодарю, конечно, но с какими-то странноватыми наклонностями умения. Что за нездоровая тяга к азартным развлечениям? Хотя, может, это система подстраивается под мои хулиганские подвиги?

– Ну, до свидания еще раз, – повторно попрощался я с Йеной.

– Счастливо добраться, – пожелала и она мне.

Теперь уже я первым развернулся и зашагал прочь, а старая женщина провожала меня долгим взглядом. Впрочем, не особо-то и долгим, ибо не успел я пройти и пятидесяти метров, как из впереди стоящего куста вынырнул криво усмехающийся БешеныйБизон. Выследили-таки, сволочи! Узнав устремившегося мне навстречу бандита, я попятился, но сразу же уперся спиной в Салмана, который тут же схватил меня под локоток.

– Попалась, мелкая стервочка! – победно прошипел усатый бандит и, прежде чем я успел крикнуть или лягнуться, он поднес к моему лицу пропитанный вонючей жидкостью носовой платок.

– Внимание! Вы надышались парами хлороформа! Ваш персонаж уснул!

Эй-эй-эй! А почему так быстро? В реале, насколько мне известно, хлороформом надо минут пять дышать, чтобы вырубиться. А тут прям все как в кино!

– Функции осязания, зрения и слуха временно отключены…

Проклятье!